Sacra Terra: the descent tempts

Объявление

городское фэнтези ♦ NC-17
США, Нью-Йорк
март-апрель, 2017 год
I see you dancing with some fool [7-16.11.2016]
Louis Rusk & Astaroth (as Maddalena Moltisanti)
«Думается мне, что о Магнусе Великолепном сочиняют стихи уже сейчас, - Аредэль усмехнулась. Самомнения импозантному магу было не занимать, но надо отдать должное, это заслуженно» [читать дальше]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sacra Terra: the descent tempts » Love and blood » Everything turned red [29.03.2017]


Everything turned red [29.03.2017]

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Clary Fray & Seth Fitzgerald
(guest starring Alistair Horne)

http://funkyimg.com/i/2BvaT.gif http://funkyimg.com/i/2BvaU.gif
http://funkyimg.com/i/2BvaV.gif http://funkyimg.com/i/2BvaW.gif
клуб «Пандемониум», Нью-Йорк;
ночь с 29 на 30 марта, 2017 год;

•••••••••••••••••••
Месть - блюдо, которое подают холодным, но кто бы только знал, как тяжело ждать, когда сердце жаждет отмщения и справедливости. Вампир, будучи членом Совета Четырёх и приближённым Верховного регента, был в курсе всех допросов неожиданно вернувшихся охотников - Клэри Фрэй и Джейса Эрондейла. Какого же ему было узнать, что Клэри была причастна к смерти целого клана вампиров в Германии и тут же получить запрет Хорна не приближаться к девушке? Должно быть, он был зол и отступать явно не собирался.

•••••••••••••••••••
♫ ♫ ♫
I can't breathe because my fucking thoughts are choking me now
I can't grieve for the souls that are so lost (so lost)
I can't leave because my fucking self is holding me down
Imagine cold hands up to your throat
The thought alone makes you swallow your hope
And now it's harder to cope

+3

2

Сет был в бешенстве. И его поведение и злость на всех  по показывали той бури эмоций, которые бурлили внутри его. Не смотря на то, что тело его давно остыло, он прямо чувствовал, как горит все от макушки до кончиков пальцев. В голове не укладывалось, как эта парочка посмела вернуться в город после того, что они сделали. Фитц места себе не находил с тех пор, как ему сообщили о смерти Винтер. Он бы не узнал об этом так скоро, если бы не положение в совете, которое позволило ему быть в курсе абсолютно всех допросов. Он хотел убить охотников прямо на месте. Если бы он все еще был человеком, то у него бы перехватило дыхание и начался сильный тремор рук. Это невозможно было не заметить. Но если остальные члены Совета не предали этому абсолютно никакого значения, то Хорн обратил на это внимание. Разъясняя всю ситуацию он даже подумать не мог, что ему запретят приближаться к убийцам его первой любви после перерождения. Если бы Фитджеральд знал, что все так обернется, он бы ни за что в жизни никому не рассказал о том, как ему больно и как хочется отомстить. Значит ли это, что он не растерял всю свою человечность, раз все еще может испытывать какие-то эмоции? Плевать, что они сплошь и рядом негативные.
Какое-то время, не более пары дней, вампир держал себя в руках и пытался как-то смириться с такой важной для него потерей. Хоть они с женщиной уже давно были не так близки, это все равно не повод забывать о нем, а уж тем более не скорбить о ее смерти. Они были вместе несколько лет, но за это время Фитц успел многое пережить. Всегда с теплотой, насколько это только было возможно. И он готов был сделать все, что будет в его силах, чтобы отомстить за смерть целого клана. Это шокирующие новости. И мужчина все никак не мог понять, почему с охотниками ничего не сделали. Они ведь убили столько жителей Нижнего Мира. Плевать, что другой страны. Сет какое-то время вынашивал план мести. Узнавал о том, где они ходят, какие места любят, как проводят свободное время. Почему-то показалось, что с рыжей разобраться будет намного легче, чем с блондином. Моргенштерн должен будет подождать своей очереди. Ведь это только начало. И не смотря на запрет Хорна он не будет сидеть в стороне и ожидать, пока что-то разрешится. Он не может это оставить просто так. Совесть не позволит смотреть на то, как такие поступки происходят безнаказанно. И если потребуется совершить для этого самосуд, то так тому и быть. Он даже был готов рискнуть своим местом в Совете, но добиться справедливости. И обрести покой. Не душевный. Души у него давно нет.
"Пандемониум" как всегда был заполнен до отказа. Но это не мешало увидеть девчонку. Она выделялась среди толпы своим цветом волос. Фитц никогда не был любителем подобных мест. И никогда не кусал нефилимов. Ему было интересно, по правде. Но по стечению обстоятельств пришлось оказаться здесь именно сегодня. Он с интересом наблюдал за посетителями клуба, не упуская из виду Клэри. Так ее звали. Она была молода и у нее была вся жизнь впереди. Но она не заслуживала ее, потому что рука поднялась отнять столько жизней. Она была не одна. И вся такая веселая, игривая, словно ничего и не произошло, - Вот сука, - обычно он не позволял себе подобных мыслей, а высказываний тем более. Был таким вежливым и консервативным. Но вся эта ситуация просто не могла сойти ей и ее дружку с рук. Сегодня с ней был кто-то другой, неизвестный вампиру. Наверняка, один из ее шайки. Это не имеет значение, потому что он покинул свою подружку. Или кем они там являются. А это значит, что дорога открыта. И мужчина, не выжидая, пока его шанс ускользнет, пробирается к Фрей, аккуратно просачиваясь между телами, - Такая красивая и одна скучает за баром, - вампир широко улыбается, - может быть тебя чем-нибудь угостить? - учитывая специфику заведения Фитц рассчитывал, что его примут за простого вампира, который хочет вкусить немного ангельской крови. А ведь это ему и нужно было. Поэтому Сет всячески показывал свою заинтересованность, используя как вербальные, так и невербальные методы общения.

Отредактировано Seth Fitzgerald (2018-02-02 09:00:11)

+6

3

«It's okay to struggle. Life is a struggle.»

Вот уже больше года Клэри была частью Сумеречного мира, и за этот период многое успело произойти. Сначала исчезновение матери, новость о том, что она - нефилим, настоящая история её семьи, а не та, выдуманная, больше похожая на заметку из газеты, которую придумала Джослин. После становление лучшего друга вампиром. Нахождение Чаши Смерти. Предательство Ходжа Стакрвэзера. Знакомство с настоящим отцом, братом... Руна тёмного альянса. Новые руны, которые никто кроме неё больше не мог создавать. Удивительный талант, которым восхищался не только Джейс, но и старший брат. Знал бы отец, какой мощью обладала его дочь, никогда бы не отпустил, забрал бы с собой.
Перед глазами всё часто становилось красным от крови. Поначалу лишь во снах, а потом всё чаще наяву, заставляя Фрэй теряться в собственных ощущениях и тяжело дышать, словно она пыталась вынырнуть на поверхность и выпутаться из очередного кошмара. Должно быть, так проявляло себя чувство вины или совесть, или моральные принципы, которые, как ей всегда казалось, у неё были. Бессонница, порция алкоголя или щедрая дорожка фейской пыльцы - подарок Блэкбёрна, чтобы новоиспечённая подруга не поехала умом в один прекрасный момент и не оставила его в гордом одиночестве. Кто бы мог подумать, что из джинна и сумеречного охотника выйдет такой отличный тандем? Вот и Кларисса удивлялась, но они общались с Даниэлем уже больше месяца, и пусть их времяпрепровождение частенько носило деструктивно-увеселительный характер, кажется, заканчивать их странную дружбу никто не собирался. Бороться со своими внутренними демонами вместе было веселее.
Джейс подобных друзей в жизни своей девушки не одобрял, и его можно было понять: кому понравится, когда твоя пассия пропадает неизвестно где, неизвестно с кем, и главное, непонятно, в каком состоянии и вернётся ли домой в целости и сохранности? Пока возвращалась, как ни странно, или её забирали из квартиры Блэкбёрна, например.
Местный Институт практически настаивал на том, чтобы Клэри вернулась «к работе», руководство полагало, что чем скорее рыжеволосая вспомнит то, что всегда делало её собой, тем будет лучше для неё и для её психологического состояния. Девушка не возражала, не спорила, не пыталась отказаться, лишь смотрела на свои подрагивающие пальцы, которые едва ли могли держать стило или клинок. Перед глазами всё снова заливало красным. Кажется, это называется постравматическим синдромом? Или чем-то похожим на него, но Кларисса едва ли могла нанести точный разящий удар клинком, хотя когда-то она могла выстоять целых несколько минут против Джонатана. А против него вообще мало кто может выстоять. Сейчас же она напоминала бледную тень самой себя - той, кем она стала за последний год, и в кого преобразилась путём долгих, изнурительных тренировок, настоящей охоты, многочасового оттачивания навыков воина, словно бы больше не было. Столько трудов, столько сил, потраченных за последний год, и всё напрасно.
Должно быть, рыжеволосой серьёзно повезло, что за последний месяц все те миссии, на которые её назначал Институт, проходили спокойно и без лишних потрясений. Иногда рядом был Джейс, но в основном в патрули и на охоту он ходил с Алеком - они итак 7 месяцев были вдали друг от друга и теперь физически нуждались в том, чтобы снова наладить связь парабатай. Клэри иногда даже была рада. «Бороться» и делать вид, что всё нормально, рядом с Джейсом было сложнее всего - он слишком хорошо её знал, слишком хорошо умел читать по зелёным, почти безжизненным глазам, а потому прекрасно видел, что ничего нормально. Скорее всё плохо, или никак.
Жить в иллюзиях и улыбаться лишь после знаменитого коктейля фэйри «Дыхание дракона» тоже было сомнительной перспективой, но пока это было единственной перспективой обозримого будущего, за которое Фрэй цеплялась. Возможно, прошло мало времени с момента разрушения руны тёмного альянса. Возможно, ей просто надо было переварить всё произошедшее, покаяться, провести некоторое время, предаваясь самобичеванию и ненависти к себе. Иногда необходимо опуститься на самое дно, чтобы оттолкнуться и попробовать добраться до поверхности.
Сейчас Кларисса в это не верила, но после горстки фейской пыльцы, которую Блэкбёрн шутливо забросил подруге прямо в рот, на её лице даже появилась улыбка.
У джинна зазвонил телефон и, сообщив рыжеволосой, что ему надо ненадолго отойти, он оставил Клариссу в одиночестве у барной стойки.
Сидя на высоком табурете, покачивая ногой, Фрэй потягивала очередное алкогольное открытие, заказанное Даниэлем. Было вкусно, ягодно и прохладно - в составе была то ли мята, то ли ментол, который и давал подобный эффект. Нефилим толком и не заметила, когда на освободившийся после фэйри табурет, опустился незнакомец.
Взгляд изумрудных глаз внимательно скользнул по лицу мужчины - нет, она в самом деле видела его впервые. Незнакомец улыбался и делал стандартные для подобных мест и времени суток комплименты. Излишняя бледность кожи и чарующая, притягивающая взгляд красота, безошибочно указывали на то, что перед Клэри вампир. По спине пробежал неприятный холодок, но фейская пыльца и несколько глотков алкоголя делали своё делали, держа настроение девушки на уверенной отметке «всё хорошо, не заморачиваемся».
— Вообще-то я с другом, - доброжелательно отозвалась Клэри. — Он отошёл поговорить по телефону, - вампир продолжал мягко улыбаться, заинтересованно поглядывая на неё.
— Ну, я почти допила свой коктейль, так что, почему бы и нет? - кто знает, сколько Блэкбёрн будет говорить по телефону.
— Сколько живу в Нью-Йорке, а в знаменитом клубе Магнуса Бейна я, кажется, во второй или в третий раз, - задумчиво произнесла Кларисса. — Кого здесь только не встретишь, - с характерным свистящим звуком, когда напиток допивают через трубочку, Фрэй разделалась со своим коктейлем. — А почему вы... ты... здесь один? - запинаясь, проговорила рыжеволосая.

+5

4

- Оу, не одна? - Сет удивленно смотри на девушку и делает вид, будто бы ему неловко и хочется провалиться прямо на месте. На самом деле он бы закатил глаза прямо сейчас от того, какой глупой и наивной казалась девушка. Овца в волчьей шкуре, не иначе. Фитц не поведется на это, не сейчас, когда все знает. Ему было интересно, Кларисса на самом деле такая глупенькая и беззащитная или притворяется? Вампир, конечно, сам сменил личину, чтобы подобраться к нефилиму поближе, но это было другое. Он не устроил жестокую расправу с целым кланом. Он бы не смог жить нормально, после такого. А что девушка? Такая пришла с другом, выпивает, веселится, закидывается чем-то. Фитцджеральд презирал ее всем сердцем, которое уже, к сожалению, не билось. Он всего лишь двадцать лет является частью нижнего мира и от каких-то  человеческих привычек не так уж и легко избавиться. Человечность, которая давно должна была быть похоронена в могиле с именем "Сет Джозеф Фитцджеральд" где-то на кладбище Олбани. Хорошо, что там не было этих надписей о том, что он "хороший сын" или, например "прекрасный друг". Это все настолько наигранно, что не вызывает ничего, кроме отвращения. Но Фитц, увы, не мог имитировать то, что ему плохо. Этот навык давно потерян. Были и минусы в том, что ты больше не живой, перестал дышать и сердце не перегоняет кровь по артериям. Не покидает чувство, словно чего-то не хватает.
- Я могу уйти, если хочешь, - пожимает плечами и уже хочет развернуться, но девушка, возможно, совершенно неосознанно, но останавливает его. Он улыбается и облизывает губы, глядя на толпу, где все беззаботно отдыхали, веселились, общались между собой. Некоторые совершенно не стеснялись развратно себя вести прямо на танцполе. Мужчина только ухмылялся, глядя на это. Ему бы тоже не мешало найти кого-то и затащить в постель. Но с этим вообще никаких проблем. Основная загвоздка состояла в том, что у Сета не было никакого желания связываться с кем-то на одну ночь. Учитывая, что он только недавно узнал о смерти своей бывшей девушки от рук этого рыжеволосого дьявола в обличии ангела. Фитц знал, что руки крови, беспорядочные связи или работа не смогут помочь ему справиться с горем, которое и овладело. И это не пустые слова. Эти отношения были для него важны, потому что именно в них он перестал бояться того, кто он есть. Трудно самому справляться с такими глобальными изменениями в своем мире. Да, он получал полную поддержку от клана. Но это не сравнить с тем, какую поддержку ему оказала немка. После обращения мужчина был испуган, пытался привыкнуть к новому амплуа. И период адаптации сократился в несколько раз благодаря женщине. И как после этого оставить все, так есть? Оставить эту смерть безнаказанной?
- Буду рад угостить тебя. Не против, если я выберу что-то на свое усмотрение? - интересуется Сет, понимая, что спрашивает только для того, чтобы казаться вежливым. Для себя он тоже что-то закажет. Так, для виду. Все равно не чувствует вкус. Только запах, который приносит уже не так много удовольствия, - Чувствую мяту, - принюхивается Фитцджеральд, - Любишь что-то свежее? Тогда я определенно выбрал, что тебе обязательно нужно выпить, - мужчина пальцем подзывает бармена. Хотелось, чтобы девушка попробовала что-то классическое, но без всяких "Мохито", которые вампир считал коктейлем для тех, кто совершенно не разбирается в алкоголе и насмотрелся "попсовых" кинолент, где главные героини пьют именно его. Или "Мартини" в коктейльной рюмке. Вздор. Сет безумно любил барную культуру и считал это невозместимой потерей. Скучал ли по сладости кубинского рома? А по привкусу торфа в островном виски? А по горечи апероля вкупе со свежими апельсинами и содовой с парой кубиков льда и в высоком бокале из тончайшего стекла, которое запотело? Сейчас это все лишь жидкости, которые Фитц иногда употребляет, потому что это, опять-таки, привычка, от которой так тяжело избавиться. Да и, на самом деле, не хотелось. Иногда ему снова хочется стать человеком и подохнуть от рака, чтобы это все стало страшным сном, который закончится, как только взойдет солнце и солнечные лучи зальют его комнату и озолотят труп. Именно так он хотел умереть. И чтобы нашли его на рассвете. А теперь о будет жить вечно. Адаптируйся или умри.
- Будьте добры мятный джулеп для девушки, а мне пятнадцатилетний Гавана Клаб. Двойной, безо льда, - заказывает Фитцджеральд, - Да, так редко здесь бываешь? Мне казалось, что я тебя тут видел пару раз. Может быть, так совпадало, что эти твои "второй" и "третий" разы я тоже бывал здесь? - Сет улыбается и смотрит прямо в глаза, - Меня зовут Сет, я специальный корреспондент CNN, - вампир протягивает девушке руку, и как только касается ее горячих пальцев, опускается и целует ее в руку. Уж что, а джентльменом он умеет быть, - Очень рад встрече, - Фитц выпрямляется, подхватывая свой стакан с алкоголем, - Предлагаю выпить за тебя. Ты прекрасна, - мужчина не пытается вести себя скромно. Чем быстрее он войдет к ней в доверие, тем легче будет с ней расправиться, - Можно тебя увести в какое-то более тихое место? Я пойму, если ты откажешь, - и снова он добавляет это сугубо для вежливости, - Ты ведь пришла не одна. Твой друг не будет скучать? - надеется на безрассудность и легкость Клариссы Фрэй. Почему-то нет сомнений в том, что она не откажет. А если вдруг в ее рыжеволосой голове возникнут сомнения, то он быстро их рассеет своей обаятельность., которой трудно противостоять, даже если он не использует свои вампирские способности. Они ему не нужны, чтобы зацепить девушку. Даже не смотря на то, что она - нефилим.

+4

5

Иногда сложно представить, что творится в голове другого человека. Внешне можно оставаться невозмутимым, пока внутри бушует самая настоящая буря, или выглядеть радостным и относительно безмятежным, когда на самом деле хочется рыдать и биться головой в стену. Иногда Клэри блокировала эмоции при помощи специальной руны, но когда эффект от ангельской метки рассеивался, то накрывало с удвоенной силой, и рыжеволосая понимала, что пользоваться этим постоянно было нельзя. Впрочем, фейская пыльца и алкоголь также не решали проблем, но становилось чуточку легче. Когда-то Кларисса нападала на Джейса, пытаясь объяснить, что это не выход, что это не поможет, и тогда она в самом деле так думала. Она держалась и справлялась со всеми проблемами самостоятельно, разве что ища утешения в тренировках, но и этого в какой-то момент стало мало. После разрушения руны тёмного альянса, ей неизбежно пришлось вернуться в свою прошлую жизнь и в мир, который не готов был её принять обратно. И рыжеволосая отвечала ему взаимностью.
Несмотря на то, что приходилось сталкиваться с негативом, исходившим от местных Сумеречных охотников, Нежить подобного отношения к Клэри не разделяла. Возможно, потому что детали судебного разбирательства были доступны узкому кругу людей, а, возможно, им просто не было дела до какой-то там Клариссы Моргенштерн или Фэйрчайлд, или как её там? Причин могло быть много, но так или иначе рыжеволосая пока что не дошла до той стадии, когда оборачивалась через плечо и ожидая отовсюду опасности, скорее как раз наоборот. Среди Нежити она чувствовала себя более спокойно и непринуждённо, нежели в обществе своих: они не знали, кто она, а если и знали, то не знали, что она сделала и к чему была причастна, и это сильно облегчало пребывание Клэри в Нью-Йорке. Она была бы и готова ответить за свои грехи, но как? Согласно Постановлению Конклава руна тёмного альянса была не просто послабляющим обстоятельством, она полностью оправдывала Клэри в глазах Закона. Вот бы ещё это оправдывало в её собственных глазах...
Вампир, сидящий рядом с ней, понимающе улыбался и отвлекал Фрэй от ненужных мыслей в отсутствие Блэкбёрна. Любая беседа помогала не сосредотачиваться на внутренних переживаниях, а вкупе с фейской пыльцой, делала настроение более приподнятым, радостным. Должно быть, сейчас Клэри напоминала беззаботную молодую девушку, решившую приятно провести ночь в клубе и «оторваться» по полной.
— Не против, удиви меня, - улыбнулась нефилим. — Обычно мой друг любит устраивать мне путешествия по коктейльной карте, этот тоже его выбор, - Фрэй кивнула на пустой бокал, который спустя мгновение забрал бармен.
— Мята - это вкусно, освежающие коктейли нравятся мне гораздо больше сладких, от них порой ещё больше хочется пить, - сказать по правде, Кларисса не была знатоком алкоголя. В винах и хорошем виски разбирался Джонатан, и какими-то знаниями он делился с сестрой, обращая её внимание на наиболее интересные сорта и купажи. Джейс попробовал шампанское меньше полугода назад и похвастаться обширными знаниями в этом вопросе также не мог. Сейчас Клэри будто бы наверстывала упущенное, но на деле же пыталась спрятать на дне стакана свои печали: к тому же в обществе Блэкбёрна это было не так трудно.
— Джулеп... джулеп... - задумчиво повторила Клэри. — Это что-то с бурбоном, не так ли? Интересный выбор, - бармен удалился исполнять заказ, вновь оставляя их наедине. Впрочем, как и в любом клубе, это было относительное понятие: здесь ты словно был одновременно со всеми и ни с кем. Окружающим по большей части было всё равно, и хотя за барной стойкой сидело приличное количество народа, на вампира и нефилима мало кто обращал внимания.
— Ммм, на самом деле в первый раз я была здесь больше года назад, а второй, наверное, в прошлом месяце. Возможно, ты с кем-то меня путаешь? - новый коктейль был буквально вложен в руку рыжеволосой. — Возможно, ты видел меня в клубе «Underground», там работает мой друг, - легкомысленно продолжала Фрэй. Вампир улыбался и при этом весьма ненавязчиво не позволяя Клариссе «соскочить» или сдать назад.
— Меня зовут Кл... Клэри, - запнувшись, медленно произнесла нефилим, с удивлением отмечая, как вампир галантно прикоснулся к её руке поцелуем. Очередной диссонанс пронёсся в голове: ещё совсем недавно подобные проявления внимания казались чем-то само собой разумеющимся, а вот незадолго до того Клэри, как школьница, могла бы и рассмеяться, а после рассказать Саймону, чтобы посмеялся вместе с ней. Шёл второй месяц, как Фрэй «вернулась», а она по-прежнему не могла разобраться, где была её жизнь.
— Работа на телевидении звучит интересно! - воскликнула Клэри. Впрочем, по виду Сета было заметно, что он личность публичная. Привлекательная, ухоженная внешность, манеры, природное и явно в последствии прокаченное обаяние, - наверняка, зрители от него были в восторге. — И какие репортажи ты обычно делаешь? - но её новый знакомый уже предлагал выпить за прекрасную неё. — А ты привык получать всё, что хочешь, да, Сет? - фейская пыльца приятным дурманом струилась по венам, продолжая расслаблять Клариссу. Вампир вёл себя напористо, но в то же время давал ей шанс отступить, сказать ему «нет».
Изумрудные глаза внимательно изучали его лицо, но, кажется, Клэри уже была слишком пьяна, чтобы провести глубокий, подробный анализ или хотя бы прислушаться к инстинктам и внутреннему голосу разума. Что может плохого случиться в клубе? Тем более в клубе её друга, Магнуса? Куда её привёл ещё один друг, Даниэль? Рыжеволосая рассудила, что ничего: не похитит же её Сет прямо из-за барной стойки?
Клэри сделала большой глоток коктейля, тут же чувствуя терпкие нотки бурбона и мяты. Коктейль был крепким, тут же приятно ударяя в голову.
— Может потанцуем? - Кларисса поднялась со своего места, оправляя простую чёрную футболку без каких-либо изысков и обычные, обтягивающие джинсы. Гардероб она так и не обновила, с момента возвращения было не до того - вся одежда, что была в её шкафу, ещё до исчезновения из Института в июле 2016 года, была по-прежнему с ней.
Порция заказанного коктейля оказалась не такой большой, и почти в один глоток допив остатки, Фрэй направилась на танцпол. На ногах были красные кеды, но двигалась Клэри так, словно была одета в изящные туфли на высоком каблуке. Тело будто бы помнило все те красивые наряды и туфли, которыми был забит её шкаф, пока она жила с Джонатаном. Помнило то, как Клэри, которую Джейс часто называл своей Тёмной Королевой, наслаждалась тем впечатлением, которое она производила на людей. Руна тёмного альянса взывала к самым тёмным, глубоко скрытым уголкам её души, будто бы намекая на то, что это всегда было в ней.
Но, кажется, больше не было - теперь её жизнь была в руинах, и сама она тоже была в руинах, и лишь в моменты, подобные этому, во власти наркотиков, алкоголя и бог знает чего ещё, на краткий миг появлялась та девушка, что последние 8 месяцев чувствовала себя счастливой.
Вернётся ли она когда-нибудь?
Фрэй непроизвольно замерла посередине танцпола, смешиваясь с толпой, двигаясь под музыку, безошибочно ловя ритм.

+2

6

Если бы Сет и был человеком, то он точно бы сейчас заволновался. В голове слишком много мыслей, которые только мешали определиться с дальнейшими действиями. Он улыбался и был милым. Это было не так трудно, как могло показаться в тот момент, когда он впервые увидел девушку и учуял ее запах. Она так вкусно пахнет, что он готов на все, только бы ее укусить. На секунду показалось, что ему не хватает воздуха. Но это лишь ощущение, которое быстро исчезло, когда мужчина провел пальцами по своей шее, все снова стало нормально. Почему-то хочется, чтобы алкоголь начал действовать на него, как раньше. Выпивкой решались многие проблемы, в том числе и такие, как решение о расправе с девушкой, погубившей целый клан. Вот так перебираешь в голове варианты, а ни один из них не кажется подходящим. Словно  для кого-то, кроме него будет разница. Рыжая умрет и ничего не поймет. Если он решит сделать все быстро, конечно же. А можно все растянуть и заняться истязанием. Кто вообще подумает, что член Совета Четырех на такое способен? Да он сам, признаться, не знал, что может кого-то убить из собственного желания. Как же он ошибался. Люди часто меняются. Иногда сами этого совершенно не замечают. Фитц легко упустил момент, когда стал таким мстительным. Но ему начинало это нравится. В такие моменты начинаешь чувствовать реальную власть.
Вампир с улыбкой смотрел на девушку и иногда с блаженным видом прикрывал глаза, смеясь с того, что от нее прямо таки веяло волнением и неловкостью. Не удивительно, в прошлой жизни он бы тоже не слишком адекватно отреагировал бы на такое. Даже не смотря на то, что находится в такой людном месте. Мужчина был общительным, но предпочитал самостоятельно выбирать того, кто ему составит компанию. Фитцджеральд искренне надеялся, что, если покажет Клэри, что он совершенно обычный посетитель клуба, который просто пришел сюда, чтобы расслабиться, то сможет втереться ей в доверие. Все-таки вампир решил не торопиться. Пусть лучше все займет немного больше времени, но, зато план будет выполнен без осечек. Только тогда Сет остановится, когда на его руках окажется кровь. Он представляет себя над мертвым телом и пытается забежать вперед и прочесть свои мысли в будущем. Будет ли он жалеть? Наверняка нет. Но это поспешный вывод, пока его план еще даже не вступил в первую фазу. Одно вампир знал точно - он ни за что не остановится на середине пути. Раз начал - дойдет до конца, чего бы ему это не стоило. Это даже не назвать целеустремленностью. Слепая ненависть, которая сама вела его, куда посчитает нужным. И мужчина даже не думал сопротивляться. Все шло именно так, как и должно быть.
- А ты все-таки немного разбираешься в коктейлях, - Фитц ухмыляется. Джулеп - был одним из самых любимых его коктейлей. Свежий и крепкий. А сейчас крепкий алкоголь может только сыграть ему на руку, - старый коктейль, а все равно популярен. Каждый уважающий бармен, у которого нет в меню мятного джулепа, просто обязан уметь его смешивать, - делает короткую паузу и продолжает свой монолог, - Не знаю, зачем я заказал такой выдержанный ром, - Сет прикусывает губу и нагибается к уху еще ближе. В таком шуме он отлично слышал почти все, что ему нужно. В том числе и сердцебиение рыжей, которое знатно ускорилось. Страх или волнение от того, какой он прекрасный? Второй вариант ему бы определенно польстил, не смотря на то, что вампиры все красивы, без исключения. И чтобы кому-то не понравиться, нужно очень сильно постараться. Вампир сам по себе был харизматичным и обаятельным. В своей прошлой жизни он нравился почти всем. И сейчас не сильно что-то изменилось, - Разве что, я его могу только понюхать, - не смотря на то, что рыжая его не видит, он все равно не может перестать улыбаться, - Хотя ты перебиваешь все остальные запахи здесь. Очень вкусная, - возможно, он сейчас себе позволил больше, чем должен был. Но пока все шло хорошо. И что-то подсказывало, что даже такой комплимент, который из уст вампира звучит не так уж и сомнительно.
- Красивое имя. А какое полное? - прекрасно знает, но строит из себя дурачка, который понятия не имеет, кто перед ним. Возможно, это не такая уж и плохая тактика, если подумать. Так это или не совсем он поймет немного позже, - А в том клубе, да, я бывал пару раз, - если быть точным, то Сет не помнил точное количество. А девушку если и видел, то явно не обращал внимание, потому что был занят какими-нибудь делами поважнее, - Возможно, ты права и твое лицо я видел именно там. И волосы. Такие просто невозможно забыть, - Сет обхаживает новоиспеченную всеми известными способами, но не перегибает палку, - Я всегда оказываюсь первый на месте, где происходит самое интересное, - он загадочен, но ненадолго, - Я специальный корреспондент, - добавляет Фитцджеральд, - Если вдруг где-то начнется перестрелка, или вдруг в мусорном контейнере за клубом найдут труп - я обязательно там буду, - он достаточно красочно описал свою работу. Он делал это скорее ради удовольствия, а не ради денег, - Ну, как сказать, у людей перед компьютерами или телеэкранами я ассоциируюсь с чем-то плохим, - пожимает плечами, - а так... Вполне возможно, не проверял, - а вот тут он солгал. На телеканале его все обожали. И даже на улице не раз просили автограф. Но это чертовски забавляло. Он ведь ни разу не звезда. Просто талантливый репортер, который сообщает американцам и не только о том, что в Нью-Йорке снова произошло какое-то дерьмо.
- Не всегда, но чаще всего, - интересно, девушка думает, что ему все легко достается? Что не требуется прилагать усилия, чтобы получить желаемое? Все почти так. Но никогда Сет не получал ничего только потому, что взмахнул пальцем. Всегда требовалось прилагать усилия. Вот и сейчас, мужчина старательно изображал заинтересованность в Клэри и она ему ответила взаимностью. Да, танец пока ничего не значит, но это не сильно волнует Фитца, так как лед наконец-то тронулся, - с радостью, - и он растворяется в толпе вслед за девушкой. Она не вампир, но достаточно шустрая. В один момент он ее чуть было не потерял. Так бы и случилось, но он следовал на запах и без проблем нашей рыжую чуть поодаль от себя. Девушка, казалось, полностью погрузилась в себя и не сильно обращала на него внимание. Сет же не спускал с нее глаз, раздумывая, какой момент будет наиболее удачным для того, чтобы подобраться к ней поближе, легко приобнять и продолжить танцевать, но уже вдвоем. На самом деле, было лишь два варианта реакции на такой жест и мужчина решил испытать удачу, плавно приближаясь к Фрэй все ближе, плавно обхватывая своей рукой ее талию, - ты хорошо танцуешь, - шепчет ей на ухо, если это так можно назвать. Почему-то казалось, что она не оттолкнет его. Ведь он не переходит границ, хотя, давно уже мог это сделать. Что-то подсказывало ему не торопиться. Если он ускориться, то все закончится провалом. А такая скорость, с которой он все делает - идеальна. И как бы не хотелось вцепиться ей в горло и выпить все до последней капли прямо здесь, посреди танцпола или, например, разорвать ее на части, Сет держался, теша тебя лишь мыслью о том, что всему свое время. И мести тоже.

+3

7

Где-то на задворках сознания шевельнулось нечто, напоминающее то ли ощущения дежавю, то ли упущения чего-то важного, о чем Клэри успела позабыть. Ей вспомнились слова Джейса, которые он повторял ей неоднократно. Он говорил о том, что она слаба, что она уязвима, и в случае чего она не сможет за себя постоять, - любой, кто захочет навредить ей, обязательно воспользуется тем, что Фрэй утопила свой контроль на дне бокала с алкоголем, щедро приправленным фейской пыльцой. Только под «любым» Эрондейл, скорее всего, имел ввиду её брата, Джонатана. Но прошло уже почти два месяца, а Моргенштерн так и не пытался связаться с ней. Почему-то о том, что угроза могла исходить и от других, Кларисса не думала. Волна, образовавшаяся после их с Джейсом возвращения в Нью-Йорк, постепенно улеглась. Косые взгляды не прекратились, но их стало меньше. Казалось, что большинство будто бы приняли тот факт, что всё, что Клэри делала, было вызвано руной тёмного альянса, хотя, разумеется, всегда существовали те, кто готов был обвинить девушку во всех смертных грехах. Но такие люди были и раньше, называя её «дочь Валентина» даже тогда, когда она даже не была знакома со своим отцом.
С грехами родителей жить было проще, чем со своими собственными, теперь Фрэй знала это наверняка. Дни шли, а чувство вины, словно бы не проходило. Иногда казалось, что оно становилось меньше, но затем во снах воспоминания о содеянном вновь возвращались к ней в ещё более жутких и кровавых интерпретациях. Перед глазами всё снова заливало красным... Красный был повсюду.
— Совсем немного, - ответила Кларисса. Должно быть, комплимент из уст вампира о том, что она вкусная, был наивысшей похвалой, но стало немного по себе. Нет, это был не страх, скорее, любопытство. Клэри пробовала вампирский веном в компании Джейса, но тогда и настроения, и эмоции были другими. Тогда это больше походило на совместное приключение, во всяком случае для Клэри, - это будоражило, воодушевляло и, что греха таить, возбуждало. Она сидела на коленях Эрондейла, когда её кусали, а после не спускала глаз с парня, когда была его очередь. Как бы дико это не звучало, это было ужасно эротично и чувственно, когда они оба могли ощутить, как удовольствие в прямом смысле слова растекается по их венам. У фейской пыльцы был совершенно другой эффект, равно как и у алкоголя.
— Спасибо, наверное, - улыбнулась Фрэй. Саймон сказал однажды, что она пахнет солнцем, но подобное определение, должно быть, было близко лишь вампирам? Клэри было трудно представить, какое на вкус солнце.
— И на что это похоже? - заинтересовалась рыжеволосая, ощущая, как тормоза продолжают отключаться. Сет, что и говорить, выбрал крайне удачный момент, чтобы подобраться к ней - уязвимой, доверчивой, растерявшей часть навыков охотника из-за затяжной депрессии. Идеальная добыча - лёгкая, быстрая, скорее всего, даже сопротивляться не будет, просто не сможет.
— Полным именем я не пользуюсь, меня так уже никто не называет, - когда-то её так называл отец и Джонатан, и в редкие моменты - Джейс. Но Клэри уже и не помнила, когда в последний раз кто-нибудь называл её Клариссой. Ах, да. Безмолвные Братья и Инквизитор, когда она содержалась под стражей ещё в феврале.
— Так что просто Клэри, - подытожила нефилим.
Рыжеволосая будучи пьяной, всё же не растеряла последние остатки разума. Она прекрасно понимала, что все эти комплименты и приятные слова в её адрес не больше, чем попытка с ней познакомиться с какой-то целью. Она не была настолько наивной, чтобы полагать, что просто понравилась симпатичному вампиру в баре. То есть, да, скорее всего, понравилась, или понравился её запах, и, возможно, Сет решил, что можно попытать счастье, а вдруг?
Раньше бы Кларисса ужаснулась подобной мысли - кто-то хочет её укусить, какие тут могут быть раздумья! Конечно, нет! Но в какой-то момент всё изменилось... Вампиры убивали редко, предпочитая мирное существование с теми, кто служил им в пищу, а уж нефилимов, чья ангельская кровь солнцем разливалась по их венам, была у них в огромном почёте, и подавно не трогали. Другое дело, что мало кому удавалось попробовать нефилима на вкус. Охотники, что и говорить, снобы и консерваторы, редко позволяли себе подобные развлечения, если не сказать, что никогда... Мало того, что унизительно, так ещё и работы можно лишиться. Но Клэри подобные нюансы не очень-то волновали, сказать по правде. Они с Блэкбёрном, который куда-то запропастился, отдыхали и с большим размахом, а тут, подумаешь, один укус. Впрочем, может она ошиблась в своих суждениях, и вампир хотел чего-то большего от неё? С последним она будет вынуждена ему отказать: в каком бы состоянии она не была, она всегда помнила, что дома её ждёт Джейс. Алкоголь, фейскую пыльцу, даже вампирский веном, скрепя сердце, но он простит. А вот измену... Впрочем, об этом Клэри даже и не помышляла, никогда этого не искала и не привлекала к себе внимание подобным образом.
Танец - это просто танец. Попытка скоротать время, пока не вернулся Блэкбёрн.
Рука вампира легла ей на талию, но Кларисса не остановилась, продолжая танцевать. Клубные увеселения стали близки её сердцу совсем недавно, но большую часть дела делали, конечно, руны. Ловкость, выносливость, баланс, скорость и множество других, угольно-чёрных меток украшали её тело, выведенные рукой Эрондейла. Сама она теперь брала стило в руки крайне редко и в исключительных случаях, предпочтя переложить эту работу на охотника.
Они танцевали и танцевали, пока одна песня сменялась другой, и при этом Сет продолжал вести себя прилично. Его рука почти целомудренно лежала на её талии, лишь изредка смещаясь чуть вверх или вниз. Вампир не пытался её лапать или как-то соблазнить, - казалось, он тут вовсе не за этим.
Клэри неожиданно развернулась к нему лицом, будто так было задумано изначально, в танце, и заглянула в его глаза.
— Зачем ты здесь, Сет? - проговорила рыжеволосая, намекая на более узкий смысл своих слов. Зачем он здесь, с ней? Их тела соприкасались неплотно, Фрэй держала определённую дистанцию, будто расставляя невидимые границы. — Я не умею читать мысли, но, кажется, ты не ищешь подружку на ночь? - правая бровь изогнулась в немом вопросе.
— В любом случае, это не ко мне, у меня есть парень, - Кларисса тряхнула волосами, позволив медным локонам роскошными волнами рассыпаться по плечам. — Захотелось ангельской крови? - вкрадчиво поинтересовалась нефилим.

+3

8

Сета, на удивление, совершенно не раздражала музыка, которая играла. Конечно, его предпочтения были другими, но сейчас все отходило на задний план. Хипповатая музыка и косяк сейчас могли бы быть кстати, если бы это на него действовало. Как только он стал вампиром, организм Фитца полностью перестроился и теперь для того, чтобы получить кайф, нужно больше. Ангельская кровь, например. Мужчина не злоупотреблял этим, потому что знал, как легко потерять рассудок. Это чувство ни с чем не сравнимо. Когда ты чувствуешь эйфорию, а мысли в голове путаются, но тебя это совершенно не волнует. Ох, как давно Фитцджеральд этого не чувствовал. Но сейчас ему хочется выпить Фрэй до дна. Чтобы она умирала с удовольствием. А вампир сможет жить спокойно, потому что эта сука будет мертва. Он корил себя за такие мысли. Не смотря на свой немалый для человека возраст, у него была достаточно бурная жизнь со времен совершеннолетия. И он мог бы быть стариком, который ругается на всех и бьет палкой по ногам свою сиделку. А может был бы тем самым бодрым дедулей, который катается на велосипеде и делает зарядку. Кто знает. Но суть в том, что у него на все современные взгляды. И сейчас можно не уважать женщин только за то, что они являются представительницами прекрасного пола. Черт побери, они научились этим пользоваться и теперь делали все, что только вздумается. Мужчины для них были игрушками и вампиру было чертовски интересно, Фрей думает, как бы его использовать или на самом деле такая наивная дурочка? В любом случае, с ним такой фокус не пройдет. Сету далеко не тысяча лет, и даже не сотня. Но это не значит, что он глуп и поведется на милое личико. Тем более он хочет ее убить.
- Я даже не знаю, как описать этот запах, - Сет улыбается и смотрит девушке прямо в глаза, - Не знаю, запах какой-то уютный и домашний. Эдакая смесь, которая заставляет думать о приятном, - Он не лукавил. Ему на самом деле было приятно чувствовать ее запах. Он даже хотел бы вдохнуть полными легкими, но не уверен, что он них что-то осталось, - Представь, что пахнет домашних пирогом, свежими цветами и любимым человеком одновременно. Примерно такой запах у тебя,  Сет невзначай касается ее локтя. Ему показалось, что она его слегка боится, но не смотря на это все равно идет на контакт. Вампиру нравилось, что он может улыбаться, не боясь, что его не так поймут. Со стороны это выглядит как удовольствие от общения с красивой девушкой, а на самом деле его губы растягивались от понимания, что он так близко к цели и тому, чтобы лишить это создание жизни. Фитц не верил, что она сделала все под воздействием руны Темного Альянса. Всему можно противостоять. Значит все было глубоко в ее голове. А под воздействием вышло наружу. Что бы ему не говорили, мужчина не мог поверить, что можно сделать что-то против своего желания. Вот и рыжеволосая сделала то, что хотела. За это она скоро умрет, лишившись последней капли своей ангельской крови. И нет, Фитцджеральд не остановится ни перед чем. Он - член Совета Четырех. Он - закон.
- Ну, значит просто буду звать тебя Клэри, - разговаривать во время того, как ты танцуешь и в уши тебе "долбит" музыка - не слишком хорошая затея. Но Фитц был с таким невозмутимым и довольным лицом, что это его совершенно не смущало. Тем более сейчас можно было не говорить. На самом деле, вампиру было достаточно просто смотреть, представляя, как он впивается зубами в ее шею. И ведь на танцполе можно было подойти так близко, что невзначай касаешься кожи и это не вызывает подозрения. Мужчина не был хитрым, а вот его план именно такой, - Ты хорошо двигаешься. Часто ходишь по клубам? - Он не слишком хороший с собеседник сейчас. Особенно с той, кого хочет убить, но приходилось делать вид, что он искренне в ней заинтересован. Кажется, у него неплохо получалось. Но со стороны все могло выглядеть иначе, - Я не умею знакомиться в клубах. Это, как ты заметила, не мой конек, - Выглядеть таким неопытным и слабым, чтобы его хотелось пожалеть - тоже часть плана. И поэтому он посчитал, что можно позволить себе взять рыжеволосую за талию, легонько прижимал к себе, - Но ты мне нравишься и я хочу просто с тобой потанцевать, - сначала войти в доверие, а потом действовать. Возможно, ему долго придется ее окучивать, но ведь это того стоило. Как раз тот случай, когда цель оправдывает средства. Ну да, нужно немного помучиться, строя из себя вежливого и воспитанного мужчину, чтобы получить ее расположение. Он, конечно, воспитанный и сдержанный, но сейчас совершенно не был на себя похож. Сет слишком старался и ему хотелось бы, чтобы подвыпившая Фрэй не поняла этого. Вроде бы не так сложно, но в то же время приходилось переступать через себя. И сражаться с желанием укусить ее. Боже, с каждой секундой ему все сильнее хотелось схватить ее. И он не понимал, чего ему сильнее хочется, выпить ее или убить. Радовало только, что это легко можно совместить. Нужно лишь еще немного времени. Пока мужчине не надоело ждать и он делает вид, будто бы ему на самом деле интересно, какая Клэри из себя и что ей интересно.
- О нет, я не животное, которое интересуется только сексом, - Сет становится немного напористее и разворачивает девушку, обхватывая ее спереди и прижимая к себе сильнее, - Ты догадливая, - он проводит носом по ее шее, - Я хочу тебя попробовать, - шепчет он и отходит назад, взяв девушку за руку, - Пойдем, - Сет не тащит ее силой. Лишь аккуратно отводит от толпы, - Я не буду настаивать, - остановившись немного в стороне, он слегка нагибается и целует ее в руку, - Ты такая сладкая, что сложно сопротивляться. Но я не хочу, чтобы все было против твоей воли. Если ты не против, то я хотел бы, чтобы все произошло в тихом месте, - А вот и очередная фаза его плана. Хорошо, что все происходит не слишком медленно и ему не успело осточертеть общение с убийцей, - Тебе это интересно? - Он не смущается и ведет себя уверено. Пусть Клэри знает, чего он хочет, - Или ты мне не доверяешь? - он ухмыляется, потому что нет смысла ему отказывать. Он проявил себя как воспитанный и сдержанный человек, который ничего не сделает без разрешение на то. Как жаль, что это лишь маска.

+2

9

[indent] Возможно, где-то в глубине души, где-то очень глубоко, Кларисса искала неприятности на свою голову. Когда подсознательно чувствуешь себя виноватой, то хочешь быть наказанной. Фрэй верила в справедливость, если не закона, то хотя бы человеческих суждений, и если она сама неоднократно ловила себя на мысли, что недостойна прощения после всего, что сделала, то почему другие не имели права судить её? Её отца, Валентина Моргенштерна, ненавидели многие, ещё больше желали ему медленной и мучительной смерти, третьи жаждали, чтобы он горел в Аду, да притом поскорее, но что есть ад для такого святотатца, как он? Тот, кто призывает и запирает Ангела в клетку, мучает его на протяжении десятилетий, достоин наихудших страданий. Была ли Клэри такой же, как её отец? Ей хотелось верить, что нет... Но человека, в первую очередь, характеризуют его поступки, и пока поступки рыжеволосой не сильно-то отличались от тех, что совершал Валентин.
Впрочем, все эти мысли успешно глушились лучшей фейской пыльцой из запасников Королевы - связи Даниэля Блэкбёрна были бесценны, - всевозможными алкогольными коктейлями, да специальными рунами. Последнее, конечно, было таким себе средством: когда эффект от руны заканчивался, Клариссу накрывало вдвойне, и уже хотелось не просто забыть, но и забыться. И вот они с джинном снова пустились в ночное приключение.
— Звучит очень вкусно, - отозвалась нефилим. Она знала, как пахнет любимый человек. Правда, запах Джейса ассоциировался не с домашним пирогом и свежими цветами, а с теплом и уютом огня, цитрусовыми нотами, путающимися в светлых волосах, металлом и терпкой нотой крови. Эрондейл почти всех пах металлом, кровью и цитрусами, в особенности, когда возвращался с охоты или ночного патруля, - этот запах давно въелся Фрэй под кожу, но слова, произнесённые Сетом, заставили на мгновение погрузиться в собственные мысли, будоражащие сознание. Под фейской пыльцой все мысли и образы были такими яркими, сочными, живыми. Воображение было очень подвижным, при этом забывалось плохое и оставалось только хорошее.
Вампир усыплял бдительность девушки, и с каждой минутой, проведённой в его обществе, Кларисса чувствовала, как её страх тает, тает и тает. Быть может, виновато всё то же злополучное подсознание, подогреваемое адреналином на медленном огне, когда вроде бы и понимаешь, что не стоит ввязываться в подобные авантюры, а в то же время в голове настойчиво свербит мысль «а что если?..».
Нефилим не обманывалась на счёт своего нового знакомого, понимая, что вся его внешняя доброжелательность, может быть напускной. Но было так плевать... А может, Клэри хотела, чтобы ей сделали больно, ведь она заслужила...
— Не то, чтобы часто... За движения, наверное, стоит сказать спасибо тренировкам и рунам, - проговорила Клэри, чувствуя, как вампир становится чуть более настойчивым, а его прикосновения более властными и крепкими, и всё же пока он не переходил черту. Может быть, его доброжелательность не была такой уж напускной?
— И часто тебе говорят «да» в ответ на твою искренность? - усмехнулась рыжеволосая. Однажды Фрэй была в вампирском притоне вместе с Джейсом, где вампиры и люди, а иногда нефилимы, сплетались в сладко-эротическом танце с кровопусканием. Верилось с трудом, что укус мог обойтись без сексуального подтекста, ведь само по себе действо было очень и очень эротичным, а вкупе с эйфорией, которая наступала почти мгновенно, стоило вампирским клыкам пустить по венам веном, и подавно. Кларисса помнила это ощущение: тогда ей было чертовски хорошо. Она сидела на коленях у Джейса, пока вампирша кусала её, а после и охотника, чтобы спустя мгновение соединить их губы в поцелуе. Тогда удовольствие было тягучим и терпким, хотелось больше, хотелось ещё, и Клэри не сразу могла сказать, чего именно: укусов или поцелуев? Дурман был таким плотным, настойчивым, но очень приятным, затягивая в неспешный водоворот из чувств, эмоций и ощущений. Это был первый и пока единственный раз, когда Кларисса попробовала вампирский веном.
Пока девушка предавалась воспоминаниями, Сет мягко увёл её от толпы, и Клэри почти послушно последовала за ним. Она не знала, куда он её вел, но они ушли с танцпола, выходя в небольшой коридор, где музыка звучала немногим тише, и всё же ощутимо грохотала где-то совсем неподалёку. Наверх вела широкая лестница, застеленная ярким ковром, и туда-то вампир утягивал Клариссу. На втором этаже было что-то вроде лаунж-зоны: отдельные кабинки с мягкими диванами и пуфиками создавали атмосферу уединения и давали возможность отдохнуть после адских плясок на первом.
— Кажется, у меня нет выбора? - выдохнула Клэри, ступая на лестницу и делая один шаг, второй, третий.
— Но я бы солгала, если бы сказала, что мне это совсем интересно. Я пробовала веном лишь однажды, но это было... круто, - уже тише добавила рыжеволосая.
С каждым шагом музыка становилась всё тише, пока не смолкла совсем: скорее всего на помещение были наложены специальные чары. Как ни странно, но сейчас второй этаж практически пустовал, лишь в дальнем углу огромного прямоугольного помещения, клубились облачка сладковатого дыма - кто-то курил кальян.
Сет потянул Клэри в противоположный конец лаунж-зоны, теряясь в лабиринте кабинок, среди которых в самом деле можно было заблудиться и никогда не найти дорогу обратно. Их было так много - или у Фрэй просто двоилось перед глазами? Впрочем, возможно, это были чары пространственной магии, делающей помещение ещё больше и вместительнее.
Кларисса и Сэт оказались в одной из кабинок, и шторы с мягким шелестом сомкнулись за ними сами собой, окончательно поглощая все звуки.
Под ложечкой засосало, но Клэри не придала этому значения. Ей бы бежать, спасаться, звать на помощь, звонить Джейсу, Даниэлю, который невесть куда запропастился, но она не двинулась с места.
После событий сегодняшней ночи, Кларисса вряд ли сможет ответить на вопрос: хотела ли она забыться или правда искала окончательного забвения?
Но разум, одурманенный алкоголем и фейской пыльцой, давно помахал Фрэй, буквально отдавая свою хозяйку в руки мстительного вампира.

+1

10

Вместо того, чтобы сделать что-то на самом деле полезное, Фитц торчал здесь, в клубе, хотя ему совершенно не нравилось такое времяпрепровождение. Неужели это может быть лучше прослушивания музыки или чтения книги? Большинство здесь даже не умеет танцевать. Дергаются как паралитики. На это было жалко смотреть. И в то же время забавно. Сет наблюдал за теми, кто проходил мимо, пока в его поле зрения не появилась рыжеволосая и пару раз ему откровенно хотелось закатить глаза. Что было весьма важным фактором, почти каждый в клубе был под воздействием чего-нибудь. Алкоголь, фейская пыльца, просто наркотики. Такой образ жизни был не для Фитцджеральда, и не смотря на расслабленное состояние, внутри он чувствовал себя не в своей тарелке. И непонятно, почему нежити так нравились подобные заведения. Ясно одно: клуб не останется без своей целевой аудитории. Ну, все-таки вампира не должно заботить, как зарабатываются деньги, пока это не переходит законы. Он еще и член Совета Четырех, и будь здесь хоть что-нибудь не так, он бы мигом прикрыл это место. Но прикрываться законопослушностью сейчас – глупость. Он хочет нарушить правила, которые сам же создает. И в него можно кинуть за это камнем, но он за справедливость и самосуд. Конечно, отвратительно, что он возомнил себя богом, но и Клэри была не святой. Если она отняла чужую «жизнь» и это сошло ей с рук, то почему он не может поступить точно так же? Жестоко, да? Зато честно.
- Конечно, вкусно. Ведь это те вещи, который с самого детство любит абсолютно каждый, - мужчина легко улыбается. Кажется, у него отлично получается заговаривать зубы. Никогда не ставил перед собой такой цели, но сейчас это было просто необходимо. Усыпляешь бдительность и потом можешь делать что угодно. И больше всего ему хотелось убивать. Редко такое желание возникало в подсознании Фитца, но сейчас оно было таким четким и его словно уговаривал какой-то голос в голове. Как бы странно это не звучало, словно ангел и дьявол сидят на плечах. Только вот ангел почему-то молчит и не призывает к тому, чтобы  Сет опомнился и не совершал глупостей. Наверное, впервые за долгое время его опьянила власть и возможность остаться безнаказанным за свои действия, - Но каждого свои любимые ароматы, ведь так? – спрашивает Сет и девушки. Ох, трудно же было бороться с ее запахом, который начинал так сильно манить, - Я очень жалею, что сейчас для меня все ароматы не что иное, как набор запахов, которые абсолютно ничего не значат, - хотелось бы получать удовольствие от чего-то простого и понятного всем. Но ноша вампира не так легка, как может показаться на первый взгляд. Все-таки, не смотря на то, что можно было вести почти обычный образ жизни, не вызывая к себе лишнее внимание, все равно все было по-другому. Да, все изменилось в лучшую сторону, но было и много того, что хотелось бы изменить.
- Я всегда честен с собеседниками. Говорю о том, что хочу и зачем мне это, - Он врет, но не полностью. Обычно Фитцджеральд на самом деле не церемонится и сходу выдает все свои планы. Это существенно экономило время. Людская привычка, ведь иногда ты забываешь, что обречен жить вечно. Времени было слишком много. Иногда ты просто не знаешь, куда девать его избыток. А еще не нужен сон. Можно работать сутками напролет, чем он, в общем-то, и занимался. Это помогало не думать о многих вещах, которые так сильно раздражали и попросту не давали покоя, - Знаешь, что признав свои грехи, можно получить шанс на искупление? – Он говорит странно, заумно и завуалировано. Иногда замечал за собой такую манеру поведения, когда слишком сильно отвлекается на какую-то мысль во время беседы, как это было сейчас. Ведь в голове только картина того, как Сет выпивает девушку до последней капли. Это так сильно будоражило сознание, что, кажется, его голова уже сейчас была затуманена предвкушением. Даже как-то сложно было придумывать, что говорить дальше. В отличие от самого начала, когда его разум был ясным и вампир прекрасно осознавал все свои действия. Каждая фраза была сказана не просто так. А сейчас все изменилось. И когда он идет в более уединенную часть клуба, на какое-то мгновение ему даже кажется, что в нем забилось сердце. Так сильно он волновался, - Если пробовала, то почему ты так не уверена? – мужчина старается задавать правильный вопросы, чтобы не спугнуть жертву. Забавно будет, когда он первый прибудет с утра к клубу, выяснять обстоятельства смерти  красивой и молодой девушки, которая была под воздействием алкоголя и еще чего-то неизвестного происхождения.
Когда они оказались наедине и лишний шум почти не мешал, Сет садится и двигается ближе. Он не знает, как и с чего лучше начать, - Тебе не будет больно? – Очередной жест наигранной заботы Фитцджеральд прекрасно понимал, что она получит от всего этого кайф, но он продолжал играть. Считал, что никогда нельзя выходить из образа, особенно, когда зашел так далеко, что пути назад просто нет, - я буду аккуратен, - говорит он, будто бы перед ним не убийца, а его первая девушка, которую он лишает девственности. Вампир нагибается к шее девушки и глубоко вдыхает. Запах Клэри растекается по каждому закутку мозга. И как же сильно хочется в нее впиться, но он не торопится. Хочет потянуть время и насладиться моментом. Мужчина без предупреждения запускает зубы в кожу и его глаза закатываются от удовольствия. Кажется, это было лучшим моментом с тех пор, как он стал вампиром. О, кровь рыжей была самым вкусным, что ему довелось попробовать. И это увлекало. Сет понимал, что не может и не хочет останавливаться.

+2

11

[indent] Наши поступки и действия определяют то, кто мы есть. Но была ли Клэри в действительности собой, когда совершала убийства? Она помнила, как это случилось впервые, в пылу драки, и смерть обидчика случилась в результате обороны. Тогда в ушах стучал бешеный адреналин, а по венам текла жидкая власть и абсолютный контроль над чьей-то жизнью. Эти смешанные чувства испугали Клариссу, но, пожалуй, понравились, о чём она и сообщила Джонатану, который поспешил заверить сестру, что это нормально. Но вот, когда они отправились в Германию, к вампирам, там было всё иначе. Был разработан целый план по уничтожению клана, и если бы не убаюкивающие эмоции, исходившие от Моргенштерна и передающиеся по руне тёмного альянса, Фрэй не была уверена, что смогла бы сделать это. Она помнила, как нанесла первый смертельный удар - тогда её жизнь висела на волоске.
Убей или убьют тебя.
Вот только, если бы они с братом не пришли за вампирами, и выбирать бы не пришлось, а теперь... Теперь придётся с этим жить и отвечать за совершенные поступки.
— Конечно, есть, и это не всегда запах какой-то еды, цветов, а нечто абстрактное и неповторимое, порой даже трудно описать словами, - рыжеволосая улыбнулась. — Но кровь, получается, имеет свой уникальный и ни с чем несравнимый аромат? В отличие от всего остального? - полюбопытствовала нефилим. Ей всегда были интересны такие вещи, но с Саймоном как-то непросто было их обсуждать. Лучший друг итак с трудом переживал период становления вампиром и вряд ли бы хотел, чтобы Клэри задавала ему подобные вопросы. Вампиры вообще были уникальным явлением: одной ногой в загробном мире, ни тебе сердечного стука, ни дыхания. Была ли у них душа? Чувства? Могли ли они по-настоящему любить? Камилль Белькур утверждала, что да, но может быть всё относительно?
За всеми этими размышлениями рыжеволосая даже пропустила высказывание Сета о том, что он всегда честен с собеседниками. При любых других обстоятельствах она бы обязательно возразила на это или попыталась бы подтрунить, дескать, нельзя быть всегда честным, - все врут в той или иной степени.
— Ты веришь в Бога? - удивлённо приподняв брови, спросила Кларисса. Она в Бога не верила, но верила в Ангелов и Демонов, но вряд ли эти Высшие существа были готовы отпускать грехи человечеству. Да, и как кто-то может простить, если ты сам себя простить не можешь? — Если бы это было так, я бы давно признала свои грехи, - сбивчиво пробормотала Фрэй. Её поступки итак снились ей каждую ночь, будто бы напоминая, что забывать об этом нельзя, и с этим придётся жить. Как жить - это уже другой вопрос, но как-то придётся.
Возможно, будь рыжеволосая чуть более трезвой, она бы уловила едва заметное волнение Сета, но даже если это в действительности было заметно, она ничего не заподозрила. Внутренний голос по-прежнему противно верещал на задворках сознания, даже когда шторы кабинки плотно сомкнулись за нефилимом и вампиром, он не унимался, но Кларисса его не слушала. Не хотела слышать.
— Ну, знаешь, мама говорила, что наркотики - это плохо, а веном - это особый уровень дичи, да и последствия предугадать сложно, так что... - а вот волнение девушки было более заметным и явным, нежели у вампира. Голос дрогнул, под ложечкой засосало, но Сет уже придвинулся ближе, заверяя, что больно не будет. Боли она и не боялась. Клэри казалось, что она упускает из виду нечто очень важное, но никак не могла понять, что именно. Она помнила, как переживала за Джейса, позволившего вампирам кусать его. Это было другое... Только, в чём другое? Если Эрондейл узнает, что она искала забвения в вампирском веноме, он точно также будет сходить с ума и не находить себе места.
Впрочем, у рыжеволосой не было времени предаваться подобным мыслям: зубы вампира неожиданно впиваются в её горло, и по инерции Клэри запрокидывает голову назад. Яд мгновенно попадает в кровь, даря почти мгновенное ощущение эйфории, безмятежности и ярчайшего удовольствия. Это было не описать словами, но Кларисса могла бы это нарисовать, разбрызгав по холсту все цвета красок, что у неё были, все оттенки, что она только бы смогла смешать, - это было слишком хорошо.
По щеке скатилась слеза. Но больно в самом деле не было. Веки дрогнули, опускаясь вниз и погружая Фрэй в приятную, благостную тьму. Под сомкнутыми веками она была окрашена во все цвета радуги, растекаясь по венам, пульсируя в сердце. С каждым глотком эйфория усиливалась, становясь острее, ярче, только если поначалу она напоминала взволнованное море, то сейчас больше походила на океан во время шторма. Кларисса будто бы барахталась в этом удовольствии, боясь утонуть. Или вернее уже начав тонуть.
— Сет... - прошептала Клэри. Она не очень разбиралась в тонкостях взаимоотношений с вампирами, но по всем законам жанра, мужчина уже должен был остановиться, а он всё также жадно пил её. — Сет, - повторила девушка, чувствуя, как голос перестал слушаться.

+2

12

Кажется, что напряжение с каждой минутой только нарастало. Чем ближе подкрадывался тот момент, когда они оставались наедине, тем сильнее, казалось, его кидало в жар. Все-таки сила мысли имеет вес. Ты даже можешь почувствовать то, что тебе совершенно не свойственно, если сильно постараешься. Чаще всего Сет испытывал какой-то определенный набор чувств, который был весьма ограничен: злость, ярость, наслаждение, удовольствие. Но с тех пор, как от него ускользнула жизнь, и сердце перестало биться, в эмоциональном плане он стал более холодным, если так можно было сказать. Так было намного проще существовать. Хотелось бы сказать «жить», но это совсем не то слово, которое было бы сейчас уместно. Он смотрит на Клариссу и внутри у Фитцджеральда взрывается вулкан от того, что он слышит и видит. С одной стороны очень сложно поверить, что такая прекрасная девушка может так жестоко убивать, а с другой стороны, разум отказывается оправдывать хоть кого-либо в жестоком убийстве целого клана. Да, обстоятельства говорят о том, что стоит обо всем забыть и просто закрыть глаза на потерю важной особы из своего прошлого. Но сказать было намного проще, чем сделать. И, не смотря на то, что ему были известны все обстоятельства, Фитц не мог спустить все тормоза. Это был бы шаг против себя. А это ни в коем случае непозволительно. Иначе нет смысла существовать.
- А ты много знаешь, - ухмыляется мужчина, прикрывая глаза. Его начинает терзать запах рыжеволосой, смешанный  желанием разорвать ее на части, - Даже удивлен, что ты такая смышленая, - Не хотелось бы, чтобы это звучало как  оскорбление, но девушка явно была очень молода и еще многого не познала, в отличие от вампира, который, если так подумать, сам был достаточно глуп и не познал мудрости, типичной для того же Хорна. По сравнению с ним он был букашкой, но все равно решил, что раз у него есть власть, то стоит ей воспользоваться и совершить акт правосудия. Чтобы наконец-то отпустило, - Даже у близнецов кровь отличается по вкусу. Наверное, существуют какие-то факторы, влияющие на это, но я понятия не имею, - честно признается Сет, - Возможно, это все на генетическом уровне. Плюс сильно зависит от того, что ты ешь, пьешь, куришь ли, принимаешь ли наркотики, - Он уже жалеет, что ударился в это разглагольствования. Но раз Клэри задала вопрос, то стоит ответить, чтобы не вызвать подозрения. Хотя и так было видно, что девушка относится к нему с опаской, что было совершенно неудивительно, - Ну и да, не только аромат, но и вкус. А учитывая, что это единственное, вкус чего ты чувствуешь, то каждый глоток крови – словно подарок свыше.
Фитджеральд не знал, к чему Фрэй спросила про Бога. Возможно, на это ее натолкнула предыдущая фраза, но, тем не менее, он ответит на ее вопрос, - Раньше верил, а сейчас я надеюсь только на себя, - религия – весьма сложная и щекотливая тема и всегда ее обсуждение сводилось к чему-то нехорошему. И Сет искренне надеялся, что они быстро свернут разговор в другую сторону. Иначе ему придется убить ее еще быстрее, - Никто не безгрешен, - резюмирует Сет, - особенно в этом месте, - он пытается найти в глазах девушки что-то, что остановит его. Но отводит взгляд, чтобы в один момент не передумать. Это будет показателем слабости. А он ни в коем случае не слабый, - Уверен, даже у тебя за плечами немало мелких грешков, - говорить становится намного проще, когда они оказываются наедине. И нет снующих вокруг пьяниц, которые так и норовят наступить тебе на ногу или пролить на твою дорогущую рубашку коктейль. Стало намного легче, когда цель была перед носом, на расстоянии вытянутой руки. Секунда – и он уже сможет укусить ее за шею, стремительно высасывая из этого хрупкого тела всю кровь до последней капли. Он закрывает глаза и видит это. А еще, если подумать о том, что ее кровь – сильный наркотик, то вполне посчитать за приятный бонус ощущение дурмана после того, как он скроется из клуба, забыв вытереть с губ алую кровь Фрэй.
Он аккуратно берет ее одной рукой за шею и пододвигается ближе, пронзая ее шею своими клыками. Он не знал, что ангельская кровь действует так быстро. В один момент его накрыло, и он чувствовал себя буквально самым счастливым на земле, жадно продолжая выпивать рыжеволосую. И ему хотелось еще. А потом еще. Ведь с каждым глотком ему становилось только лучше. Он даже на какое-то время забыл о том, что пришел сюда не получать удовольствие, а мстить. Но ему было так вкусно и хорошо, что его разум вмиг затуманился, - Мгм, - Сет не может сказать ничего членораздельного, так как безумно увлечен, - Да, прости, - Голос Клариссы был как будто бы далеко-далеко. И хоть не с первого раза, но он заставил себя оторваться от этой милой шейки и развалиться на диване в экстазе, - Я увлекся. Не ожидал, что ты окажешься настолько вкусной, - за свою жизнь из наркотиков Сет курил только траву. И то, те ощущения просто невозможно сравнить с тем, что происходит сейчас. В его голове словно тысячи фейерверков, а по коже ползут мурашки, вызывая легкое ощущение щекотки. Вампир с трудом уговорил себя остановиться. Но это только для того, чтобы продлить себе удовольствие. Как бы хорошо ему не было, он все равно ни за что не отпустил рыжую отсюда, пока не убьет.

+2

13

[indent] — У меня были хорошие учителя, - уклончиво ответила Клэри. О представителях нежити она много знала не только из учебников и пособий, которые выдавали в Институте во время учёбы, но и от Джейса, и даже Джонатана. Молодые люди делились своими наблюдениями, сдобренными личными комментариями, - такое не прочтёшь ни в одной учебной книге. Это было бесценно, ведь порой неизвестно, когда могут понадобиться те или иные знания.
Рыжеволосую вовсе не обидело замечание Сета: она в самом деле была юной, хотя по меркам Сумеречных охотников она уже давно считалась взрослым человеком. Вот только она не жила в этом мире с самого рождения, не получила соответствующее воспитание и образование, едва ли запомнила все традиции и Кодекс нефилимов. На правду не обижаются - Кларисса быстро училась и в самом деле была смышлёной, но ещё очень многое не знала.
— Это имеет смысл, - задумчиво отозвалась Фрэй. — А если человек пьян или под кайфом, то кровь становится вкуснее или наоборот? Вы можете почувствовать эту эйфорию? - полюбопытствовала рыжеволосая. Не то, чтобы это сильно имело отношение к делу, но вопрос сорвался с губ сам собой, а сама девушка не видела смысла сдерживать подобные порывы. Вроде как в эту ночную авантюру они ввязались вместе, и вряд ли кто-то из них предпочитал провести время в молчании?
Где-то на задворках сознания Внутренний Голос продолжал настойчиво напоминать Клариссе о своём существовании. В Институте её ждал Джейс. Возможно, он даже попытался искать её, но по каким-то причинам не нашёл, и, наверное, волновался, что она пропала в очередной раз Бог знает где и невесть за чем. Было трудно его винить, но иногда, а в последнее время всё чаще и чаще, рациональные порывы Фрэй умирали на корню, она не могла сопротивляться этому странному желанию, сродни жажде, забыться и забыть. А, возможно, она просто подсознательно искала проблем, которые могут навсегда окончить её страдания.
Глупо? Инфантильно? По-детски? Быть может, но как говорится, она не могла изменить то, что она чувствовала - она просто так чувствовала, даже если так не должно было быть.
— На самом деле немало, - неожиданно серьёзно отозвалась Клэри в ответ на фразу про грехи. Голос нельзя назвать грустным в этот момент, скорее мрачным, тленным - Кларисса не гордилась тем, что сделала. — Да и грешками их назвать трудно, скорее грехами, с большой такой буквы, - продолжала рыжеволосая. — Я не горжусь этим и многое бы отдала, чтобы всё исправить, но, увы, это невозможно, - дальнейшие рассуждения были прерваны укусом в шею.
Клэри продолжала барахтаться в этом томном, сладком, тягучем удовольствии, пробиравшемся под кожу и продолжавшим свой путь к сердцу.
Глоток, и мысли девушки уплывают далеко-далеко. Ещё один глоток, и она чувствует, как её тело расслабляется, как уходит напряжение, с которым они стали почти неразлучны. Ещё глоток - глубокий и медленный, и дыхание нефилима перехватывает. Она чувствует слабость, приятно струящуюся по венам. На краткий миг показалось, что Фрэй даже перестала управлять своим телом: она хотела упереться ладонью в грудь вампира, призывая его отстраниться, но словесного предупреждения было достаточно. Сет отстранился, расслабленно разваливаясь на диване. Сама же рыжеволосая буквально растеклась на диване, словно желе: держать спину прямой и твердой было почти невозможно, и после недолгих раздумий, Фрэй легла на диван, ставя ноги в кедах на обивку и сгибая их в коленях.
Наивная Клэри думала, что на этом всё, и сейчас она немного полежит, поищет Блэкбёрна и отправится либо домой, либо на дальнейшие поиски приключений. Только кто её вот так запросто отпустит?
— Не знаю, что говорят в такие моменты? Спасибо? Рада, что тебе понравилось? - воспоминания о посещении первого и пока что единственного вампирского притона в компании Эрондейла почти что стёрлись из памяти. По крайней мере в эту самую минуту. Кларисса не помнила, как там вела себя, или как там вели себя местные вампиры.
Она слабо улыбнулась, но не была уверена, что Сет видит её улыбку. Рыжеволосая приложила пальцы к двум аккуратным, ровным точкам на шее. Это получилось не с первого раза, будто Клэри на ощупь искала, где же они - пальцы тут же окрасились в красный, и несколько мгновений она смотрела на свою молочно-белую кожу, при таком освещении казавшуюся ещё более бледной, и яркие капли крови.
Голова гудела, но не так, как бывает наутро после похмелья, а скорее так, будто Фрэй попала вовнутрь огромной морской раковины и слушала шум прибоя. Эдакая слуховая галлюцинация, но до чего же приятная. Рыжеволосая попыталась встать, вернее, принять сидячее положение, но не тут-то было. То ли от вампирского венома, то ли от того, что Сет позволил себе лишнего, тело было ватным и плохо слушалось.
— Наверное, нам пора возвращаться? - нерешительно отозвалась нефилим. Голова кружилась, и перед глазами всё было таким ярким, подвижным, необыкновенным. Приглушённый свет преломлялся перед глазами причудливыми бликами, в то время как сам вампир рядом с ней больше напоминал размытое пятно, будто глаза теряли фокус.

+2

14

- Да, ты чувствуешь, когда человек счастлив. И это не обязательно наркотики или алкоголь. Я не силен в химических процессах, но что мозг выработает что-то, что попадает в кровь, если я не ошибаюсь, - он не делает умный вид, потому что эта вся информация может быть неверное и добралась до его ушей отнюдь не в первозданном виде. Но он ни в коем случае не претендовал на роль мудреца, коим, например, являлся Верховный, - И вот именно это делает кровь еще вкуснее, - кажется, в его глазах появился огонек, - Алкоголь дает особенный привкус, но если по жизни ты не переносил какой-то продукт, то, почувствуй ты его в крови, тебе станет не по себе, - мужчина ухмыляется, ведь тема на самом деле интересная. Ну и любознательность девушки, за которой скрывалась жестокость. Да, было миллион «но», почему ее не стоило обвинять в убийстве целого клана. Но это не причины для Фитца. Это все – полнейшая чушь. И сейчас ему приходится строить из себя скромного вампира, который просто в восторге от ее запаха и вкуса крови, и от разговоров с ней. Да, по большей мере все так и было. Но приходилось не быть самим собой на сто процентов. Увы, приходилось затаиться и выжидать, чтобы добиться своей справедливости.
- Мне не нравится вкус наркотиков в крови, - честно признается Сет. Он не упоминает о своих проблемах с травкой в прошлом. Тогда без дури было просто невозможно. Ему даже было интересно, что довело до такого состояния? Куча сигарет смогла стать причиной рака? Черт, это дерьмо, с которым не хочется связываться снова, - Хотя, некоторые наоборот любят. А из алкоголя, меня сразу воротит от тех, кто пил то-то на основе аниса, - и поспешно добавляет, - но не ты, - широкой улыбке на его лице невозможно было сопротивляться. Внутри же он с трудом сопротивлялся и хотел прикусить себе язык, - Думаешь, своих грехи так просто исправить? – она не уходила от темы, а наоборот, начинала больше откровенничать, что было Фитцджеральду только на руку, - Некоторые вещи бывают настолько ужасными, что даже десятилетия не исправят все, - он говорит спокойно и старается не давить. Ему хочется услышать от нее слова признания, но чтобы она сделала это сама. Пусть рыдает, извиняется. Ему так хочется это все увидеть до того, как он ее убьет, - Вспомни ту же Вторую Мировую войну. Сколько прошло лет, и вроде как в лицо им никто ничего не говорит, но я знаю, что их тихо ненавидят, - Он любил рассказывать истории, которые где-то когда-то услышал. Тем более, они так хорошо подходили к данной ситуации, что промолчать было бы глупо.
Забавно было смотреть на то, что девушка благодарит его и собирается уходить. Она еще даже не представляет, что все только начинается. Закончилось время, когда он милый и обходительный. Теперь он добьется своего и выпьет ее до последней капли, - Давай немного посидим, мне так хорошо, - Сет тянет девушку обратно на диван и просто молчит. Ему в голову ударило. Он словил кайф такой силы, что пакет травы из прошлого с этим ни за что не сравнится, - Я выпил не так много, долго ли продержится эффект? - Ему было безумно интересно все это. Ну и хотелось потянуть время, пока его голова «вернется» на место. Эффект, конечно, был потрясающим. И у него не хватало слов для того, чтобы все это описать. Про себя он вспоминает самое приятное в своей жизни ощущение и понимает, что все, что было для этого – полнейшая ерунда. И ему хочется еще. Вампир ловит себя на мысли, что сейчас ему больше хочется не убить ее, а просто выпить всю ее кровь. Она такая вкусная и так приятно оседает во рту. Ее хочется смаковать. Но всякий случай мужчина даже облизывает губы, чтобы, если вдруг там остались капли крови, облизать их. И да, ему повезло. Небольшая капля на нижней губе. Это лишь усилило его аппетит. Ждать больше не было смысла. И сил.
Фитц поворачивает голову на девушку и совершенно спокойным тоном говорит, - Ты отсюда не уйдешь живой, - и хватает ее за руку, притягивая к себе. Ее миниатюрные худые руки легко держать пальцами одной руки. Второй он закрывает ей рот, и зубами снова впивается в шею. Эффект медленно, но спадал. Он хотел еще, и еще, и еще. Сет хочет бесконечно ловить этот кайф. В такие моменты не страшно умереть, потому что это пик удовольствия и ты понимаешь, что лучше просто не будет. Он отрывается от девушки и придвигается к ее лицу максимально близко, - Я выпью тебя полностью. Так приятно, - шепчет он, - А еще твой страх, он словно питает меня, - он снова впивается в шею. Вампир не торопится, растягивает каждый глоток, размазывая кровь языком по всему рту. Осознание того, что в этом теле не бесконечный запас крови, очень расстраивало его. Впервые за долгое время он нашел что-то настолько вкусное, что готов питаться этим на завтрак, ужин и обед. Не заиметь ли себе личного нефилима? Тогда его точно выгонят из совета, потому то он постоянно будет под кайфом. Но это такое приятное ощущение, с которым безумно тяжело бороться. Сет испытывал настолько сильное желание, что готов был продать душу за эту кровь.

+2

15

[indent] Клэри не могла понять, почему ощущения от вампирского венома тогда и сейчас были такими разными? Тогда, в компании Джейса, она чувствовала желание, ярким фонтаном бившее внутри неё, ощущала, как разгораются внутри неё вполне определённые мысли, вместе с тем отодвигая всё ненужное на задний план. Джейс спросил, чем же отличается действие фейской пыльцы от вампирского венома, и Кларисса почти незамедлительно провела эту разделительную черту. Фейская пыль дарила лёгкость, беззаботность и отключала все тормоза, забирала боль и ненужные мысли. Веном же напоминал океан из солнца и солнечного света, в котором можно было купаться до бесконечности, захлёбываться и при этом не тонуть, чувствуя странное жаркое, но не обжигающее, счастье. Множество мыслей сменялись одной, а то и вовсе не единой, и так по кругу. Это не было похоже на эффект фейского наркотика, но и не походило на то, что происходило сейчас, когда Сет кусал её. Может быть, всё дело в атмосфере и в компании? В настроении? С Эрондейлом они устроили себя маленькое изысканное приключение, на данный же момент она подцепила какого-то неизвестного вампира в одном из Нью-Йоркских клубов... Что она вообще творила?
Затуманенный, измученный на протяжении почти двух месяцев разум, должно быть, едва ли соображал. Стоило убежать. Или вообще не стоило подниматься сюда с Сетом. Почему Блэкбёрн её не ищет?
Ей не нравилось то, что она плохо управляла своим телом: оперевшись руками о диванчик, девушка попыталась встать, но руки соскальзывали, будто в них совсем не было силы. Кажется, она давно не обновляла руны... Обычно этим занимался Джейс - она так привыкла к тому, что именно кончик его стило касался её кожи, именно его рукой были выведены всё эти чернильные линии, что почти позабыла, что может быть иначе. Что раньше всегда было иначе, и она сама управляла и рунами, и своим стило.
Сэт что-то говорил. Что-то об алкоголе и наркотике, кажется, он отвечал на её слова? Но Фрэй терялась в своих ощущениях. Он слишком много выпил, и она чувствовала слабость, свинцом растекавшуюся по телу. Сказать по правде она и не была достаточно сильной в последнее время - физические тренировки она не оставляла, но по возвращении из квартиры-портала что-то безвозвратно изменилось. Отсутствие нормального сна и аппетита не могло компенсироваться даже тренировками. Может всё дело в этом?
Ей нужна была руна силы и восполнения энергии, а ещё кровопотери, она не может предстать перед Эрондейлом в таком виде, он её убьёт.
О чём она думает вообще?
— Нет, я думаю, что свои грехи почти невозможно исправить, иначе это не считалось бы грехами, - рыжеволосая всё же уцепилась за какую-то фразу в словах вампира и попыталась на неё ответить. Она была пьяна и ослаблена, но не настолько, чтобы каяться в своих грехах незнакомому человеку. Тревога внутри становилась всё более осязаемой и навязчивой, но нефилим никак не могла связать это воедино. Она уже почти осознала, что прийти сюда было ошибкой, и так точно, Сет будто бы в подтверждение её мыслей говорит о том, что торопиться было некуда, он выпил не так много и хотел бы растянуть удовольствие.
Выпил не так много? Да Кларисса не могла встать с дивана, о чём он вообще?
Рыжеволосая нахмурилась, а в следующую секунду была резко притянута вампиром к себе. Она не успела вскрикнуть - его широкая ладонь зажала ей рот, а зубы впились в шею.
Нет...
В городе, где правил Алистер Хорн, не убивают нефилимов просто так, посреди ночи, это знал любой, даже самый ошалевший вампир. Фрэй попыталась высвободить руки, но мужчина держал её крепко, почти до боли сжимая её хрупкие запястья в своих. При желании он мог бы с лёгкостью переломить их, как веточки, но вместо этого он пил её, и пил, и пил.
С каждым глотком Кларисса чувствовала, как силы оставляют её, как тепло покидает её тело, а сердце замедляет свой ход. Она ни чувствовала ни солнца, ни солнечного света, ни приятного покачивания на невидимых волнах, которое ощущала, когда впервые попробовала веном с Джейсом.
Кругом было пусто и постепенно становилось темно. Тёмные ресницы дрогнули, раз-другой, постепенно опускаясь, отбрасывая на скулы почти мертвенно-болезненную тень.
Сердца едва билось, когда Клэри закрыла глаза окончательно, больше не в силах держать их открытыми, и обмякла в стальной хватке Сета.
Джейс, - подумала девушка, прежде чем провалиться в забытье.

+2

16

[indent]  [indent] В последнее время на долю Верховного выпало много проблем, почти все из которых были успешно разрешены, но это было чем-то из разряда незначительных мелочей, а не глобальных преобразований, в коих нуждались и он, и его город. Кто вообще придумал слово "куратор"? Это самое глупое из всех самых глупых слов на этом глупом свете. Лайтвуд не давал ему спокойно вздохнуть, постоянно интересуясь его делами и всем тем, куда не ступала нога ни одного живого, или не очень, существа. Алистер привык к полной свободе собственных действий и решений, привык к тому, что никто не смеет влезать в его личное пространство, его политику. Разумеется, за исключением одной прекрасной рыжеволосой особы, которая имела неоспоримое влияние на него, но речь сейчас не о том. Молодой Хранитель стал очередной преградой на пути праведных начинаний, которые должны были принести мир и покой уставшей от страха Нежити Нью-Йорка, но каждый стремится сохранить свою жизнь и жизни своих близких, банально винить за инстинкт самосохранения, ведь он присущ всем смертным и бессмертным созданиям, живущим в этом мире испокон веков. Право же, все это не будет длиться долго, Верховный справлялся и с куда более выдающимися индивидами, Старший Лайтвуд не станет исключением из правил.

[indent]  [indent] Уже больше месяца прошло с тех пор, как состоялся суд над внезапно вернувшимися к родному порогу сумеречными охотниками, Клариссой Фэйрчайлд и Джейсом Эрондейлом. Факт родства с небезызвестной Имоджен Эрондейл, уже бывшим Инквизитором Конклава, изрядно позабавил чародея, но юноша едва ли смог привлечь к себе внимание своими выдающимися боевыми навыками: к чему Хорну интересоваться каким-то незаурядным бойцом, будь он и впрямь столь хорош, как о нем говорят? Это было без надобности, но то ли дело его возлюбленная, дочь Валентина и Джослин. Именно она была венцом творения Моргенштерна Старшего, а не, как тот сам наивно полагал, Джонатан. Бесспорно, сын Лилит был значим для мужчины, но его способности не представляли для него чего-то выдающегося. Да, он был силен, возможно, даже сильнее его, но ничего нового с его рождением не было привнесено в этот скучный, серый мир, когда же Клэри была поистине примечательной личностью.  Если верить словам Прекрасноликой и кое-каким урывкам из бесед с его новым учеником, Фрэй обладал талантом к созданию новых рун. Руническая магия сама по себе крайне могущественна, но те жалкие огрызки Ангельской силы, дарованной Разиэлем своему первому охотнику и его последователям в Серой Книге, были полным посмешищем. И они еще удивляются, почему не могут одолеть Нежить? Да у них просто нет ни одного достойного козыря на руках, ведь руны призваны лишь помогать им в их деле, а не вершить все вместо них, когда же магия чародеев, к примеру, вполне сносно справлялась с этой, казалось бы, непосильной для многих задачей. Однако, те шедевры, о которых Алистеру довелось слышать от других, поражали даже его искушенное сознание, заставляя невольно вздрагивать при одной только мысли о том, на что Кларисса может быть способна, если со всем должным усердием отнесется к взращиванию вложенного в нее дара. Демоническая магия до сих пор не имела конкурентов, но с появлением Фрэй все может измениться и далеко не в лучшую для него сторону. Опасно иметь врага, против которого даже самые искусные чары не будут иметь ровным счетом никакого действия.

[indent]  [indent] Верховный не оставлял юную охотницу без присмотра, прицепив к ней своеобразный маячок. Спасибо ее дражайшему другу, Даниэлю, к которому самому Хорну было не трудно подобраться. Мужчина был прекрасно осведомлен о том волнении и порицании, с которым встретила толпа нефилимов эту сладкую парочку, но было глупо полагать, что кто-то осмелится причинить ей или ее суженному вред, когда во главе Института стоит парабатай Джейса, но на всякий случай лучше перестраховаться, чем закрыть на это глаза и упустить нужный для налаживания отношений момент. Что до Нижнего мира Нью-Йорка, то те, за редким исключением, оставались в неведении в отношении совершенных этими двумя злодеяний. Впрочем, здешнюю Нежить волнует лишь то, что волнует ее, не больше и не меньше: они давно утратили жалость и сочувствие к тем, кто, пусть и является их сородичами, находится за пределами их уютного Рая на Земле. Тем не менее, Алистер не мог не заменить с самого начала, как сильно подробности допроса задели одного из самых юных представителей Совета Четырех — Сета Фитцджеральца. Верховный всегда служил гарантом порядка и законности, но в то же время никогда не отказывал своим коллегам в возможности поделиться с ним терзавшими их сомнениями и призраками прошлого: так поступил и вампир. Он поведал ему обо всем, что стоило знать, обо всем, что привело его в то самое неуравновешенное состояние, благодаря которому и состоялся их разговор, но Фрэй была слишком важна и ценна для чародея, поэтому он не мог позволить Сету совершить намеренное убийство. Правосудие уже свершилось, и точка поставлена, иные возражения, будь ты самим Богом, не принимались.

[indent]  [indent] Ночь не предвещала ничего плохо, помимо всего того, что и так случалось из раза в раз на протяжении последних месяцев. Брюнет преспокойно сидел в одном из фешенебельных ресторанов на Манхэттене, лениво потягивая какой-то изысканный напиток, предложенный ему местным сомелье. Бегло просматривая новостные колонки завтрашнего издания Нью-Йорк Таймс, доставленного ему прямиком со стола главного редактора газеты, Алистер произвольно ухмылялся большей части той несуразицы, что сейчас творилась в мире простых смертных. Очередные скандалы звезд, непонятные убийства и прочая ересь, столь свойственная людям. Вдруг, ни с того, ни с сего, в сознании раздался тревожный позыв. Чародею потребовалось с полминуты, чтобы разобраться в собственных мыслях и понять, откуда исходит предупреждение. Кларисса, — испуганно подумал он, после чего тут же швырнул на стол черновик главной газеты города, приложив к ней пару крупных купюр за оказанные услуги, и испарился в сияющем портале, стремглав направившись в том направлении, откуда исходил неожиданный вызов.

[indent]  [indent] Оказался же он в Пандемониуме, клубе своего возлюбленного до боли в голове противника-тире-бывшего друга. Сам Верховный не часто захаживал сюда в последние месяцы, слишком уж недоброжелательное отношение было у обслуживающего персонала к его важной персоне, да и сами гости, знающие о непрерывных контрах двух чародеев, одаривали его старыми-добрыми косыми взглядами. Не то, чтобы его это сильно волновало, он привык к такому отношению уже давным-давно, просто хотелось избегать встреч с теми, чьи трупы придется потом сжигать на каком-нибудь автомобильном кладбище на задрипанной окраине города. Постояв на месте минуту-другую, размеренно втягивая воздух в легкие и столь же плавно его выдыхая, Алистер сумел определить, откуда идет тот самый сигнал SOS. Не теряя времени, которое могло обойтись ему слишком дорого, мужчина направился на второй этаж, где находилась приватная лаунж-зона. Молниеносным взглядом он обвел бесконечное множество кабинок и, не задумываясь, пошел вглубь этого лабиринта.

— Я, кажется, весьма четко выразился, когда сказал тебе держаться подальше от нее, —  он проник в нужную кабинку почти не слышно: девушка уже потеряла сознания от недостатка собственной крови, а вампир, нагло осушающий ее, кажется, даже не обратил на него никакого внимания, упиваясь сладостным нектаром. — Я сказал довольно, — безапелляционно заявил чародей, бросая на Сета хищный взгляд своих темных глаз: так смотрит на свою жертву изголодавшийся ястреб. На сей раз, жертвой станет не невинная охотница, а тот, кто до сих пор сам считал себя хищником. Силы одного взора хватило, чтобы заставить вампира отцепиться от Клэри. Легкое и непринужденное движение головы в сторону, и все содержимое желудка вампира забурлило внутри него, настойчиво стремясь вырваться наружу, но истошные гримасы, исказившие лицо его коллеги и друга, мало волновали Верховного, успевшего подступить ближе к истощенному телу нефилима. Ласково проведя по волосам девушки своими длинными пальцами, чародей свободной рукой закрыл кровоточащие ранки на ее шее и в мгновение ока заживил их. — Все будет хорошо, дорогая, — подобно заботливому отцу, успокаивающе прошептал он ей на ухо, даже не надеясь, что она услышит его и как-то отреагирует на сказанное.

+2

17

Приятное ощущение так и растекалось по его телу. С каждой каплей крови в его организме. Сейчас Фитц не смог бы оторваться от девушки, даже если бы очень сильно этого захотел. Было так вкусно и так приятно, что он готов отдать все за то, чтобы этот момент повторялся бесконечно. Он даже немного стонал от удовольствия, потому что он никогда не испытывал такие приятные ощущения. И за них хотелось убить, чем он, в общем-то, и занимался прямо сейчас, не желая, чтобы рыжеволосая умерла слишком быстро. Сету хотелось, чтобы она мучилась, чтобы ей было так больно, как было больно ему. Вот она, справедливость во всей своей красе: ты находишься под влиянием чего угодно и тебя оправдывают, словно ничего и не было. А что же будет с вампиром? Что Хорн скажет ему? «Ладно, ты был под воздействием крови нефилимов»? Да это же полный бред. Это не оправдание, как и причина, по которой Фрей вырезала целый клан вампиров. Только вот, Фитцджеральду казалось, что это все волнует только его. Все закрыли глаза на такой ужас. И если большей части нежити было абсолютно плевать, то он, будучи вампиром и имея чувства к уже кучке пыли, хотел добиться справедливости. Верховный регент своим решением его не удовлетворил. И идея совершить самосуд казалась вампиру правильной.
Сет слышит какой-то голос в стороне. И ему начинает казаться, что все это лишь в его голове, ведь кровь Фрей была словно наркотик. Только вот это все оказалось не какой-то галлюцинацией: Хорн на самом деле был здесь, рядом с ними двумя. Он даже не успел подумать о том, как Верховный быстро обо всем узнал. И хотелось как-то оправдаться, сказать ему, что девушка сама виновата и заслужила смерти. Вот только, кажется, маг был другого мнения, потому что какая-то неведомая сила заставила оторваться от рыжеволосой и он был так плотно прижат к дивану, что, казалось, еще немного и они станут одним целым. Почти сразу же ему стало как-то нехорошо. Внутри все жгло, словно там самый настоящий котел и хотелось взвыть от боли, но вместо этого Фитц завалился на бок и впился клыками в язык, только бы промолчать. Он хватается руками за живот и, ползая с дивана, сворачивается калачиком. Ему больно, безумно больно. Но он заслужил. Считает, что все сделал правильно, но наказание просто неизбежно. Хотелось верить в то, что Хорн слишком его ценит, чтобы убить за такой проступок. Но его слишком задела эта ситуация и он не мог пустить все на самотек. Это удел глупых людей, а он – вампир, у которого есть власть и который просто хочет отомстить за то, что погиб близкий ему человек. Зуб за зуб, глаз за глаз, как говорится.
- Алистер, прошу, хватит, - с трудом выговаривает вампир, - Мне больно, - Почему-то начинает казаться, что стало только хуже, - Ты же сам знаешь, что она это заслужила, - он закусывает губы и, если бы мог, то заплакал. Никогда в жизни ему не было так плохо, - Умоляю, - просит он, не в силах все терпеть. Вот только Хорна больше интересовала девчонка. Фитц не понимал, что в ней такого, что он появился сразу же, как ей стала угрожать опасность. Разве такая тварь заслуживает жить? Не смотря на ощущение того, что он прямо сейчас подохнет, он мог думать только о том, что Фрей до сих пор жива. Он не выпил ее до конца, и в ней оставалось достаточно крови для того, чтобы выжить. У нее будет лишь слабость и легкое головокружение. Но разве это адекватная цена за убийство? Фитцу было тяжело это все понять. Да, он слишком молод и не такой опытный, как Алистер, но чувство справедливости есть даже у маленького ребенка. Хорн делает ошибку, что сейчас встает на сторону рыжей. Она не заслужила к себе такого снисходительного отношения.  И хоть прямо сейчас хочется умереть, он не может молчать. Слишком шокирован происходящим. А боль становилась слабее, или он стал привыкать. В любом случае, было не так плохо, как в самом начале. Сету пришлось испытать за жизнь не мало боли, как моральной так и физической, поэтому пока он держался.
- Она не стоит твоей защиты, ее стоит убить, - Фитцджеральд ползет по полу к ногам Верховного, - Я молю, прислушайся ко мне, - Ему начинало казаться, что он зря просит Алистера. Тот его не послушает, потому что, если бы ему была безразлична девчонка, он бы не пришел ей на выручку, - Неужели Совет имеет меньшую ценность, чем жизнь одной девки, которая не может себя контролировать? – Он знал, что груб. Знал, что может вызывать гнев Верхновного, но молчать было невозможно, хотя и произношение каждого слова давалось с таким трудом, - Это неправильно, Алистер, - Сет уже не может ползти и без сил падает на пол. Смотреть в потолок и думать о том, что лучше бы прямо сейчас умереть, наверное, единственное, то у него сейчас есть. Перед глазами столько образов и он даже не уверен, то помнит имена всех этих людей и нежити.  Кажется, это конец. Ну, или, начало конца.

+2

18

[indent]  [indent] Тонкая, едва заметная паутина магии окутывает тело сумеречной охотницы, ласково огибая ее со всех сторон, тем самым ограждая от возможной угрозы и поддерживая еле треплющуюся внутри нее жизнь. Кратковременного прикосновения чародея хватает для того, чтобы понять, что дело худо. Хорн никогда не отличался талантом к целительству, посему, если он уйдет с ней прямо сейчас, то, возможно, провозится всю ночь с лечащими и восполняющими обильную кровопотерю чарами, и только тогда Фрэй сможет прийти в чувство, а не оказаться по ту сторону завесы вместе с духами своих предков.

[indent]  [indent] Хорн нехотя отрывает взор своих темных глаз от девушки, будто бы боясь, что, если он хоть на секунду отвернется, она растворится в воздухе и ей уже будет не помочь. Тем не менее, Верховный делает над собой усилие и пронзает суровым взглядом валяющегося в его ногах Сета. Ему жалко парня: он так молод, но уже испытал на своей шкуре чувство утраты, необратимое и безвозвратное. Фитцджеральд слишком неопытен, чтобы понять, что он глуп, ведь обладание бессмертием отнюдь не значит, что все они и их близкие будут жить целую вечность. За свою долгую жизнь Алистер потерял многих из тех, кем дорожил всем сердцем; многих, кто был бессмертен, но, в конечном итоге, все же нашел свой конец. По больше части, все это происходило из-за него самого, но сейчас речь не о том. Вампиру необходимо понять, что не всегда следует поступать по совести — так, как должно. Порой жизненно необходимо пренебречь моралью и правосудием ради спасения не одной души. Именно так сейчас и поступает Хорн, несмотря на удручающие мысли о том, что после этого тот может отвернуться от него, посчитав недостойным и еще кем хуже.

— Без этой девочки Совет, я, ты, весь мир, привычный нам, станет меньше, чем ничем. Ничего не останется, мы будем править угнетающим взор пепелищем, усыпанным костями и остатками того, чем некогда дорожили, — мужчина склонился над своим последователем, оглаживая его щеку и заставляя посмотреть на него сквозь боль, которая ушла вместе с его заботливым прикосновением. Сглотнув горечь, застоявшуюся в рту, Верховный тяжело вздохнул и присел на корточки, поравнявшись с вампиром. — Я убил сотни людей, даже тысячи. Не все из них были грешниками и кончеными негодяями, заслуживающими смерти. Среди них, павших от моей руки, были и невинные создания, как и твоя былая возлюбленная, но разве меня убили за это? Если бы мне воздалось по заслугам еще тогда, я бы не смог послужить благому делу, сделать все то добро, что сделал. Каждый способен убить и при этом творить хорошее, но порой нужно быть осмотрительнее, ведь не каждое кровопролитие, пусть оно кажется обоснованным и правильным, принесет с собой последующее благо, — взяв Сета под руку, брюнет помог тому подняться на ноги и сжал его железной хваткой. — Убей ты ее сейчас, — мужчина указал на лежащую на диване девушку и многозначительно покачал головой. — Приговорил бы к смерти себя и меня. Весь наш город, — с этими словами он отстранился от Фитцджеральда, устремившись к Клариссе, и приложил руку ко лбу нефилима, проверяя, не ухудшилось ли состояние той. Венки на шее почти не двигались, девушка могла показаться мертвой, но магические кокон, окутывающий тело охотницы, чуть заметно вздрагивал в такт ее слабому сердцебиению.

— Я прошу тебя поверить мне на слово, я не могу сказать тебе большего, ибо это поставит под угрозу всех нас, — взмахнув рукой в небрежном пасе над Фрэй, Верховный поднял ее воздух с помощью своей магии. Затем раздался звонкий щелчок пальцев, и на месте, где висела занавеска, отделяющая кабинку от общей зоны, вспыхнули, разбрасывая во все стороны блестящие искры, врата сквозь пространство. — И, дорогой мой, — внезапно сказал Хорн, подведя тело Клэри к порталу. — Никогда не падай ниц. Ты член Совета Четырех, ты выше них всех, даже выше меня. По закону, — хитро ухмыльнувшись, добавил чародей и, пропустив свою "спутницу" вперед, исчез в ярком мареве.

+2

19

- Да чем же она так важна для совета? – если бы вампир мог, он бы кричал. Потому что считал, что все это несправедливо, что так не должно быть. Видимо, ему придется кардинально менять свою точку зрения касательно всего. Потому что прямо сейчас он словно видит себя со стороны: перед ним лежит жалкий наивный кусок прогнившего мяса, который решил, что законы для него не писаны, ведь он сам – закон. Как же Фитц заблуждался. И дурак, что подумал, мол, Кларисса никому не нужна. Умрет – никто и не заметит. Слишком быстро Хорн примчался сюда. Им завладело странное чувство. Возможно, его можно назвать ревностью, но Сет бы не хотел. На самом деле ему было как-то не по себе от того, что Алистер вроде как взял его под свое крыло и делился своей мудростью, помогая быть достойным членом Совета Четырех. Но сейчас он был на стороне рыжеволосой девушки и это совсем не укладывалось в его голове. Как, после всего, что она сделала, можно ее защищать? Она не заслуживает этого. Лучше бы Верховный дал выпить всю ее кровь до дна и все бы закончилось. Или нет? А вдруг Фитцджеральду не станет легче? Все равно, если мертвых можно вернуть к некому подобию жизни, то вот мертвых дважды, увы, никак. Только вот мириться с этим мужчине очень трудно.
Вампиру, если честно, даже возразить нечего. Но его настолько задело, что эту тварь, которую он не успел выпить до конца, оправдали, что ему совсем сорвало голову. Конечно же, будучи рассудительным и не настолько подверженным эмоциям, он бы не поступил так. Но Фитц не такой и поэтому он здесь. Но вот до сих пор не ясно, что же в этой девушке такого, что всему может прийти конец, в том числе и ему. Куда уж хуже? Кларисса может сделать так, что ему будет еще больнее? Ангельская кровь теперь решает судьбу всей нежити? Забавное открытие. Когда все закончится, если он останется в живых, то ему определенно будет над чем подумать. Он даже задаст вопросы Алистеру, если тот будет с ним говорить после сегодняшнего. Мир Фитца перевернулся, потому что в Совете все оказалось намного сложнее, чем думал мужчина. Сет знал многое, но, как оказалось, не все. Потому что о ценности для Хорна Клариссы, мужчина узнал только сейчас. Если честно, ему очень хотелось встать и ударить мага. Да, он столько лет его направляет, что его смело можно назвать не только наставником, но и другом. Только почему-то важность нефилима осталась за закрытыми дверями, - А что было, если бы я ее убил? – на зубах вампира все еще немного крови. И ему хочется еще, но Верховный сделал так, что, казалось, сейчас все выпитое выйдет наружу.
- Мне нужно все знать, - с трудом говорит мужчина, - Нужно! – он борется с болью внутри и кое-как садится, держась обеими руками за живот, который, кажется сейчас просто взорвется, - Что в ней такого, что она так важна? – его хриплый голос, кажется, никто уже не слышит. Хорн уходит, забрав с собой девушку, а боль в животе резко прекращается и идет на спад. Вампир закидывает голову наверх и смотрит в потолок. В его голове все еще не укладывается, как можно быть таким идиотом и не успеть убить рыжеволосую. Потом в голову закрадываются мысли о Верховном и о его планах, которые больше никому не известны. Кто-то пытается зайти к нему, но он лишь кидает громкое, - Уйдите, - потому что ему нужно просто какое-то время, чтобы прийти в себя и уйти отсюда, словно ничего не произошло. Интересно было, где спутник Клэри. Может ему удастся прокусить шею? Хотя, Сет понимал, что на сегодня ему явно хватит. Возможно, стоит отправиться к Камилль и поговорить. Но не об этом. О чем угодно. Интересно, как быстро она учует на нем легкий флер, который все еще витал в воздухе. Это был запах ангельской крови. Кажется, это было самое вкусное, что он пробовал в своей жизни, и Алистер унес от него источник эйфории в голове. Она давно прошла, как только его силой оторвали от девушки. Так не должно было случиться. Возможно, ему не стоило сюда приходить, не стоило подходить к девушке, не стоило уводить ее, не стоило кусать, не стоило пытаться лишить Клэри жизни. Сейчас у вампира было еще больше вопросов, нежели раньше. И кто поможет ему во всем разобраться, если сам он не может?

+2


Вы здесь » Sacra Terra: the descent tempts » Love and blood » Everything turned red [29.03.2017]