Sacra Terra: the descent tempts

Объявление

городское фэнтези ♦ NC-17
Соединенные Штаты Америки, Нью-Йорк
март-апрель, 2017 год
«Некоторые шрамы так и останутся с тобой навсегда, Клэри. Но ты сможешь жить с ними. Разреши себе жить с этими трещинами. Не списывай саму себя со счетов...» [читать дальше]
CHAOS [5235] vs ORDER [6642]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sacra Terra: the descent tempts » Love and blood » It's all for you [18.01.2017]


It's all for you [18.01.2017]

Сообщений 1 страница 30 из 50

1

Clary Fray & Jace Herondale
http://funkyimg.com/i/2Ff4E.png
Квартира-портал, после - Толедо, Испания; утро-вечер
18 января, 2017

•••••••••••••••••••
Наступил двадцатый День Рождения Джейса. Свой подарок от Джонатана он уже получил, но, кажется, Клэри готовит для него свой сюрприз, о котором охотнику только предстоит узнать. Возможно, теперь он полюбит этот праздник? Этот день совершенно точно обещает стать особенным.

•••••••••••••••••••
You've got my head spinning, no kidding, I can't pin you down
What's going on in that beautiful mind
I'm on your magical mystery ride

+4

2

I've sinned, but I keep it hush
You're near, but it's not enough
I need this to survive
Reckless, what I'm heading for
Lights flash, and I hear a roar
One touch and you're so powerful
You're burning through the night

[indent] День рождение Джейса был особенным днём для Клэри, и на это было много причин: это был их первый, совместный день рождения Эрондейла, и ей хотелось, чтобы всё прошло не просто идеально, а чтобы этот день запомнился, как запоминаются очень яркие воспоминания. К тому же далеко не каждый день исполняется 20 лет. По меркам Сумеречных охотников Джейс давным-давно считался совершеннолетним, и всё же это был своеобразный рубеж, когда даже нефилимы, взрослевшие раньше обычных людей, перешагивали некую невидимую черту. Фрэй очень хотела устроить молодому человеку настоящий праздник, который бы согрел его сердце.
Рыжеволосая прекрасно помнила, какие «подарки» дарил Джейсу Валентин в первые десять лет жизни: сокол, ванная со спагетти, смертельные приёмы, которые могли бы стоить противнику жизни... Следующие десять лет, что охотник провёл с Лайтвудами, характер семейных торжеств изменился, став теплее, уютнее. Возможно, Мариз и не походила на самую нежную женщину в мире, но то, что о ней рассказывал Эрондейл, давало представление  о том, как она к нему относилась - она любила своего приёмного сына, заботилась о нём и дарила ему столько тепла и ласки, сколько было возможно.
Быть может, теперь пришла очередь Клэри создать новые традиции на последующие десять лет? Эта мысль заставляла улыбаться, глупо хихикать и краснеть, - разумеется, только наедине с собой. Не то, чтобы Кларисса всерьёз собиралась соперничать с авторитетом Лайтвудов или затмить дни рождения, которые они устраивали для Джейса, и всё же девушка хотела подарить ему нечто особенное.
Предстоящий подарок девушки состоял из трёх частей: она уже толком и не помнила, как каждая из них пришла ей в голову. Кажется, про то, что Толедо - город знаменитых оружейников и чуть ли не природное горнило любого холодного оружия, Кларисса услышала от какого-то проходящего мимо гида, когда они ненадолго останавливались в Испании. То был Мадрид, после они останавливались в Барселоне, а до Толедо так и не добрались, и рыжеволосая загорелась целью показать Джейсу этот город, когда представится случай, и вот, наконец, такой случился представился.
Вторая часть подарка, пожалуй, была самой сложной - Клэри не знала, как Джейс отнесётся к такому. Она-то в своём желании сделать то, что она собиралась, не сомневалась, но вдруг Эрондейл решит, что это слишком ответственный шаг? Обычно такое было сопряжено с официальной церемонией, о которой речи ни шло в обозримом будущем. Конечно, всегда можно было подарить молодому человеку что-то материальное, но она прекрасно знала, как охотник относится к деньгам Джонатана, - он старался ими не пользоваться, если без этого можно было обойтись. Он был бы рад любому подарку, что подобрала Клэри, но так или иначе, с завидным постоянством вспоминал бы, что он приобретён на деньги Моргенштерна, а нефилим этого не хотела. Поэтому она решила обойтись без материальных вложений на этот раз. Ну почти.
А вот третья часть подарка была самой простой и легко исполнимой и, скорее, служила лёгким аперитивом к предстоящим событиям этого дня. Впрочем, объяснить Джейсу, почему она не останется на ночь в их спальне, накануне его дня рождения, а пойдёт ночевать к себе, было непросто. Мгновенно потемневшие янтарные глаза то ли от злости, то ли от ревности, выдавали его истинное настроение, хоть Эрондейл и удержался от вспышки гнева, Клэри пришлось потратить немало времени, целуя и увещевая, что ей всего лишь нужно время, чтобы подготовиться к завтрашнему дню.
Чтобы проснуться раньше светловолосого, пришлось поставить будильник, и хотя в квартире-портале Джейс просыпался позже, чем в Институте, но она была уверена, что сегодня это вряд ли сработает, раз её не было с ним ночью. Скорее всего, охотник читал перед сном и лёг не очень поздно, что, в общем-то, не помешало Клариссе продумать и этот вариант развития событий.
Проведя добрых тридцать минут перед зеркалом, чтобы завязать широкую красную ленту на груди и ниже на манер нижнего белья, да при этом, чтобы получилось два красивых и аккуратных банта, Фрэй накинула на плечи чёрную рубашку Джейса, застёгивая её почти на все пуговицы. Удобно, когда твой парень высокий и широкоплечий. Покрутившись перед зеркалом, Клэри осталась довольна: рубашка скрывала всё, что нужно, не нарушая сюрприза раньше времени. Взбив руками ярко-рыжие волосы, девушка прихватила с комода бутылку шампанского и два бокала, которые заблаговременно принесла утром с кухни.
Осторожно приоткрыв дверь в комнату охотника, Клэри проскользнула внутрь, прислушиваясь, но, кажется, Джейс ещё спал или только-только просыпался. Мягко ступая босыми ногами по деревянному полу, рыжеволосая в несколько шагов оказалась подле кровати, также осторожно отставляя бутылку с шампанским на прикроватный столик.
Как там говорится? Что по утрам шампанское пьют либо аристократы, либо не очень хорошие люди? А если кому-то сегодня исполняется двадцать лет, это считается?
Одеяло было откинуто, и Джейс с обнажённым торсом, в лёгких, трикотажных штанах, расслабленно спал, положив одну руку на живот. Клэри улыбнулась, забираясь на охотника, поудобнее усаживаясь на его бёдра. Прохладные ладошки, сжимавшие до этого охлаждённую бутылку с шампанским, коснулись лица светловолосого, а губы приникли к губам молодого человека в поцелуе.
— Доброе утро, - прошептала Кларисса.

+1

3

[indent] Пожалуй, Джейс никогда не был большим фанатом праздников и своего Дня Рождения, в частности. Несмотря на то, что с появлением Лайтвудов в его жизни этот день стал похож на настоящий праздник, сложно было изменить свое к нему отношение. Валентин всегда говорил, что День Рождения отмечает лишь дату, когда родился человек, в чем нет его собственной заслуги, ведь он для этого ничего не сделал. Если кто и должен принимать поздравления, так это родители, к чему он тоже относился весьма скептически. А может, все дело в том, что его попросту некому было поздравлять? Конечно, Моргенштерн дарил своему приемному сыну некое подобие подарков, но смертельные приемы и клинки вряд ли можно назвать тем, что должны получать в такой день маленькие мальчики. Впрочем, нефилим в самом деле с ранних лет любил оружие, но, возможно, и эта любовь проснулась бы в нем не так быстро, если бы рядом с ним были такие родители, которые позволили бы ему чуть дольше оставаться ребенком.
Так что, в разгар их пребывания в квартире-портале светловолосый тем более не ощущал никакого праздничного настроения, не представляя, как они могли бы отмечать этот день здесь, «в семейном кругу». Джонатан и так успел его удивить, преподнеся в качестве подарка правду о его настоящих родителях и фамильное кольцо, так что большего Джейс от него и не ждал. Лучшим подарком стало бы, если бы сводный брат решил сегодня заняться своими делами, лишив их своего присутствия, колких замечаний и всего, что и без того превращало каждый день в «настоящий праздник». Что касалось Клэри… Эрондейл понимал, что она не отступит, и несмотря на настрой нефилима, все равно приготовит ему какой-нибудь сюрприз. Он мог сколько угодно утверждать, что они вполне могли обойтись и без сюрпризов и праздника, да и подарки ему не нужны, но Джейс бы солгал, если бы сказал, что не испытывал легкого предвкушения, засыпая накануне. К слову, это чувство посетило его не сразу, сначала ему предшествовала привычная вспышка ревности, когда Кларисса заявила о своем неожиданном намерении провести эту ночь отдельно, оставшись в своей спальне. Конечно, такое бывало, но зачастую Эрондейл связывал подобные желания с Джонатаном, даже если теоретически чтобы заниматься подобными вещами, Моргенштернам необязательно требовалось темное время суток. Фрэй было непросто уговорить его отвлечься от мрачных мыслей, но все же удалось. Остынув, светловолосый здраво рассудил, что Клэри никогда бы не поступила подобным образом накануне его Дня Рождения, да и вообще она не лгала ему, не давая повода усомниться в своей искренности. Избавившись от тревожных мыслей, Эрондейлу, наконец, удалось заснуть.
Квартира-портал ощутимо испортила его режим, ломая привычный график. Так как они постоянно перемещались по разным часовым поясам, организму было сложно сориентироваться, когда наступает утро, из-за чего биологические часы периодически давали сбой, заставляя нефилима спать дольше обычного. Сейчас его состояние уже больше походило на крепкую дрему, но тихий шелест шагов Клариссы все равно не смог заставить нефилима открыть глаза. Он услышал их, но все по-прежнему происходило как во сне, а там было так тепло и уютно, несмотря на то, что охотник снова уснул поверх одеяла, повинуясь старой привычке… Рыжеволосая не могла спать вот так, поэтому, когда они засыпали вместе, то всегда под одеялом, к чему Джейс, казалось, привык, но стоило ему остаться одному, как подсознание снова тянулась к привычному.
Он почувствовал легкую тяжесть – Клэри удобно устроилась сверху, сжимая коленями его бедра. Охотник зашевелился, непроизвольно вяло протягивая вперед одну ладонь, касаясь обнаженной коленки Клариссы, словно желая убедиться, что это в самом деле происходит здесь и сейчас, не являясь частью одного из его ярких, красочных снов. С другой стороны, ему в последнее время редко снились такие сны – обычно реальность была настолько насыщенной, что во сне сознание просто отдыхало.
Холодные ладошки коснулись его лица, заставляя нефилима вздрогнуть, наконец, открывая глаза. Обычно по утрам Клэри была теплой, податливой и сонной, но сейчас ее явно переполняла энергия и решительность.
Мм…доброе утро, - улыбаясь, ответил Джейс, медленно отстраняясь от ее губ. Его руки уже сами собой оказались на ее талии, словно живя своей жизнью, опознавая на ней его рубашку и, наверное, отсутствие нижнего белья. Обычно Кларисса одевала его рубашки на голое тело. Эта мысль явно плодотворно сказалась на пробуждении, и речь шла не только о пробуждении сознания, но и тела.
Самый лучший подарок, - констатировал Эрондейл, скользя ладонями вверх по плоскому животу Клариссы и выше к груди. К его удивлению, под рубашкой все-таки что-то было, но наощупь это не напоминало очертания нижнего белья, вызывая мгновенный интерес. — Почему у тебя такие холодные руки? – неожиданно вспомнив о том, что удивило его в самые первые мгновения, спросил нефилим. Его взгляд как раз упал на прикроватную тумбу, замечая бутылку и пару высоких бокалов. — Вино? – воодушевленно поинтересовался охотник, хотя он и не был сторонником алкоголя с утра, но казалось, что бутылка и бокалы здесь не просто так, что вызывало еще большее любопытство.

+3

4

[indent] Пока что план, задуманный Клэри, претворялся в жизнь самым наилучшим образом. Кларисса была не из тех, кто сильно расстроился бы, если бы что-то пошло не по сценарию: как человек творческий, она любила и умела импровизировать, но всё же она предпочла продумать некоторые шаги. Пусть не в мелочах и не во всех подробностях, но для идеального начала ей было просто необходимо, чтобы Джейс ещё спал. Повезло ли Фрэй, или сработал тонкий расчёт и заблаговременно поставленный будильник, было неважно, - важно было лишь то, что Эрондейл мирно дремал до тех пор, пока губы рыжеволосой не коснулись его собственных.
Про себя она не смогла не отметить, что охотник спал поверх одеяла. Когда Клэри увидела это впервые, она немало удивилась, не понимая, как можно так спать? Мало того, что это было неудобно, не так уютно, как под одеялом, так ещё и ночью можно было замёрзнуть. К тому же светловолосый спал без футболки, и как его кожа не покрывалась постоянными мурашками, оставалось для Клариссы загадкой. Она сама в действительности не могла спать без одеяла, предпочитая согреваться под ним, в объятиях Джейса, но молодого человека приучали к подобным спартанским условиям с раннего детства, и, как известно, привычки умирают в тяжёлых муках. Ещё одна причина так ненавидеть Валентина...
Впрочем, от подобных мыслей девушку быстро отвлек сам охотник: вначале всего лишь сонно коснувшись её коленки, а после обняв её за талию. Улыбка на любимом лице была самой лучшей наградой на свете - значит, утро начиналось правильно. Янтарные глаза тоже улыбались, сонно, но вместе с тем довольно, рассматривая Фрэй, в то время, как руки охотника скользнули вверх по её телу.
Клэри не просто так застегнула почти все пуговицы на рубашке, кокетливо оставив расстёгнутыми лишь две верхние, - Эрондейлу должно было быть интересно от самого начала и до конца. Их маленькое приключение начиналось прямо здесь и сейчас, и Фрэй не собиралась оставлять светловолосому подсказки.
— Шампанское, - кивнула нефилим, довольно улыбаясь. — Помнится, я обещала тебе, что мы попробуем его вместе, и у нас есть для этого отличный повод. Хотя предваряя твои комментарии, я понимаю, что пить с утра - не самая лучшая идея, но представь, что это не алкогольный напиток, а, ммм... десерт, - Кларисса потянулась к бутылке шампанского, которую она потрудилась открыть незадолго до этого, дабы не тратить на это лишнее время и не вносить некоторый хаос в то, что сейчас происходило. Чуть приподнявшись, выпрямляя колени, Фрэй разлила шампанское по бокалам - игристая жидкость тут же запенилась и запузырилась, наполняя комнату ароматом ягод. В отличие от старшего брата, девушка не очень хорошо разбиралась в алкоголе, но этот сорт ей очень хвалили, и она надеялась, что не прогадала.
Взяв с тумбочки один бокал, Клэри сделала несколько неосторожных глотков, спустя мгновение склоняясь к губам Эрондейла и целуя его. Излишне влажные от шампанского губы Фрэй настойчиво целовали Джейса, не желая прерывать этот момент, - впрочем, это даже дегустацией нельзя было назвать, так, незначительное снятие пробы, но нужно же было с чего-то начинать, чтобы задать тон.
— Хочешь развернуть свой подарок? - невинно поинтересовалась рыжеволосая, чуть откидываясь назад и делая ещё один глоток шампанского. Импровизация или тонкий расчёт, но неосторожность Клэри проявилась и здесь, - тонкая струйка игристого напитка потекла вниз по губам, подбородку, шее, ключицам, теряясь где-то под чёрной рубашкой. Было щекотно и немного влажно, что нефилим едва сдержала улыбку.
— Только не торопись, - Кларисса выпрямила спину, тряхнула волосами, заставив ярко-рыжие локоны рассыпаться по спине, и тем самым открывая светловолосому свободный доступ к пуговицам на чёрной рубашке и тому, что было под ней. Стоит заметить, что банты, которыми девушка аккуратно завязала красные ленты, были не такими уж простыми и слабыми - в одно движение их было не развязать, и охотнику придётся постараться и проявить немного терпения и сноровки, чтобы справиться с этой задачей.
— У нас впереди целый день и полно времени. Сегодня твой день, Джейс. И это всё для тебя.

0

5

[indent] Джейс уже и забыл про то маленькое обещание Клариссы попробовать шампанское вместе. Он и тогда о нем не вспомнил, стоило им вернуться в квартиру-портал и продолжить предаваться страсти, какое там игристое вино. К слову, охотник всегда считал, что это не мужской напиток. С другой стороны, на различных мероприятиях высокого ранга зачастую пили именно шампанское, что априори делало его не женским напитком, а скорее тем, что требует особого повода. Понаблюдав на выставке, как с легкостью Фрэй справляется с одним, вторым, третьим бокалом, нефилим еще больше заинтересовался диковинными пузырьками и приятным, сладковатым ароматом. Клэри в принципе не была особой поклонницей спиртных напитков и мало разбиралась в вине в отличие от ее брата, но шампанское ей нравилось, что вызывало еще больший интерес охотника и желание когда-нибудь его попробовать. Если желания и должны сбываться, то когда, как не в День Рождения?
Все зависит от метода подачи и сервировки, но я попробую, - парировал Эрондейл, пока Клэри разливала по бокалам шампанское. Вмиг вспенившаяся жидкость едва ли заполнила их наполовину, но в этом было свое очарование, да и вообще наполнять бокалы до самых краев всегда считалось плохим тоном. Пусть Джейс и не особенно любил вино, но об этом он узнал еще от Валентина.
Наконец, шампанское было разлито по бокалам, но, вопреки ожиданиям, Клэри не спешила вручить имениннику его бокал. Светловолосый проводил удивленным взглядом ее бокал, который Фрэй тут же поспешила пригубить, сделав пару небольших глотков. Видимо, у нее были свои представления о методах дегустации. Что ж, пробовать шампанское с ее губ оказалось куда вкуснее, чем можно было бы вообразить, да и вряд ли получится представить нечто подобное. Сладость поцелуя смешивалась с терпкими, виноградными нотками шампанского и изысканным, пряным ароматом сухофруктов, тая на губах. Пожалуй, Джейс согласился бы и дальше дегустировать шампанское этим способом…
А уже можно? – радостно воскликнул Эрондейл, потянувшись к пуговицам на ее рубашке. Кларисса по-прежнему сжимала в руках тонкую ножку бокала, поддерживая большим пальцем его основание, поэтому действовать нужно было в самом деле осторожно. Они ведь не хотели, чтобы шампанское пролилось? Впрочем, при всей аккуратности охотника, здесь он бы явно не возражал. К тому же, тонкая струйка шампанского уже так опрометчиво попала не туда, куда нужно, стремительно теряясь в вырезе рубашки рыжеволосой. Разумеется, никаких случайностей тут быть не могло, и этот шаг, как и все до этого, являлось частью одного большого плана. Обычно стратегия была прерогативой Джейса, но тактика Клэри сегодня буквально поражала воображение, заставляя который раз гордиться ее талантами.
Янтарные глаза вспыхнули в предвкушении, и Эрондейл тут же поспешил поменять положение, сокращая разделявшее их расстояние. Выпрямив спину и упираясь руками о матрас, он осторожно выпрямился, фактически поравнявшись с Фрэй. Нефилиму нравилось ее положение, как и грядущие перспективы, которое оно могло обещать, поэтому что-то кардинально менять и перехватывать инициативу он явно не спешил. Ловкие пальцы принялись за пуговицы, которых оказалось гораздо больше, чем хотелось бы. Джейс уже проклинал себя за любовь к рубашкам с маленькими, «невидимыми» пуговицами, но тренировка терпения никогда не бывает лишней. Стоило полам рубашки разойтись в стороны, как взору охотника открылось два пышных красных банта из широких атласных лент. Клэри в самом деле уже сама по себе не просто являлась подарком, но и выглядела как подарок. Джейс улыбнулся, закусывая губу, уже приготовившись потянуть за край ленты, но не тут-то было. Банты были завязаны достаточно крепко, и, чтобы их развязать, стоило начать с узла. Работа предстояла кропотливая, поэтому светловолосый с готовностью отвлекся на тонкую, влажную дорожку между ключиц, теряющуюся в ложбинке на груди. Недолго думая, он осторожно подался вперед, слизывая терпкие капли шампанского с нежной, бархатистой кожи, тут же запечатлевая один за другим крохотные, мимолетные поцелуи. Шампанское казалось все слаще… Конечно, так он вряд ли поймет прелесть пузырьков, но они, как выяснилось, были не главным.
Ты больше не угостишь меня шампанским? Кажется, я все еще не распробовал, – игриво поинтересовался нефилим, дойдя губами до середины банта, ловко поддевая ее зубами и потянув на себя. Разумеется, полностью расправиться с ним таким образом не получится, поэтому пришлось вновь пустить в ход руки, но процесс сдвинулся с мертвой точки. Джейс с гордостью развязал один большой декоративный узел, обнаружив под ним еще один – меньше и туже. Учитывая его вечное нетерпение, в его духе было бы попросту разорвать атласную ленту, но это был как раз тот случай, когда упаковка была такой красивой и соблазнительной, что явно не заслуживала настолько варварского отношения.

+3

6

[indent] Подобные минуты были бесценными. Видеть, как Джейс радуется и чувствует себя, если не счастливым, то, по крайней мере, хорошо, было для Клариссы наивысшей наградой. Периодически она то и дело вспоминала, как сильно заставила Эрондейла страдать, и даже несмотря на то, что он простил её, принял и старался не поднимать темы, которые ранили их обоих, девушка иногда то и дело винила себя. Руна тёмного альянса не давала надолго погружаться в мрачные и тёмные мысли, предаваясь самобичеванию, но не могла избавить от них совсем. Поэтому такие мгновения ценились так высоко, что Фрэй не хотела упускать ни секунды, с глубочайшим вниманием ловя каждую улыбку Джейса, каждый взмах ресниц, каждый довольный вздох.
И судя по тому, как светловолосый был воодушевлён, старания Клэри не прошли даром, и всё задалось с самого начала. Впрочем, Фрэй не была бы верна себе, если бы и здесь не внесла некоторую долю импровизации: судя по расширившимся от удивления глазам, охотник был уверен, что Кларисса сейчас вложит в его руку бокал с шампанским, но не тут-то было. Пока что её маленькая игра заключалась в другом, быстро завладев вниманием светловолосого, что он успел позабыть о втором бокале с игристым напитком, так и оставшимся стоять на прикроватной тумбе.
— О, я думаю, подача тебе обязательно понравится, - улыбнулась рыжеволосая и тут же поспешила добавить. — Конечно, можно! - засмеялась Клэри, и чуть было во второй раз не пролила шампанское на себя.
Пока Эрондейл, выпрямившись, педантично расстёгивал пуговицы на рубашке, девушка сидела с таким видом, будто восседала на троне, откровенно наслаждаясь произведённым эффектом, а ведь охотник даже не видел, что находится под чёрной тканью.
— Правда мне идут твои вещи? - игриво отозвалась Кларисса, когда Джейс, наконец-то, покончив со всеми пуговицами, развёл в стороны полы рубашки. На бледной коже алые банты выделялись особенно ярко, будто красная краска на белом холсте. Рыжеволосая сползла с бёдер Джейса чуть ниже, чтобы молодому человеку было удобнее разбираться с шёлковыми лентами.
— Никогда не считала себя мастером по вязанию узлов, - между делом продолжала Фрэй, пока Эрондейл примерялся, с какой стороны подступиться к её маленькому и хитрому сюрпризу. — Но, кажется, получилось неплохо, ммм? - проговорила Клэри и тут же шумно выдохнула, стоило губам Джейса коснуться влажной струйки на груди.
Его прикосновения были такими нежными, мягкими, неспешно спускаясь вниз, к самой ложбинке. Рыжеволосая прикусила краешек губы, подавляя глухой стон: хоть Клэри и проснулась некоторое время назад, но тело как будто бы всё ещё сохраняло привычную, чрезмерную чувствительность, которая была так ей свойственна по утрам. Или всё дело в Джейсе и в его тёплых губах? Которые, впрочем, уже сменили зубы. От его горячего дыхания на своей груди, Фрэй вздрогнула, но сдержалась и от шумных вздохов, и от глухих стонов.
Охотник, справившись с одним узлом, наткнулся на второй - сегодня Кларисса была полна сюрпризов, и это только начало. Рыжеволосая облизала губы и сделала глоток шампанского, другой, свободной рукой обнимая Джейса за шею и притягивая его ближе. Её губы приникли к его губам, и, казалось, что Клэри вот-вот поцелует его, превращая простое и незамысловатое прикосновения в глубокий, терпкий поцелуй.
Девушка почти так и сделала... Почти. Разомкнув губы, совсем немного, она позволила шампанскому потечь по своему подбородку и подбородку Эрондейла, - и как раз в этот самый момент, когда влажные струйки спешили вниз по их телам, она его поцеловала. Глубоко, настойчиво, не щадя, - буквально выжигая кислород из лёгких охотника своей решительностью и напором.
Когда поцелуй закончился, Кларисса на этом не остановилась, лизнув шею Джейса, собирая влажные капли. Язык сменяли губы и наоборот, пока Фрэй не собрала все капельки, до которых смогла дотянуться, но была уверена, что на груди затерялись ещё несколько. Впрочем, торопиться было некуда.
— Как тебе шампанское? - отстраняясь от светловолосого, хихикнула Клэри, будто бы невзначай опасно качнув бокал - очередная струйка игристого напитка дерзко брызнула на грудь и живот Фрэй, заблестев на алой шёлковой ленте. — Какая я неловкая.

0

7

[indent] Даже странно, почему мужчинам так нравилось, когда девушки носили их вещи. Хотя, Джейс, конечно, не мог ручаться за всех – не то, чтобы было с кем обсуждать подобные вещи, но Иззи ему когда-то говорила о чем-то подобном, да и он сам за собой замечал. С фигурой Клариссы ей шло практически все, но его длинные рубашки привносили свою изюминку. Было в них что-то особенное. Возможно, потому что они тут же активировали и без того богатую фантазию, заставляя задуматься, что под ними ничего нет, но сегодня Фрэй сумела его удивить и здесь.
Да, мне очень нравится, - одобрительно кивнул Эрондейл, соглашаясь с рыжеволосой. Впрочем, как бы ему ни нравилось лицезреть Клэри в своей рубашке, предаваясь весьма однозначным фантазиям, увидеть, что под ней, было куда интереснее. – Мне кажется, дело здесь не только в узлах, - сосредоточенно прокомментировал охотник, пытаясь понять, как такой красивый бант так спокойно держится у нее на груди. По идее, грудь не была неподвижной и имела не настолько ровную форму, чтобы ее можно было так легко обвязать атласной лентой, и она бы держалась. Но Кларисса же как-то это сделала! Она вообще часто делала что-то такое, что было сложно понять и объяснить. Некоторые ее платья держались на честном слове, но все-таки держались, не выдавая ее прелести раньше времени. А еще, как она могла ходить на высоких каблуках, и ни разу не споткнуться?
Из насущных рассуждений Джейса вырвала очередная дегустация. Он почти удивленно приоткрыл рот, чувствуя на губах нотки винограда и легкое, едва ощутимое покалывание пузырьков шампанского. Они тут же растаяли под натиском поцелуя, заставившего охотника сглотнуть. Правда, глоток вышел, скорее, символическим. Светловолосый чувствовал вкус, но не чувствовал саму жидкость – большая часть шампанского потерялась где-то по дороге, тонкой струйкой просочившись вниз, стремительно стекая по шее. От таких поцелуев кружилась голова, Эрондейл обожал их. Обожал, когда она была такой дерзкой и решительной, вот так притягивая его к себе, целуя, не позволяя сделать вздох. Губы Фрэй опустились ниже, методично собирая влажные капельки с его кожи, очерчивая изгиб шеи, негласно призывая нефилима чуть запрокинуть голову, открывая больший доступ. Джейс с готовностью повиновался, прикрывая глаза и закусывая краешек губы, непроизвольно сдерживая шумный вздох. Не то, чтобы он собирался в самом деле себя в чем-то ограничивать, или чувствовал странную робость, которая, в принципе была ему несвойственна, просто… Это были последние отголоски утренней томности и сладкого забытья. Часто хочется понежиться на подушке под мягкими солнечными лучами, прикрывая глаза, вот так и сейчас, только поцелуи были куда слаще и приятнее даже самого ласкового солнца.
Мне понравился твой метод дегустации, - произнес охотник, нехотя открывая глаза. Но об этом он не пожалел, в очередной раз с интересом и любопытством окинув взглядом атласный бант. От его внимания не укрылось, как очередная струйка шампанского потекла вниз, по подбородку Клэри, оставив блестящий след и на ленте, теряясь где-то под ней. Джейсу ужасно хотелось повторить эту траекторию, но сначала надо разобраться с некоторыми препятствиями… Может быть, идея разорвать упаковку не была такой уж варварской? Эрондейл сделал глубокий вдох, все-таки удерживая себя от столь радикальных действий, во второй раз потянувшись к банту. Нижний узел поддавался с трудом, и нефилим справился с ним не с первой попытки.
Долго ты его завязывала? – не выдержав, поинтересовался он, с облегчением наблюдая, как ровный бант мягко распустился, вторя движениям его пальцев, стоило потянуть за освободившиеся концы. А эту ленту можно еще использовать… Джейс не стал фокусироваться на этих фантазиях, решив вернуться к ним позднее. Как ни странно, несмотря на то, что бант был развязан, часть ленты все еще держалась на груди Кдариссы. Светловолосый нахмурился, осторожно потянув на себя, и края начали плавно отходить, напоминая детские наклейки, мягко отклеивающиеся от подложки.
Но как?.. На чем это вообще держалась? – не унимался Эрондейл. Впрочем, как бы ни был интересен этот вопрос и механизм этого банта, то, что было под ним, привлекло его внимание намного больше красивой упаковки. Во всяком случае то, что находилось чуть ниже линии его пресса, красноречиво напомнило о других, более важных вещах.
Почему бы не вернуться к дегустации? Охотник подался вперед, тут же прильнув губами к груди Клариссы, несколько отклоняясь от «курса» и на пару десятков поцелуев забыв о заданной траектории. Было сложно побороть искушение, обойдя вниманием особо чувствительные зоны, мягко прихватывая твердеющие соски и тут же сглаживая требовательное прикосновение нежным поцелуем.
Ненадолго отойдя от намеченной цели, Эрондейл вернулся к задуманному, мягко слизывая последние капельки шампанского с кожи Клариссы: в ложбинке на груди, опускаясь ниже, чуть приподняв рыжеволосую за талию и призывая подняться на колени. Так открывался больший простор, и все же недостаточный.
Я хочу еще… - жадно прошептал Джейс, поднимая потемневший взгляд на Фрэй.

+3

8

[indent] Кларисса откровенно наслаждалась происходящим, видя каким взглядом смотрит на неё Джейс. Кажется, в его глазах она в самом деле была самым желанным подарком, а о большем и просить не хотелось. Эта мысль приятно щекотала где-то внутри, но рыжеволосая не спешила раскрывать Эрондейлу все свои секреты, - пусть и дальше удивляется тому, что она ему приготовила. Фрэй прекрасно видела, как непросто охотнику даётся эта напускная терпеливость и неспешность: он пытался аккуратно развязать бант, но на самом деле хотел просто порвать несчастный атлас, оставляя Клэри почти обнажённой. Почти, потому что на её плечи до сих пор была накинута чёрная рубашка, а второй бант из точно такой же ленты заменял низ нижнего белья. Впрочем, Кларисса не исключала тот факт, что нижний бант был завязан не настолько туго, как верхний, - в самом деле, она же поздравляет Джейса с днём рождения, а не устраивает ему сладкую пытку в наказание.
Несмотря на то, что молодой человек любил челленджи и подобные сложные задачи, иногда его нетерпение зашкаливало все мыслимые и немыслимые пределы, вводя его в состояние плохо контролируемого раздражения и злости. Пускай эти эмоции и казались Клариссе жаркими, а Джейс в такие моменты - ещё более сексуальным. Тёмная сторона его натуры, так ярко проявившая себя в последний месяц, была яркой не только в определенных, коварных настроениях - Фрэй не хотелось перегибать палку и заставлять Эрондейла просить её о чём-то или умолять. Сегодня в действительности был его день, и любое его желание было для неё законом. Если он захочет, чтобы она преклонила колени, она это сделает. Если Джейс потребует, чтобы она просила и умоляла, что ж, она сделает и это, если это доставит ему удовольствие. Многие говорят, что наступать на горло собственной песне - не самое приятное занятие, но когда любишь человека, всё это становится неважным, важно лишь его счастье и благополучие, а в его день рождения ещё и желания.
Впрочем, пока светловолосый едва ли догадывался о покладистости Клэри, но, возможно, всё впереди. Джейс прикрыл глаза, чуть запрокидывая голову назад, наслаждаясь поцелуями Клариссы. Чувствовал ли он вкус шампанского, или он терялся за вкусом их поцелуев? Судя по тому, как охотник сдерживал вздохи, происходящее давалось ему со сладостным томлением. Фрэй любила, когда он такой: не до конца проснувшийся, нежащийся в её объятиях или неспешно тлеющий от её ласк. Иногда рыжеволосой нравилось будить его самым недвусмысленным образом, забираясь под одеяло и без каких-либо прелюдий погружая в рот его возбуждённую плоть. Как ни странно, от такого Эрондейл просыпался не сразу, а медленно выныривал на поверхность, пытаясь осознать, снится ему это или нет, и когда до его сонного сознания всё же доходило, что это не сон, а самая что ни на есть наиприятнейшая реальность, он начинал дышать точно же.
От всех этих мыслей и девушку бросило в жар, а Джейс, тем временем, расправился с первой лентой.
— Пришлось потренироваться, но конкретно сегодня у меня ушло минут тридцать. Да, примерно, полчаса, - бант охотник развязал, но лента по-прежнему не соскальзывала с тела Клэри. Едва не засмеявшись, видя замешательство на лице светловолосого, Кларисса ответила на его вопрос:
— Есть такая штука, называется «голливудский скотч». Многие публичные люди используют его, чтобы закреплять особо открытые платья на груди, ну знаешь, чтобы в самый неподходящий момент не опозориться перед камерами и журналистами? - девушка хихикнула. — Я им и раньше пользовалась, помнишь, несколько моих платьев довольно открытые... Ооох, - нефилим не договорила. Губы Эрондейла сомкнулись на её груди, заставив рыжеволосую с шумом выдохнуть. Влажная дорожка от шампанского явно привлекла охотника меньше, чем её грудь, но можно ли его было за это винить? Прикосновения становились требовательнее, настойчивее, и воздуха в лёгких становилось всё меньше. Джейс обнял её за талию, приподнимая с колен, и Кларисса послушно выпрямилась, прогибая спину назад, пока светловолосый самозабвенно слизывал капельки шампанского с её тела.
Удерживать тело в таком положении было несложно благодаря многочисленным тренировкам, но каждый влажный поцелуй подрывал выдержку Фрэй: бокал, который она по-прежнему сжимала в руке, периодически подрагивал.
Нефилим посмотрела на Джейса: разве она могла ему отказать? Конечно, нет, да и не хотела. Другое дело, что его просьбу можно было выполнить по-разному. Изумрудные глаза на мгновение метнулись к прикроватной тумбе, где стоял нетронутый бокал с шампанским... Но, наверное, это было слишком просто. Она хоть и намеревалась исполнять сегодня любые прихоти Эрондейла, а всё же хотела остаться верной себе хоть в чём-то.
Глаза Клэри потемнели, останавливаясь на бокале в её руке: там было чуть меньше половины. Осторожно поднеся бокал к своему телу, примерно в районе ключиц, Фрэй накренила его, позволив игристой жидкости соскользнуть по её телу. Тонкая струйка побежала вниз, теперь уже не встречая никакого сопротивления в виде банта на груди, дальше по животу и спешно вниз, теряясь за второй атласной лентой. От этих ощущений Кларисса вздрогнула, тут же перенося руку ко второй ключице и проделывая тоже самое: зеркальное отражение первой влажной дорожки побежало вниз по её телу.
На дне бокала оставался крошечный глоток, и он уже предназначался для губ Тёмной Королевы. Опрокинув в себя шампанское, Фрэй потянулась к прикроватной тумбе, отставляя его туда и тут же склонилась к Джейсу, грубо целуя его. Шампанское буквально брызнуло в разные стороны от такого напора, обдавая охотников пусть и небольшими, но липкими каплями.

+1

9

All wrapped in one
She was so many sins

[indent] Трудно было представить, как выглядит голливудский скотч, и насколько этот скотч вообще похож на самый обыкновенный, предназначенный для бытовых нужд. Откуда Кларисса вообще узнала о подобных изобретениях, находясь в квартире-портале, или женщины в принципе всегда интересуются такими вещами, находясь так или иначе в курсе всех этих премудростей модной индустрии? Вопросов было много, и, возможно, в другой раз светловолосый непременно бы ими озадачился, поощряя свое любопытство, но не сегодня.
Да, я помню эти платья, - улыбнулся Джейс, припоминая пикантные вырезы и держащуюся на честном слове ткань. Выглядело это и в самом деле соблазнительно, но стоило им выйти за пределы его спальни, как уже не только его взгляд был прикован к Фрэй. Это тут же пробуждало в охотнике иррациональную ревность. Клэри была красивой девушкой, немудрено, что она нравилась далеко не ему одному. Впрочем, если раньше нефилим и замечал подобное внимание в ее сторону, то сейчас оно стало другим, еще более очевидным, словно не так давно обретенная уверенность и сочетание черно-красного вдохнули в Клариссу особый шарм, делая ее еще притягательнее. Джейс старался держать себя в руках, не давая ревности волю по поводу и без, если только дело не касалось Джонатана. В конце концов, восхищенные взгляды прохожих, направленные на его девушку, еще никому не вредили, да и можно ли ставить им это в упрек?
Эрондейл поймал взгляд Клэри, вскользь брошенный на его нетронутый бокал, так и оставшийся стоять на прикроватной тумбе. На краткий миг ему даже показалось, что сейчас она грациозно потянется за ним, протягивая ему, тем самым исполняя просьбу именинника, но такой простой ход был совсем не в стиле его Королевы. Она не отступала от своих намерений, действительно собираясь сегодня исполнять все его желания, но все же некоторые из них на своих условиях. Недолго думая, рыжеволосая игриво наклонила свой бокал, позволяя золотистой жидкости преодолеть тонкую хрустальную кромку, проливаясь вниз и тут же струясь по ее бледной коже, оставляя пару блестящих, влажных дорожек. Янтарные глаза вспыхнули, заворожено наблюдая, как несколько крохотных капелек стремительно убегают вниз, скатываясь по плоскому животу, теряясь в алом атласе нижней ленты. Джейс уже был готов податься вперед, «продолжая дегустацию», но Клэри опередила его, грубо накрывая его губы. Она не сделала глоток, позволяя терпкому шампанскому коснуться его губ, проникая глубже, оседая на кончике языка. Хотелось больше, и охотник нетерпеливо перехватил инициативу, углубляя поцелуй, позволяя пролиться паре капелек золотистого напитка, стекая вниз по их подбородкам и теряясь за пределами досягаемости. Так хотелось прижать ее к себе, но Джейс сдержался, боясь стереть ненароком те влажные дорожки на ее мраморной коже – они были предназначены для его губ, не иначе.
В их положении был один небольшой минус: Эрондейл не мог дотянуться до низа ее живота и прочих стратегически важных точек, по-прежнему сидя на кровати. Разумеется, это не было проблемой, во всяком случае, не той, которую нельзя легко устранить, что светловолосый и сделал, рывком опрокидывая Клэри на кровать. Теперь они оказались спиной к изголовью, но подушки им в любом случае были не нужны.
Джейс ухмыльнулся, доставая из-за спины красную атласную ленту, ловко обматывая ей запястья Клариссы. Возможно, она была слишком широкой для таких целей, но в чем-то это было даже к лучшему: потребовалась всего пара оборотов вокруг каждого узкого запястья, чтобы привязать руки Фрэй к кованному изножью. Раньше, если бы подобная идея и закралась в голову Эрондейла, то крайне маловероятно, что он нашел бы в себе смелость воплотить ее в реальности. Для начала надо было преодолеть крепкие моральные принципы, гласящие о том, что все это – ненормально. Во-вторых, Клэри казалась ему такой хрупкой и уязвимой, что любое подобное действие в теории могло ненароком причинить ей боль, чего Джейс желал в самую последнюю очередь. Со временем они оба многое поняли: это им нравилось, и даже боль может быть приятной, хотя сейчас речи о ней не шло. Узлы были больше символическими, и если бы Кларисса захотела, у нее бы хватило сил тут же вырваться из этого своеобразного плена. Но она не хотела, Эрондейл видел ее взгляд. Изумрудные глаза смотрели на него заинтересованно, с любопытством и предвкушением. Зачем же заставлять ее ждать? Охотник подался вниз, самозабвенно и старательно слизывая каждую капельку с ее кожи. Иногда влажные прикосновения языка сменялись поцелуями – то нежными и мимолетными, то настойчивыми и почти нетерпеливыми, слегка прихватывая зубами влажную кожу. Путь оказался долгим и заканчивался он ровно там, где начиналась вторая атласная лента, преграждающая дальнейший путь. Здесь уже не было никакого «голливудского скотча», и держалась она в самом деле на честном слове, что существенно облегчило старания охотника. Он справился с ней довольно быстро, с почти детской, игривой радостью продолжая «разворачивать свой подарок».
Хм…осталось еще довольно много, - обернувшись через плечо, с наигранным удивлением прокомментировал нефилим. Бутылка шампанского в самом деле была почти на три четверти полной, что обещало интересное продолжение их милой, маленькой игры. Джейс потянулся за своим бокалом, поднося ко рту, словно собираясь, наконец, попробовать его по-настоящему, но нет. Он лишь вдохнул приятный аромат пряных ягод, поймав пару колючих пузырьков. Они щекотали нос и ласково пощипывали губы – довольно странные, но интересные ощущения.
Не удержавшись, светловолосый опустил в бокал большой палец – не самый аристократический ход, в следующее мгновенье касаясь его влажной подушечкой идеальных, алых губ Клариссы. Он всегда их любил, но красный цвет придавал им сходство с нежными лепестками, делая их еще более чувственными, манящими, яркими. Засмотревшись, Джейс слегка увеличил нажим, призывая Фрэй приоткрыть рот, плотно обхватывая губами его палец. Как можно не сходить с ума по этому жесту, когда она не отпускала его, не отводя потемневших изумрудных глаз, заставляя внутри все замирать? И эти ощущения… Эрондейл словно чувствовал их, но совсем иначе, послушно поддаваясь фантазии, быстро напомнившей, на что это все было похоже. Его собственные губы чуть приоткрылись, выпуская горячий вздох, а в теле завибрировала знакомая дрожь.
Несправедливо лишить тебя своей дегустации, - хрипло выдохнул Джейс, убирая руку и вставая на колени. Хотя Клэри уже пробовала шампанское и прекрасно знала его вкус, дело ведь было вовсе не в этом. Повторив то, что сделала еще недавно она, светловолосый опрокинул на себя собственный бокал, прислонив его кромку к своей груди. Влажные дорожки получились куда более обильными, сосредоточившись по большей части посередине, стремительно стекая вниз, теряясь за резинкой его пижамных штанов.
Ах да, - словно неожиданно вспомнил охотник, потянувшись к большому алому банту, сдерживающему запястья Клариссы. Ловко поддев его, быстро развязывая, он дал Фрэй возможность самостоятельно окончательно выбраться из импровизированных оков.

No need to imagine
'Cause I know it's true
They say all good girls go to Heaven
But bad girls bring Heaven to you

+3

10

[indent] Внезапно фраза «утро начинается не с кофе» приобрела для Клэри совершенно другой смысл, о котором она даже не подозревала. Раньше Фрэй в самом деле часто начинала своё утро с кофе и поцелуев Джейса, медленно пробуждаясь и сбрасывая с плеч сон и негу.
Сегодня же Кларисса проснулась задолго до этого момента и ещё не успела ни позавтракать, ни выпить чашку кофе, который она так обожала, но она об этом ни разу не жалела, - то, что происходило сейчас между ними было куда более интересным и притягательным. Какой завтрак? Какой кофе, когда Эрондейл смотрит на неё таким взглядом?
Пока охотник предавался мимолётным воспоминаниям о нарядах рыжеволосой, Клэри, никуда не торопясь, любовалась им. Его мягкой, чуть кривоватой после сна улыбкой, постепенно темнеющими глазами - из цвета расплавленного золота, больше напоминавшего жидкое солнце, они превращались в тёмный, крепкий, выдержанный виски. Насыщенный янтарный цвет, отчётливо темнеющий ближе к радужке. За этим цветом терялись любимые золотистые крапинки, которые нефилим обожала считать, всматриваясь в любимые черты... Когда-то ей было непонятно, как можно было смотреть на человека и никак не насмотреться, но теперь знала, какого это. Порой она задыхалась от любви к Джейсу, - от этого крепкого, сильного чувства, которое то затягивало её в водоворот безумств, то ласково покачивало на своих волнах, будто нежно обнимая.
У их любви было столько разных настроений, цветов и оттенков, но неизменным было одно - их сила. Бывали моменты, когда Клариссе казалось, что что-то между ними меняется, но как она понимала в последствии, это было всего-навсего паранойей и непонятно чем вызванной тревожностью.
Как она могла в этом сомневаться, когда светловолосый смотрел на неё с любовью и обожанием? С нескрываемым восхищением, затаив дыхание, ожидая её следующего шага? За такой взгляд каждая девушка отдала бы многое, а Клэри готова была отдать всё, что у неё было.
Эрондейл, как завороженный, наблюдал за стремительно стекавшими вниз каплями шампанского. Фрэй готова была поклясться, что его глаза вспыхнули и на секунду в них мелькнул почти хищный порыв. Кларисса знала и этот взгляд, а потому опередила молодого человека, накрывая его губы поцелуем.
Попробовав шампанское несколько раз до этого, нефилим могла с уверенностью сказать, что во время поцелуя оно было ещё вкуснее: более сладким и терпким одновременно. Джейс подался вперёд, углубляя поцелуй, резко перехватывая инициативу, и Фрэй была почти уверена, что сейчас он прижмёт её хрупкое, влажное тело к себе, но не тут-то было. Должно быть, Эрондейл хотел продолжить дегустировать игристый напиток именно с её тела.
Оказавшись на лопатках, Кларисса не возражала ни одному из последовавших действий: светловолосый игриво перевязал её запястья красной лентой, привязывая их к кованому изножью. Изумрудные глаза с любопытством исследовали слабые узлы, а после и самого Джейса.
— И почему ты не делал этого раньше? Ну, если не считать того раза, на маскараде, - с придыханием отозвалась Клэри, облизнув всё ещё влажные от поцелуя и шампанского губы, и выжидательно глядя на Эрондейла.
Охотник самозабвенно покрывал поцелуями-укусами тело Клэри, не пропуская не единой капли шампанского. Кларисса то часто-часто дышала через нос, то тихо постанывала, закусывая краешек губы. Она даже не заметила, как Джейс добрался до самого низа, в несколько мгновений избавив рыжеволосую от ещё одной атласной ленты. Здесь и сама Фрэй не мудрствовала лукаво и не стала вязать сложные, замысловатые узлы, ведь как уже оговаривалось, это был день рождения любимого человека, а не пытка или наказание за провинность.
Оставшись без лент, но всё ещё в чёрной рубашке, Клэри прогнула спину навстречу губам молодого человека, но внезапно он отстранился. Рыжеволосая разочарованно выдохнула, наблюдая за тем, как Джейс, взяв свой бокал, как будто бы собирался сделать глоток.
— Так менее вкусно, - самодовольно ухмыльнувшись, парировала девушка, явно намекая на то, что пить шампанское из бокала сегодня не входило в их планы. Но светловолосый, кажется, и не собирался этого делать. Обмакнув большой палец в игристую жидкость, он поднёс его к губам Клариссы, мягко касаясь им её губ. Клэри послушно приоткрыла рот, обхватывая палец губами, заключая его в сладкий и такой тесный плен... Золото янтарных глаз стало ещё темнее. Клэри не смогла бы описать всю глубину этого цвета, что сейчас плескался в глазах Эрондейла. Но смогла бы нарисовать. То, как она прошлась языком по его пальцу, слегка прикусив его зубами, вызвало самую настоящую бурю.
На секунду Кларисса дёрнулась вперёд, словно желая освободиться, но Джейс уже совладал с собой, медленно убрав руку и вернувшись к своей изначальной задумке. Когда светлая жидкость полилась вниз по телу светловолосого, Кларисса инстинктивно приоткрыла губы и перестала дышать. Широкие струи потекли вниз: по груди, животу, в конце пути встречая преграду в виде трикотажных пижамных штанов.
Бант на руках Клэри - словно она всё ещё была подарком - распустился спустя мгновение, а ещё по прошествии пары секунд Кларисса стояла на коленях рядом с Джейсом, рвано дыша.
Её ладошки легли охотнику на плечи, мягко, но сильно толкнув назад, заставляя Эрондейла откинуться на подушки, а сама Кларисса уже нависла над светловолосым.  Ловко подхватив волосы и забросив их на другую сторону, чтобы не мешали, нефилим, не стесняясь, слизала капли шампанского с ключиц молодого человека.
Клэри чувствовала, как под её губами и языком твердеют мышцы, как с каждым поцелуем напряжение в теле охотника становится всё более ощутимым и вязким. Фрэй неторопливо сцеловывала и слизывала каждую капельку, даже самую крохотную, с тела Эрондейла, возможно, задерживаясь в некоторых местах дольше положенного. Грудь Джейса и кубики пресса требовали тщательного и пристального внимания, и девушка не собиралась себе в этом отказывать, зацеловывая живот светловолосого, после повторяя свой путь языком, а затем и тонким, указательным пальцем с аккуратно подстриженным ноготком, едва царапая кожу.
Добравшись до низа живота, Кларисса и здесь проявила себя: с полной отдачей и самозабвением уделив внимание каждому дюйму кожи. Пальцы сомкнулись на резинке пижамных штанов, настойчиво стягивая ткань вниз, к самым коленям, и при этом не прерывая своего занятия.
Нежная ладошка сомкнулась вокруг возбуждённой плоти охотника, и Фрэй, остановившись ненадолго, подняла на Эрондейла глаза. Чуть припухлые от поцелуев алые губы растянулись в нежной улыбке.
— С днём рождения, Джейс, - и не отрывая взгляда от глаз светловолосого, Кларисса медленно и плавно погрузила его член в рот.

+2

11

[indent] И правда, почему раньше Эрондейлу никогда не приходила аналогичная идея лишить рыжеволосую определенной свободы действий? Пожалуй, все дело в том, что далеко не каждый раз под рукой может оказаться атласная лента или золотые цепи, как в той таинственной комнате на маскараде. Впрочем, несмотря на странную притягательность, цепи выглядели слишком жестокой мерой для нежной, мраморной кожи Клариссы, в то время как атлас не должен был причинить ей особого вреда. К подручным средствам еще можно отнести, например, галстуки, но светловолосый и вспомнить не мог, когда в последний раз их носил, да и носил ли вообще? Кажется, на маскарад он надевал бабочку, а больше таких мероприятий и не было… Да и в целом он никогда не был поклонником официального стиля, избегая его при любой возможности. Что касается самой идеи, то Джейс не раз перехватывал тонкие запястья Фрэй, прижимая их к стене или упругой поверхности кровати, безотчетно поддавшись порыву. Так что, дело, скорее, в отсутствии средств, чем в каких-то внутренних запретах, которые, безусловно, когда-то существовали, но больше нет.
Ну… - с притворной задумчивостью протянул охотник. — Не всегда под рукой есть атласная лента, так что эту я, пожалуй, приберегу, - многозначительно ухмыльнулся светловолосый, явно не собираясь шутить по поводу своих намерений. К тому же, красная лента в принципе выглядела символичной: Кларисса была самым настоящим подарком, каждый день привнося маленький праздник в его жизнь. Да и сочетание алого и ее белоснежной кожи явно было одним из его самых любимых.
Джейс и не собирался спорить, что дегустировать шампанское тем способом, который изначально предложила Фрэй, было куда интереснее и вкуснее, да и вообще он уже не был уверен, что, попробовав его из бокала, получил бы такое же наслаждение. Пузырьки, как оказалось, далеко не основная составляющая этого игристого напитка.
Послушно откинувшись на подушки, Эрондейл, в свою очередь, позволил Клэри насладиться терпким вкусом шампанского тем же незамысловатым способом, что и он пару минут назад. Хотя слово «позволил» здесь не самое подходящее. Джейс безмолвно просил ее об этом, мечтая вновь ощутить ее податливые и мягкие губы, неторопливые поцелуи и влажные прикосновения языка, аккуратно слизывающие длинные, витиеватые следы шампанского с его кожи. Поначалу эти прикосновения казались легкими, нежными, пробуждая знакомое тепло, но оно быстро перестало быть робким и уютным, стремительно перерастая в удушливый жар. Эрондейл то и дело тяжело дышал, пускай, на первых порах шумные вздохи оставались всего лишь вздохами, не имея ничего общего с хрипловатыми стонами, которые светловолосый некогда старалась подавлять, но по мере того, как губы Фрэй опускались ниже… Лежать неподвижно, наслаждаясь происходящим, давалось все сложнее – нефилим пару раз чуть поменял положение, словно устраиваясь поудобнее, стоило Клариссе преодолеть незримую линию, целуя низ живота, словно невзначай царапая ноготком мягкую, нетронутую рунами, кожу. Наконец, рыжеволосая добралась до его пижамных штанов, настойчиво, но с всей той же легкостью стягивая их вниз, давая понять, что последует дальше. Конечно, Джейс ждал этого. Бесспорно, все эти жаркие поцелуи будоражили воображение и не только, но все они негласно были лишь аперитивом перед другим ожидаемым действом.
Пальцы Фрэй сомкнулись вокруг его возбужденной плоти, заставляя Эрондейла инстинктивно задержать дыхание, не отводя от рыжеволосой потемневшие, янтарные глаза. Клэри тоже не стремилась опускать пышные ресницы, словно растягивая и смакуя это первое мгновение. Алые губы плотно обхватили его член, тут же срывая с губ охотника беззвучный стон, рисуя на губах идеальное «ох». Светловолосый приподнялся на локтях, шумно втянув носом воздух, завороженно наблюдая за Клариссой. Ее алые губы, плавно поднимающиеся вверх и повторяя свой путь вниз, лаская чувствительную головку, буквально гипнотизировали. Это был тот момент, когда эстетическое восприятие ничуть не уступало чувственному, усиливая и без того умопомрачительные ощущения. В такие моменты, как сейчас, Джейсу казалось, что достаточно одного лишь вида Фрэй, этого потемневшего, пленительного взгляда, чтобы уже подвести его к финальной черте, но нет. Он сам устраивал себе томную, сладкую пытку, пытаясь из последних сил не поддаваться уютной тьме и не закрывая глаза, жадно ловя каждое ее движение, каждый взгляд, пожирая собственным ее алые губы. Светловолосый не знал, что было такого в этом цвете, или в самом контексте, но уже через пару мгновений он почти не мог дышать, а еще через пару секунд – хрипло застонал, тут же по привычке кусая губы. Прикрывая глаза и концентрируясь лишь на своих ощущениях, было проще себя контролировать, как бы странно это ни звучало, но сейчас… Эрондейл всегда очень живо откликался на подобные ласки, кажется, не в силах привыкнуть и каждый раз ощущая себя, как тогда, у книжного стеллажа, когда Кларисса впервые опустилась перед ним на колени, доведя начатое до конца. Технически у них был подобный опыт и раньше, но тогда они не дошли до той финальной черты, да и обстоятельства были иными, сама Клэри была другой, другим был и он.
Еще… - само по себе это слово было лишним, ведь Джейс прекрасно знал, что Фрэй и не думает останавливаться, но он обожал эти томные прикосновения, а еще когда она позволяла его возбужденной плоти скользнуть за щеку, и он чувствовал ее влажный, мягкий жар. Эти ощущения, пускай, и напоминали их близость, но были несколько иными…их было сложно объяснить.
С глухим стоном, Эрондейл расслабил руки, откидываясь на подушки, тут же ухватившись за простыни, инстинктивно чуть выгибая спину, подавшись вперед. Невозможно, слишком жарко, слишком хорошо… Утренняя расслабленность явно не способствовала выдержке и силе воли, но Джейсу уже было плевать. Плевать, как со стороны выглядят его стоны, или то, что он не может лежать спокойно хотя бы пару минут, комкая простыни, или запрокидывая голову назад, зарываясь пальцами в россыпи золотистых волос, в очередной раз отбрасывая со лба непослушную челку. После вечернего душа волосы были особенно рассыпчатыми и пушистыми, так и норовя попасть в глаза.
Он хотел ее… И здесь начиналась дилемма. Охотник обожал, терял голову и сходил с ума, когда она дарила ему наслаждение вот так, решив пойти до конца. С другой стороны, ему безумно хотелось почувствовать Клэри, ощущая себя внутри нее, сходя с ума от ее жара и жажды по нему. Он уже представлял, какой нетерпеливой делала ее эта «маленькая» пытка, разжигая испепеляющий, влажный жар внизу живота.
Возьми меня… - сбивчиво прошептал Эрондейл, не до конца понимая, о чем именно просит. — Возьми меня… - повторил он. Пожалуй, он любил ее сладкие пытки. Не настолько, чтобы раз за разом не получать желаемое, когда они начали напоминать наказание, но настолько, чтобы получать желаемое на ее условиях, вверяя свое желание ее воле.

+3

12

[indent] Учитывая, поведение Джейса в последний месяц, Клэри тоже было удивительно, почему охотник никогда не пытался лишить её свободы подобным, механическим способом. Впрочем, Эрондейл доминировал над Клариссой, используя другие методы воздействия, и всё же было любопытно, почему он ни разу не решился на нечто подобное? Сама Фрэй связывала его далеко ни раз и ни два, нагло лишая его свободы и заставляя играть по своим правилам. К тому же использование сподручных средств оставляло большой простор для фантазии, да и руки были свободны...
Судя по чуть нахмурившимся бровям, светловолосый задумался о том же самом. Девушка прекрасно знала и чувствовала определённые желания Джейса, даже самые тёмные и вязкие, больше напоминавшие пакт об абсолютном собственничестве и безраздельном владении. В этом они с Джонатаном были похожи: старший брат тоже не любил делиться и всегда жаждал владеть вещами и людьми единолично.
На краткий миг руну тёмного альянса, надёжно спрятанную под кожаным браслетом и рукавом рубашки, неприятно обожгло. Метка чувствовала желания и мысли своей хозяйки, время от времени направляя их в нужную сторону, но сегодня Кларисса успешно игнорировала эти призывы. Она даже не могла сказать с точностью, был ли Моргенштерн дома или же снова отправился по делам, - сейчас все её мысли занимал лишь Джейс и его день рождения, к которому она так долго готовилась.
— Какой ты запасливый и предусмотрительный, - хихикнула нефилим. Она хотела было добавить, что предпочла бы что-то пожёстче, нежели атласная лента, но решила, что успеется, - такие разговоры явно стоит приберечь для другого дня и другой, не менее интересной игры.
Светловолосый откинулся на подушки, безмолвно разрешая Фрэй делать с ним всё, что она пожелает. Сегодня был тот особенный день, когда Тёмной Королеве не хотелось играть ни в какие игры: она была спокойна и безмятежна, и ей хотелось дарить любовь и счастье, превращая этот день, каждую его минуту, в нечто особенное и волшебное. Кларисса не хотела мучать Джейса, ведь она не шутила, когда говорила, что сегодня абсолютно всё для него. Это было искренним желанием Клэри, которому она намеревалась следовать от начала сегодняшнего дня и до самого его конца.
Настойчивые, влажные губы исследовали тело Эрондейла, продолжая целовать покрывавшуюся испариной кожу. В комнате было не так жарко, да и охотник спал без одеяла, но очень быстро не только воздух между ними раскалился до предела, но и их тела, которые требовали больше, ещё больше и ещё.
Светловолосый тяжело дышал, стонал, выгибал спину, комкал простыни, пока губы Клариссы, плотно обхватив его член и помогая себе правой рукой, совершали поступательные движения. Рыжеволосая знала, от чего он терял голову, от чего его стоны становились громче...
Стоило проворному язычку пробежаться по чувствительной головке, словно кисть по холсту, и с губ срывался хриплый стон, а по телу пробегала крупная волна дрожи.
Фрэй довольно улыбалась, повторив данную хитрость несколько раз, а после позволив возбуждённой плоти охотника скользнуть ей за щёку. Здесь губы сомкнулись плотнее, заключая Джейса в куда более тесный, жаркий, невыносимый плен.
Молодой человек давно потерялся в своих ощущениях, прикрыв глаза, буквально метаясь по подушке: Клэри то и дело поглядывала на него, на то, как он смахивал со лба назойливую чёлку, вцеплялся рукой в пушистые и такие рассыпчатые волосы, будто это могло помочь удержаться на невидимой черте.
Видя эти слабые попытки не потерять контроль, нефилим инстинктивно задавалась целью сломать это крохотное сопротивление, и тогда её движения становились быстрее, увереннее и ритмичнее. Такой знакомый, привычный темп, который неумолимо приближал столь желанную и необходимую развязку.
Кларисса и не собиралась останавливаться, в очередной раз позволив Эрондейлу продолжить их близость так, как он хотел. В какой-то мере это противоречило утверждению самой Фрэй, что сегодня всё будет происходить так, как захочет Джейс, но она была уверена, что он хочет и того, и другого, а значит, она поможет ему выбрать предпочтительный для них обоих вариант. И этим вариантом было как раз то, что Клэри делала сейчас - дарила охотнику удовольствие, самозабвенно погружая его член в рот почти до самого основания, позволяя прочувствовать тот самый адский жар, в котором он сгорал секунда за секундой.
Откровенности ради стоит отметить, что это давалось рыжеволосой непросто: принимать Джейса часто было не такой уж простой задачей, учитывая его габариты и её комплекцию, но, как говорится, было бы желание. А оно у девушки было, при том в большом количестве.
На мгновение девушка остановилась, поднимая на Эрондейла глаза - она не ослышалась, он просил её? Изумрудные глаза вспыхнули, и, Кларисса, хватанув воздух ртом, позволила члену охотника выскользнуть из её рта. Было ли это случайностью или хорошо продуманным шагом - эдаким лёгким элементом пытки, от которого было сложно удержаться - но с губ светловолосого сорвался почти разочарованный стон.
Нефилим не заставила себя долго ждать, вновь обхватывая возбуждённую плоть Джейса губами и ловя знакомый, немного безумный, сводящий с ума ритм. С учётом этой небольшой паузы потребовалось чуть больше времени, чтобы снова поймать неумолимо приближающуюся грань... Ещё немного, ещё совсем чуть-чуть... Фрэй чувствовала, как тело охотника сковывает напряжение, но она и не думала останавливаться, плотнее смыкая губы и стараясь не сбиться с ритма.
Между рваными ударами сердца, кажется, Джейс хрипло застонал, изливаясь в неё. Кларисса не спешила отстраняться, будто давая Эрондейлу время насладиться этими ощущениями: то, как удовольствие плавно покидает его тело, как отступает напряжение, и узел внизу живота распускается, словно цветок.
Неспешно выпрямившись, рыжеволосая с раскрасневшимися щеками и горящим взглядом, сглотнула и изящно промокнула губы тыльной стороной ладони, будто не желая размазать алую помаду.
Улыбнувшись, она вновь склонилась над охотником, целуя низ его живота и медленно поднимаясь вверх, вновь целуя кубики пресса, грудь, ключицы. Чуть влажные - и на этот раз не от шампанского - губы опустились на шею, чуть прикусывая кожу, затем сместились на скулы, подбородок, намеренно обходя губы.
— Обожаю, когда ты такой, - прошептала Клэри, чуть отстраняясь и заглядывая светловолосому в глаза. Можно было задать вполне логичный вопрос - какой такой? Но Фрэй вряд ли бы смогла ответить на него кратко. Такой податливый, искренний, уязвимый, такой её... Джейс дрожал в её руках, и это было невероятное, пьянящее чувство, за которое Кларисса готова была отдать всё, что угодно.
Было время, когда Джейс не хотел, чтобы она к нему прикасалась, и сам не прикасался к ней, но, кажется, всё это в прошлом? Навсегда в прошлом?
Кларисса и сама не знала, почему вдруг подумала об этом в такой светлый, поистине умиротворенный момент, и дабы отвлечься, прильнула к губам светловолосого в глубоком поцелуе.

+1

13

[indent] Сложно сказать, о чем просил светловолосый, да и знал ли он это сам? Слова сорвались с его губ спонтанно, прежде чем он вообще успел осознать свою просьбу. Наверное, они относились ко всем этим «пожалуйста» или «не останавливайся», которые зачастую были произнесены, повинуясь сиюминутному порыву, не неся никакой смысловой нагрузки. Зато, стоило Фрэй в самом деле отстраниться, с легким изумлением взирая на охотника из-под опущенных ресниц, Джейс тут же поймал себя на мысли, что нестерпимо хочет, чтобы она не останавливалась. По телу пробежала легкая дрожь – влажная от ее губ кожа, стала еще более чувствительной, тут же ощутив легкий холодок, заменивший обволакивающий, уютный жар. Эрондейл разочарованно выдохнул, но Кларисса и не думала томить его ожиданием, тут же подавшись вперед, вновь заключая его плоть в тесный плен. Можно было подумать, что она сделала выбор за нефилима, который он ей сам же и предоставил, но все было иначе: Клэри всегда угадывала его желания, порой чувствуя еще более отчетливо, что ему нужно, когда Джейс по тем или иным причинам не мог или не решался дать ей это открыто понять.
На этот раз движения ее губ быстро поймали тот самый стремительный, ритмичный темп, от которого начинало стучать в висках, а в груди чувствовалась приятная, странная тяжесть, в очередной раз мешающая сделать глубокий вздох. Джейс застонал, вытягивая руки, забираясь ладонями за подушку под его головой, с силой сжимая ее с обратной стороны. Мягкий и невесомый пух буквально таял под его хваткой, и Эрондейлу начинало казаться, что с каждым мгновением он рискует потерять последнюю ниточку, связывающую его с окружающей реальностью. Тугой узел внизу живота опасно завибрировал, прося и умоляя, что сделал бы и сам Джейс, если бы мог произнести хоть слово. Сложно сказать, что было в этом действе, что настолько сводило с ума, помимо очевидного, вязкого удовольствия, в котором нефилим тонул уже с первых прикосновений ее губ. Наверное, ему хотелось видеть в этой ласке нечто исключительное и особенное, что-то такое, что принадлежало только им одним. То, что было только между ними. Когда-то все, что касалось близости, было для Клэри не только впервые с ним, но только с ним и только для него. Многое изменилось, но хотелось верить, что далеко не все, в том числе и уникальность подобных моментов, которые Кларисса дарила лишь ему одному. Впрочем, Джейс и не думал предаваться сомнениям.
Порой непонятно, почему было так сложно просто отпустить себя, позволяя сразу же отдаться наслаждению, стоило той невидимой черте едва забрезжить на горизонте, стремительно подбираясь все ближе и ближе. Эрондейл чувствовал, что рыжеволосая и не думает останавливаться, не желая на этот раз превращать подобные ласки в своего рода пленительную прелюдию, твердо намереваясь идти до конца. И все же он сдерживался. Точнее, пытался сдерживаться, пока в какой-то момент все не произошло само собой. Огненный шар внизу живота резко лопнул, растворяясь на тысячи мелких искр, забирая с собой невыносимое напряжение. Тугой узел медленно распускался, но если порой это происходило плавно и мягко, то сейчас наслаждение заполняло его тело волнами, пульсирующими толчками отдаваясь внизу живота. Джейс хрипло застонал, запрокидывая голову, и вновь чуть выгибая спину, пытаясь каким-то образом совладать с собой, но тщетно. Он чувствовал, как Клэри медленно отстранилась, уже через пару секунд целуя низ его живота, заставляя вздрагивать от каждого прикосновения ее губ. Кожа по-прежнему была невыносимо чувствительной, словно и вовсе не скрывая оголенные нервы, готовые вспыхнуть от очередного невесомого поцелуя.
Какой такой? – сбивчиво выдохнул Эрондейл, тихонько постанывая, когда зубы Фрэй словно невзначай прихватили кожу у него на шее. Наверное, он и сам знал ответ на этот вопрос. Такой открытый, податливый, уязвимый. Когда-то он боялся таким быть, даже не умел, не решаясь открыться, по-прежнему испытывая толику смущения даже сейчас. Ему нравилось видеть Клэри такой, но она была девушкой – хрупкой, чувственной, в такие моменты особенно прекрасной. Он же был мужчиной, а мужчины должны уметь сдерживать себя, что рядом с ней получалось из рук вон плохо, но, кажется, Кларисса и не думала возражать? Все как раз было наоборот.
Ты удивительная, - прошептал Джейс. Ни одно слово не могло передать, какой она была для него. Удивительной, неповторимой, невероятной. Все они крутились на языке, но Эрондейл не сумел продолжить, буквально задохнувшись, стоило губам Фрэй неожиданно накрыть его собственные. Он чувствовал этот особый вкус, чувствовал себя на ее губах. Возможно, это было больше самовнушение, но сам факт, что она так принимала его – полностью, самозабвенно и без остатка, получая от этого безграничное удовольствие, делало такие моменты еще более особенными. Словно желая в этом удостовериться, Эрондейл вытянул руку, позволяя ей скользнуть меж их телами, по гладкому животу Клариссы на внутреннюю сторону бедра, касаясь подушечками пальцами влажной кожи. Она хотела его… Не удержавшись, светловолосый пошел дальше, мягко касаясь ее там, плавно погружая указательный палец. Все было ровно так, как он и ожидал – влажный, томный жар, тут же выдававший ее нетерпение и жажду почувствовать его внутри себя. Эрондейл с шумом вздохнул, невольно размыкая губы и прерывая поцелуй.
Сними рубашку… - попросил охотник. К указательному пальцу добавился средний, продолжая мягко ласкать Клариссу. Если ему нравилась эта импровизированная прелюдия, пока что разжигающая возбуждение на уровне восприятия, позволяя телу отойти от только что пережитого наслаждения, то Фрэй, должно быть, это давалось чуть труднее.

+3

14

[indent] Сколько бы Клэри не пыталась предугадать, каким на этот раз будет наслаждение, которое в последствии накроет Джейса с головой, у неё это не получалось. Это было непредсказуемо, живо и ярко, и каждый раз был не похож на предыдущий. Тоже самое происходило и с ней. Было трудно поверить в то, что может быть иначе. Что однажды из их постели уйдёт удовольствие, вдохновение и разнообразие, хотя многие умные книжки и люди, мнившие себя экспертами, направо и налево утверждали, что рано или поздно отношения становятся рутиной, а близость - чем-то обыденным и привычным, чем однажды можно пресытиться, казалось, что к ним данные утверждения никогда не будут применимы.
Для Клариссы это каждый раз было как фейерверк, о внутреннем содержании которого она не имела ни малейшего представления, но неизменным оставалось одно - было чертовски хорошо. Это могло происходить в спальне, в душе, на выставке, да даже на улице; могло длиться час или же гораздо быстрее, просто потому что на большее не было времени, но суть оставалась та же. Менялись обстоятельства, они сами и их окружение, но эмоции и чувства, что рыжеволосая испытывала в процессе, одинаково сводили с ума и дарили максимум наслаждения.
Это могло быть страстно и грубо, или же наоборот медленно и нежно, прелюдия могла быть долгой или отсутствовать вовсе, но эффект был один. Наслаждение оглушительной волной накрывало девушку с головой, затапливая собой всё её существо, и было неважно, чувствовала она Джейса внутри себя или их близость носила несколько иной характер, совсем, как сейчас.
Конечно, о развязке для Фрэй сейчас речи ни шло, но происходящее очень возбуждало. Рыжеволосая чувствовала, как по бёдрам буквально струится влажный жар, заставляя дрожать в такт своим же прикосновениям, а ведь Эрондейл даже не прикасался к ней. Он комкал простыни, хватался за подушку, зарывался рукой в золотистые волосы, стонал, извивался, дрожал, едва ли не безмолвно умолял, - и на Клэри подобные проявления эмоций действовали весьма однозначно. Она возбуждалась ещё сильнее. Было ли это химической или визуальной, аудиальной реакцией, она не знала, но собственный узел внизу живота становился совсем тугим. Болезненно тугим, жарким, надоедливым, томящим. Но отступать Клэри и не собиралась.
Всё ещё чувствуя вкус Джейса на своих губах и на кончике языка, Фрэй продолжала свои ласки.
— Такой - мой... - выдохнула рыжеволосая, не в силах, как и Эрондейл, подобрать правильных слов. В груди было тесно, а на спине выступила испарина, и теперь чёрная ткань липла к коже, несколько сковывая движения.
— Я всегда хотела, чтобы ты был предельно честным со мной, - продолжала Кларисса. — И ты такой и есть, - чтобы научиться подобной открытости у них ушли месяцы, но теперь Фрэй надеялась на то, что так будет всегда. Она хотела, чтобы светловолосый был с ней собой, ничего не скрывая и не стесняясь собственных желаний и мыслей, - это был долгий путь, но они прошли по нему, не так ли?
Услышав слова Джейса, Клэри улыбнулась. Той самой нежной, кроткой, мягкой улыбкой, которой улыбалась когда-то девочка из Бруклина, когда Джейс, тогда ещё Уэйланд, пытался говорить ей комплименты. Эта улыбка напоминала момент, когда робкое солнышко на мгновение выглядывало из-за туч, чтобы подарить надежду тем, кто ждал хорошую погоду, - с единственной разницей, что Тёмная Королева не была плохой погодой, она просто была другой, не такой, как Клэри...
Они целовались, и могли бы целоваться ещё очень долго, если бы Джейс не решил действовать. Его рука мимолётно мазнула по её телу, замирая внизу живота. На секунду Кларисса затаила дыхание, будто готовясь перед тем, как Эрондейл погрузил в неё палец.
Удар сердца тяжело ухнул где-то в ушах прежде, чем замолчать, а шумный выдох слетел с губ, что Фрэй даже не успела об этом подумать. А тем временем к указательному пальцу присоединился второй, и вот здесь рыжеволосая уже не смогла сдержать глухой стон.
Прикосновения пальцев были медленными и томными, распаляя Клариссу ещё сильнее. Она смотрела на Джейса большими, зелёными глазами, чуть приоткрыв рот и делая редкие вдохи. По её лицу он сейчас мог прочесть абсолютно всё.
Нефилим потянулась к плечам, чтобы послушно стянуть с них рубашку: чуть влажная ткань соскользнула вниз, но стоя на коленях и опираясь руками о матрас было сложно выпутаться из рубашки окончательно. Клэри пришлось отстраниться, позволив пальцам Эрондейла выскользнуть из неё, пока она с неприсущей ей покорностью снимала рубашку и откидывала её в сторону.
Теперь на Фрэй не осталось ровным счётом ничего, если не считать кожаного браслета на предплечье, скрывавшем руну тёмного альянса, - но его она почти никогда не снимала.
Подавшись вперёд, рыжеволосая обхватила ладонями лицо охотника, и удерживая вес собственного тела за счёт спины, поцеловала его.
— Какие ещё будут пожелания? - прошептала Клэри всё с той же несвойственной ей покорностью. Она в действительности готова была исполнить любое желание именинника.

+1

15

[indent] Говорят, честность – это основа любых отношений. Во всяком случае, тех, у которых есть светлое будущее. Честность – это то, чего и Джейс хотел для них, но в определенных аспектах их взаимоотношений это по-прежнему оставалось невозможным. Впрочем, сегодня был явно не тот день, когда хотелось предаваться угрызениям совести из-за всех своих тайных планов по разрушению метки, нарушенных обещаний и других малоприятных поступков, о которых Эрондейл сам мечтал навсегда позабыть. Если говорить о честности и открытости непосредственно на уровне физического взаимодействия, то это в самом деле был долгий путь. Джейс и сейчас чувствовал себя слегка смущенно, даже, чуточку неловко, вспоминая, как еще пару минут назад не мог найти себя места, цепляясь за простыни и сминая подушку, даже не думая сдерживать хриплые стоны. Точнее, может, подобная мысль и проскользнула наряду с напоминанием о том, что мужчины должны отличаться сдержанностью, которой он уже давно не блистал, но вряд ли она возымела должный эффект. Он просто не мог быть другим, когда Клэри вытворяла такие вещи. Когда она была такой – исполняла его желания, ловила его шумные вздохи, заглушая хрипловатые стоны требовательным, глубоким поцелуем, вот как сейчас. После пережитого наслаждения тело оставалось особенно чувствительным, отзываясь сладкой дрожью на каждое ее прикосновение.
Я только твой, - прошептал охотник, с жадностью впитывая в себя каждый тяжелый вздох, сорвавшийся с приоткрытых губ Клариссы, чувствуя невероятное, пульсирующее напряжение, во власти которого пребывало все ее тело. Она не отводила от него взгляда, смотря на Эрондейла огромными, искрящимися глазами, стремительно теряющими свой свет. Изумрудный превращался в более густой, темный цвет, делая взгляд более томным, глубоким – он словно пробирался под кожу. Джейс перевел дух, позволяя Клэри отстраниться, чтобы выполнить его просьбу. Сегодня она была на удивление покорной, исполняя его желания сию же секунду. Фрэй ловко выпуталась из рукавов его черной рубашки, скидывая ее с плеч, грациозно выгибая спину, чтобы вновь потянуться к его губам.
Если бы не этот ее вопрос, едва ли светловолосый вообще задумался бы об оставшихся желаниях. Он и так получил все, о чем только можно просить, разве можно мечтать о большем? Ему было так хорошо, что он и не мечтал, но слова рыжеволосой тут же запустили цепную реакцию, призывая вспомнить, чего он когда-либо страстно хотел и не получал; что ему безумно нравилось, и что он хотел бы получать вновь и вновь.
Джейс ухмыльнулся сквозь поцелуй, мягко отстраняясь от ее губ, обжигая горячим дыханием шею Фрэй, словно желая поделиться с ней секретом, прошептав что-то на ушко.
Я хочу, чтобы ты прикоснулась к себе, - тихо произнес он, запечатлевая нежный поцелуй под самой мочкой уха. Нечто подобное всегда казалось чем-то сугубо личным, интимным и совершенно не для чужих глаз. Возможно, некоторые люди и вовсе не могли решиться на такой шаг в присутствии близкого человека, но у них уже был подобный опыт. Джейс помнил, как едва не сошел с ума, когда Кларисса впервые прикоснулась к себе у него на глазах еще в самые первые недели пребывания в квартире-портале, сразу после их небольшого приключения у книжного стеллажа. Сложно сказать, что именно в этом так безумно возбуждало и заставляло терять голову. То, что Клэри была такой чувственной, открытой, еще более сексуальной… Эти рыжие волосы и приоткрытые, алые губы. Или то, что в эти моменты она думала о нем, хотела его, а он представлял то, что последует дальше? Эрондейл не знал точного ответа, но помнил, как однажды после подобного представления он так и не получил желаемого, и пытка продолжилась. В конечном итоге, он ни на что не жаловался, но в процессе того своеобразного испытания силы воли, которое ему когда-то устроила Темная Королева, ему пришлось несладко. В конце концов, нетерпеливость была чертой его характера, и ее можно было лишь попытаться обуздать, но не искоренить. Зато сегодня он получит то, что захочет и когда захочет, ведь так?
Но не иди до конца, - напомнил Джейс, ощутимо прихватывая зубами нежную кожу на шее Клариссы. Хотя его голос звучал мягко, в нем чувствовались отдаленные нотки металла, дающие понять, что это не совсем пожелание, и даже не просьба. Эрондейл и сам этого не понимал, или просто не хотел так глубоко заглядывать в свои темные желания, но ему в самом деле нравился контроль и контролировать Клэри в особенности. В том числе и ее удовольствие, которое непременно должно зависеть от него и находится только в его власти.
Смотри на меня, - обхватив подбородок рыжеволосой, заставляя поднять взгляд, сообщил Эрондейл, напоследок ласково проведя подушечкой большого пальца по нижней губе Клариссы.
Наблюдать за происходящим в таком положении было не самой лучшей идеей, и Джейс с готовностью приподнялся на локтях, прислоняясь к спинке кровати, получая лучший обзор. Тело по-прежнему наполняла приятная легкость, но и она потихоньку начинала таять. Крохотные искорки предвкушения уже начинали зарождаться где-то там, глубоко внутри, покалывая кончики пальцев и заставляя сердце словно случайно пропустить очередной удар.

+3

16

[indent] Какой же порой опасной властью наделяло человека чувство вседозволенности и безграничной власти. Не то, чтобы Клэри возражала, она ведь и сама хотела, чтобы этот день стал для Джейса особенным и навсегда запомнился, как нечто невероятно волнующее, о чём никогда не хотелось забывать. Кларисса хотела показать охотнику, насколько он важен для людей, которые го любят, в частности для неё самой. Насколько высоко, по сути выше чего бы то ни было, она ставит его желания. Так поступают близкие, так поступают те, кто любит и обожает, и кому не безразлично счастье и благоденствие другого человека. Фрэй была уверена, что потребуется ещё не один такой праздник с её стороны, чтобы Эрондейл заменил в своих воспоминаниях о тех днях, которые он провел с Валентином, получая совсем не детские подарки и уроки. Но рыжеволосая была упрямой, решительной и очень настойчивой.
Удовольствие в теле светловолосого таяло на глазах, медленно выпуская Джейса из своего плена, в котором ему было так хорошо. Он шептал, заставляя Клариссу улыбаться, но ничего не говорить в ответ, - она была слишком напряжена и сосредоточена на своих ощущениях, боясь выпустить из рук хлипкий контроль. Не то, чтобы он был ей сейчас нужен, но если Клэри и дальше хотела следовать определённому сценарию развития событий, не стоило пускать всё на самотёк.
Эрондейл жадно ловил её тяжёлые вздохи, продолжая касаться её там. Это было невероятно чувственно, томно и очень интимно, - Джейс не просто видел все эмоции на лице рыжеволосой, он чувствовал её, дышал вместе с ней, считал вместе с ней глухие удары сердца. Девушка даже не могла с уверенностью сказать, что было сложнее: продолжить эти тягучие, томные ласки или же отстраниться, с готовностью выполняя просьбу охотника и избавляясь от рубашки?
Как бы там ни было, нефилим вновь вернулась к губам Эрондейла, который поспешил воспользоваться случаем и ответить на её вопрос. На секунду Кларисса прикрыла глаза: от горячего дыхания молодого человека по телу побежала мелкая дрожь. Мягкое, обманчиво нежное прикосновение губ убаюкивало, чего нельзя сказать о словах Джейса.
Фрэй могла бы переспросить, уточнить, действительно ли светловолосый хочет именно этого, но в этом не было нужды. Они оба чувствовали огромное напряжение в её теле, и Кларисса бы солгала, если бы сказала, что не хотела избавиться от него как можно скорее. Впрочем, она была почти уверена, что Джейс захочет иного.
— Внутренние демоны не дают покоя? - подтрунила Клэри. Как и Эрондейл, она помнила, чем всё заканчивалось в прошлые разы, когда девушка прикасалась к себе на глазах у охотника. Она мучала его, не позволяла к себе прикасаться, пускай так было и не всегда, но, видимо, те сладкие пытки особенно запали Джейсу в душу. Он хотел сравнять счёты? Хотел получить контроль над ней в такой момент?
Светловолосый уточнил свою просьбу. Но просьбу ли? В его голосе скорее звучал мягкий приказ - твёрдый, решительный тон, приправленный вкрадчивыми нотами вводил в опасное заблуждение, но Кларисса то знала, кому сейчас принадлежала вся власть. Девушка будто бы невзначай вспомнила то, каким охотник был на выставке в Париже, в кафе в Италии или как не отпустил её на задание... По спине пробежала липкая дрожь: слабые проблески тех настроений присутствовали и сейчас, пугая, маня и завораживая одновременно. Клэри чувствовала терпкое любопытство, волной поднимавшееся в груди, - ей хотелось податься ближе, попробовать сломать этот сценарий в лучших традициях своего природного упрямства, но... Не сегодня.
Джейс обхватил её подбородок, и Кларисса послушно подняла на него взгляд. Устроившись поудобнее, прислонившись затылком к изголовью кровати, светловолосый приготовился наблюдать.
Фрэй облизала пересохшие губы и приподнялась на коленях, расставляя их чуть шире, - пожалуй, так будет удобнее. Она осторожно поднесла руку ко рту, по очереди облизав свои пальцы: она могла бы этого не делать, но этот жест носил скорее чисто визуальный, нежели практический характер. Ладонь скользнула вниз по шее, задевая соски, мазнув по плоскому животу и на мгновение задержавшись в самом низу живота, прежде чем пойти дальше.
С губ сорвался тихий вдох, но Клэри не отвела взгляд даже тогда, когда тонкие пальцы проникли глубже. Не один, а сразу два: рыжеволосая была достаточно распалена, чтобы избавить себя же от лишних прелюдий. Она не знала, что хотел увидеть Джейс: плавные и мягкие ласки, или безумную жажду, которую Фрэй испытывала, но не имела возможности утолить? Но поскольку светловолосый не сообщил ей о своих предпочтениях, Кларисса решила, что выбор за ней. Спустя секунд десять пальцы Клэри поймали хорошо знакомый, ритмичный темп. Взметнулась вверх свободная ладонь, касаясь груди, играясь с соском... Клэри кусала губы - она и не думала, что держать глаза открытыми и смотреть на Джейса в такой момент, будет так сложно, почти невозможно. И всё же у неё это получалось.
— Джейс... Я не могу, - застонала рыжеволосая, чуть убыстряя темп. Он просил не идти до конца, но, кажется, это желание она не могла исполнить. Тугой узел внизу живота умолял и требовал не останавливаться, и Клэри готова была подчиниться.

+1

17

[indent] Внутренние демоны в самом деле не давали покоя, но в какой-то мере именно благодаря Клэри Джейс наконец-то сумел признать их присутствие. Более того, именно она позволила ему время от времени ослабить поводок, давая им некоторую свободу, к которой они уже успели пристраститься. Свобода всегда манит, и иногда, равно как и безумию, ей нужен лишь один маленький толчок, одно слово, и сегодня – всего лишь один вопрос Клариссы.
Ты же любишь с ними играть, - прошептал охотник, открыто встречая взгляд рыжеволосой. Сегодня она и не думала томить его ожиданием, решив, не колеблясь, исполнить его просьбу.
Эрондейл затаил дыхание, чувствуя, как сердце замирает в груди в легком предвкушении, а кончики пальцев по-прежнему покалывает от напряжения, впрочем, оно было исключительно приятным. Клэри была перед ним, стоя на коленях и широко разведя ноги в стороны и, как он и просил, не отводила от него глаз. Тонкие пальцы взметнулись к губам, в очередной раз привлекая внимание нефилима к их яркому, сочному цвету. Правда, насыщенно-алый стал чуть более приглушенным и спокойным, видимо, несколько потеряв свой пламенный оттенок от поцелуев. Несмотря на это, сам контур губ по-прежнему оставался идеальным и ровным, в очередной раз заставляя светловолосого невольно задуматься о том, как у нее это получается? Эти мысли быстро потерялись где-то в пути, стоило Клэри поочередно облизать пальцы, медленно направляя руку вниз, словно невзначай задевая чувствительные соски, скользнув по груди, и дальше – к низу живота. Джейс с шумом втянул воздух, едва приоткрыв губы в такт тихому вздоху, сорвавшемуся с губ Фрэй в самое первое мгновение, стоило ее пальцам, наконец, преодолеть невидимую границу и скользнуть глубже. Она не стала мучить себя долгой прелюдией, почти без промедления поймав быстрый, ритмичный темп. Эрондейл хорошо помнил его, как и помнил то, что в таком состоянии разгоряченное тело всегда нуждалось в чем-то подобном в надежде как можно скорее утолить жажду, избавляясь от навязчивого напряжения. Как он и просил, Клэри так не отводила взгляд, даже не прикрыла глаза, хотя это и давалось ей с огромным трудом. Светловолосый ловил каждый ее тяжелый вздох, каждый жест, жадно наблюдая за изящными пальцами, то и дело играючи касающимися груди, задевая соски. Внизу живота вновь начинал разгораться до боли знакомый жар, и «до боли» - далеко не просто красочный оборот речи. В какой-то момент нефилим в самом деле почувствовал легкий дискомфорт, пускай, скорее, приятного характера, но сидеть на месте и дальше неожиданно показалось невыносимой пыткой. Джейс заерзал, инстинктивно пытаясь устроиться поудобнее, но едва ли его попытки могли принести желаемый комфорт: напряжение в теле начинало сгущаться, напоминая вязкий и тягучий кокон, отдающий легкой пульсацией внизу живота.
Из своеобразного забытья Эрондейла пробудил голос Фрэй. Точнее, ее стон. Казалось бы, произнесенные ей слова уже по своей природе должны были напоминать мольбу, но нет, в них не было просящих интонаций. Он слышал ее напряжение, но она не просила и не умоляла, впрочем, как и всегда. Как и всегда, Кларисса даже сейчас пыталась установить свои правила игры, пускай, и не столь явно, как это бывало обычно. Движения ее пальцев стали быстрее, вторя ее желаниям, неумолимо приближая скорую развязку, но у охотника явно были несколько иные планы, от которых он не собирался отступать.
Я помогу тебе, - выпалил он, подавшись вперед и тут же перехватывая ее запястье, заставляя замедлить движения. Он мог бы отстранить ее руку, и вовсе прерывая эту сладкую пытку, но зачем? Вместо этого Джейсу гораздо больше нравилось направлять ее, руководить, контролировать. Под его чутким руководством движения ее пальцев поймали тот мучительный, неспешный темп, дарящий безумно приятные ощущения, но их никогда не будет достаточно, чтобы утолить эту безумную жажду, а она уже была именно такой.
Светловолосый склонился чуть ниже, накрывая губами возбужденный сосок, опаляя нежную кожу горячим поцелуем, едва ощутимо прихватывая зубами, тем самым своеобразно привлекая внимание Фрэй. Сначала он хотел сказать нечто совсем другое, но сегодня ведь был день исполнения желаний, не так ли? Эрондейл улыбнулся, решив, что прибережет изначальный план, потребовав нечто иное, но не менее приятное:
Ты знаешь, что я хочу услышать, - с жаром выпалил он, отстраняясь от груди рыжеволосой, поднимая на Клариссу потемневший взгляд. Испытания ее силы воли давались и ему не так просто, и все же со временем он научился чуть лучше контролировать как себя, так и свои желания. Еще сыграл и тот факт, что, получив определенную развязку, требовалось чуть больше, чтобы вновь окончательно потерять голову. Это было на руку, но надолго ли хватит такого преимущества?

+3

18

[indent] Клэри в действительности любила играть с демонами Джейса. Более того, их демоны даже смогли подружиться, чувствуя в обществе друг друга ту самую гармонию, которую испытывали их хозяева. Впервые на такой мысли Фрэй поймала себя на маскараде, со временем развив данное утверждение и сумев в нём окончательно убедиться. Думать о том, что и она, и Эрондейл были находкой для психолога, если не сказать психотерапевта, не хотелось. В самом деле не все же любят то, что положено и то, что в обществе считается нормальным? Да и кто вообще определяет границы нормальности?
Рыжеволосая улыбнулась и кивнула в ответ на слова охотника, не без удовольствия отмечая, с каким вниманием и жадностью он смотрит на неё, не желая пропустить ни секунды из того, что ему предстояло увидеть.
Происходящее не было похоже ни на что, что было между ними до этого. Конечно, светловолосый и в предыдущие разы смотрел на Клариссу с полным вниманием, пожирал взглядом, но тогда инициатива исходили от самой Фрэй. Это была её маленькая игра или пытка, от участия в которой Эрондейл буквально сгорал на глазах. Тогда он рвался принять участие, но Клэри ему не давала, - сейчас же акценты были иными. Кларисса отчаянно хотела, чтобы охотник присоединился к ней, а он не торопился.
Нефилим была вынуждена признать, что в последние месяцы с точки зрения выдержки и терпения Джейс делал успехи. Она не могла сказать, что ей это не нравится, - это придавало их близости ещё больше ярких ощущений, но всё же в данном конкретном случае лучше бы его выдержка была поменьше.
Впрочем, если светловолосый, забывшись, даст ей дойти до конца, можно согласиться и на это. Тонкие пальцы ускорили темп, и Фрэй буквально чувствовала вибрацию во всём теле - верный признак того, что ещё совсем чуть-чуть, и... Молодой человек перехватил её запястье, срывая с губ Клэри удивлённо-разочарованный вздох. Изумрудные глаза вспыхнули - в них отчётливо читался немой вопрос «что ты делаешь?», но вместо слов Кларисса лишь глухо застонала, и ,почувствовав, как Джейс, обхватив её запястье, направляет её руку, создаёт именно такой темп, какой нужен был ему. Медленные, проникновенные движения сводят с ума, - безусловно, они чертовски приятны, но этого мало, слишком мало. Тело рыжеволосой изнывает, вибрирует, только уже не от подступающего оргазма, а от напряжения. Она чувствует его даже в кончиках пальцев на ногах, и это почти невыносимо.
Джейс целует её грудь, и от его горячего дыхания по телу бежит дрожь. Поцелуи сменяют укусы, и Кларисса больше не в силах сдерживаться, прикрывает глаза, опуская пушистые ресницы.
— Джейс... - она даже не сразу замечает, что Эрондейл отстранился и смотрит на неё. Девушке требуется несколько мучительно долгих секунд, чтобы открыть глаза и встретиться с охотником взглядами.
Да, она прекрасно знала, что он хочет услышать, и не просто хочет, а жаждет. Светловолосый неоднократно говорил ей об этом, но Кларисса лишь улыбалась или хихикала, весьма недвусмысленно напоминая, что Королева ни просит, ни умоляет. Видимо, Джейс хотел разорвать порочный круг...
Не то, чтобы Фрэй было неприятно произносить нечто подобное, конечно, нет, но порой принципы, пусть и относительно новые, так тяжело нарушать, в особенности те, что подпитывались тёмной магией метки.
Кларисса колебалась, и Джейс мог видеть это в её потемневших, зелёных глазах. Впрочем, борьба длилась недолго. Клэри резко подалась вперёд, позволив пальцам скользнуть глубже, а другой, свободной рукой обняла Джейса за шею.
— Я прошу... - выдохнула Клэри. — Я прошу тебя... Умоляю... - её губы были так близко к губам охотника, шепча заветные слова.
— Забери это напряжение, прошу, - повторила Фрэй, прикусывая нижнюю губу Эрондейла.
В неискренности девушку нельзя было обвинить, даже несмотря на то, что подобные слова дались ей непросто, хоть она и сама толком не знала, почему. Казалось бы, это всего лишь слова, но внезапно они стали значить гораздо больше, чем до этого. Клэри чувствовала, как кожа вокруг руны тёмного альянса теплеет, постепенно нагреваясь. Порой было так сложно понять, что же хочет сказать ей метка, о чём предупредить. Или же магия всего-навсего привлекала её внимание? Кто знает...
Кларисса тяжело выдохнула и прижалась щекой к щеке Джейса, и не думая отстраняться, - она уже некоторое время перестала двигать рукой, и лишь Эрондейл, видимо, по инерции, слабо направлял её запястье вперёд.

0

19

[indent] Наверное, злоупотреблять своей властью всегда было не слишком хорошо, даже если речь шла об исключительных случаях, вроде Дня Рождения. Даже если Джейс это понимал, то едва ли мог сконцентрироваться на подобных мыслях, пока Клэри полностью была в его руках, находилась в его власти, добровольно вверяя себя в его милость. Впрочем, светловолосый вовсе не собирался ее мучить, или, правильнее сказать – долго мучить. Все, чего он хотел – это услышать те заветные слова. Даже одного слово «прошу» было бы достаточно, но Фрэй не торопилась дать ему желаемое. По-прежнему находясь во власти испепеляющего жара, Кларисса даже не сразу осознала, что охотник отстранился, с нетерпением ожидая ее ответа, который она не спешила ему дать. Намеренно или ввиду всей этой красноречивой ситуации, в которой не так-то просто удавалось собраться с мыслями – трудно сказать, и все же от Джейса не укрылось, как на прекрасном личике его Королевы промелькнула тень сомнения, больше напоминающая муки выбора: поддаться или нет? Возможно, она уже приняла решение, но что-то внутри не позволяло так просто распрощаться с принципами, которые ей уже успели так полюбиться. Эрондейл не раз задавался вопросом, что же лежало в основе этой непокорности? Природная гордость, которая расцвела, стоило ей очутиться в благодатных условиях, подпитываемая свободой и властью? Или все дело было в том, что сама руна темного альянса не желала, чтобы ее хозяйка считала, что может кому-то принадлежать, столь завися от того, кто не был Джонатаном? Последняя идея казалась абсурдной, и все же, такая теория тоже имела право на существование.
Наконец, Клэри заговорила. Стало невыносимо трудно дышать, и, кажется, нефилим в самом деле забыл, как это делать, когда рыжеволосая подалась вперед, обвивая его шею свободной рукой, словно ища в нем точку опоры. «Прошу». Этого простого слова уже было достаточно, но она продолжила, добавив к и без того весомому «прошу» заветное «умоляю». Джейс опустил ресницы, на мгновенье прикрывая глаза, делая глубокий, прерывистый вздох. Неужели это происходило на самом деле? Он знал, как с некоторых пор ей была важна эта независимость, и дело было вовсе не в неожиданной покорности. Она не была свойственна Клэри ни в Нью-Йорке, ни сейчас, просто… Она хотела сделать его счастливом, в самом деле не отступая от своих слов, как будто пообещав себе превратить этот день в самый лучший день в его жизни, ведь его уже можно называть именно таким. А ведь было только утро…
Клэри… - горячо прошептал светловолосый, подавив тяжелый вздох, чувствуя, как вместо поцелуя Фрэй требовательно прихватила зубами его нижнюю губу. Всего лишь одного прикосновение, но и его достаточно, чтобы вновь ощутить до боли знакомую дрожь, рассыпавшуюся сотнями маленьких искр по всему телу, сладко замирая внизу живота, постепенно собираясь в горячий, огненный шар.
Возьми меня… - повторил свою недавнюю просьбу охотник. Теперь она звучала куда более осознанно, давая понять, чего он хочет. Сейчас он мог сделать все, что угодно, уверенный в той, что любой из сценариев непременно понравится им обоим, но вместо всего этого Джейс неожиданно решил вложить контроль над ситуацией в миниатюрные ладошки Клариссы. К слову, он тут же поспешил убрать свою руку, не пытаясь контролировать ее и здесь. Он не говорил этого вслух, но охотник негласно решил, что и дальше не будет следовать своим привычкам, пытаясь при любой возможности удержать контроль в своих руках. Нет. Клэри сможет получить его так, как захочет. Наверное, со стороны похоже на акт «доброй воли», но это было лишь наполовину так. Несмотря на благодарность за такой подарок и стремление сделать приятное в ответ, Джейс в принципе любил, когда Кларисса была такой – невообразимо жадной до него, сгорающей от желания. Он любил видеть, как она сходит с ума, набирая этот бешенный темп, не в силах утолить свою потребность в нем, безотчетно желая еще и еще. Ему это было хорошо знакомо, он и сам был таким. В конечном итоге, желание подчинять очень редко живет в одиночестве. Ему всегда сопутствует желание подчиниться и почувствовать, как этого жаждет другой, как ты нужен ему, разве можно просить о большем?
Так, как ты этого хочешь, - прошептал Джейс, накрывая губы Клэри обманчиво мягким, почти трепетным поцелуем.

+3

20

[indent] Джейс, кажется, входил во вкус, стоило Клэри дать понять, что сегодняшний день является особенным во всех смыслах, а его Королева готова исполнить все его желания практически беспрекословно и сию же секунду. Если в первые мгновения в его глазах читалась лёгкая неуверенность и удивление - светловолосый никак не мог поверить, что это происходит на самом деле, - то по прошествии небольшого количества времени и пары жестов со стороны Фрэй, убедился в искренности её слов и твёрдости намерений.
Признаться, на краткий миг Кларисса внутренне содрогнулась, поймав себя на мысли, что Эрондейл захочет и здесь проявить свою тёмную сторону, которая особенно часто представала её глазам в последние дни. Он нравился ей таким, она обожала его таким, сходя с ума и готовая пасть ниц, но сегодняшний день отчего-то превращал Клариссу в более мягкую и сентиментальную Клэри Фрэй, какой она и была когда-то. Возможно, именно поэтому рыжеволосой не хотелось привычного развития событий. Впрочем, привычное и обыденное, равно как и нормальное, так редко было применимо к их отношениям, что за это даже не стоило волноваться.
Девушка подумала о Толедо и о том, как много они сегодня должны посмотреть в этом городе, и где должно закончиться их путешествие. Часов под рукой не было, но нефилим была почти уверена, что времени в запасе ещё предостаточно. Да и разве они оба смогут думать о прекрасном испанском городе, не закончив начатое здесь, в спальне?
Несколько мгновений Кларисса смотрела на охотника, ловя его тяжёлые вздохи и также тяжело дыша в ответ. Они оба были так возбуждены, но никто не торопился переходить к более активным действиям, словно наслаждаясь этой странной, почти болезненной близостью напополам с напряжением.
Слова Джейса ставили Клэри на распутье, хотя обычно она знала, как действовать, или же просто поддавалась импульсу, ведомая эмоциями, которые плескались через край. Сейчас же внутренних импульсов было как минимум два, а если принять во внимание тот факт, что руна тёмного альянса пыталась воздействовать на любой из предполагаемых вариантов событий, то и все три.
Фрэй крепче обняла Эрондейла за шею, теснее прижимаясь к нему. Почему сегодня и почему сейчас, но Кларисса подумала о Нью-Йорке и о том, какими они были когда-то. Обычно подобным воспоминаниям любил предаваться Джейс, спрашивая рыжеволосую, не хочет ли она вернуться домой, но Клэри лишь с грустью смотрела на него, не зная, что и сказать. Она должна была хотеть вернуться домой, но почему-то не чувствовала ничего подобного.
— Такой сложный выбор, - выдохнула нефилим. Светловолосый отпустил её запястье, и Фрэй убрала руку, опуская её на плечо Эрондейла. Тёмная Королева бы толкнула его на кровать, садясь сверху и тут же переходя к решительным действиям, забирая власть в свои руки - грешно разбрасываться подобными дарами, какие ей сейчас предоставлял Джейс. Но Клэри... Как бы поступила Клэри?
Впрочем, девушка едва ли сейчас различала в себе эти грани одной сущности, скорее подсознательно чувствуя тяжкие муки выбора и не зная, что выбрать. Возможно, впервые за долгое время выбор в самом деле был не очевиден и не так прост.
Фрэй развернулась к молодому человеку спиной, занимая более устойчивое положение на коленях. Подавшись назад, она прижалась спиной к груди Джейса, тут же заводя одну руку за голову и касаясь золотистых волос.
— Я хочу почувствовать тебя вот так, когда ты впервые сказал, что я - твоя. Помнишь? - это было трудно забыть. Их ночная встреча в тренировочной комнате, раздевалка, а после её спальня, где Джейс позволил себе слететь с катушек к их общему счастью. Это было невероятно, пугающе, завораживающе и, возможно, впервые в жизни охотник не боялся быть собой и делать всё, что ему угодно.
— Сегодня твой день, Джейс Эрондейл. И все правила - твои. Все игры - для тебя. Все поцелуи - только твои. Я могу лишь покориться... Я хочу покориться, - выдохнула рыжеволосая и опустилась ниже, чуть согнув колени. Их тела едва соприкасались: она почти чувствовала его возбуждённую плоть, но этого было недостаточно.
Было трудно сказать, чего светловолосый хотел сейчас больше: подчиниться Тёмной Королеве или подчинить её себе, иногда это также было оборотными сторонами одной медали и было так трудно определиться, что было наиболее желанным. Всё и сразу? Или всё, но по очереди? Учитывая нетерпение Джейса, это было бы в его духе... Но Клэри поняла давно: всё, что делает счастливым Джейса, делает счастливой и её. Всё, что заставляет его улыбаться, вызывает улыбку и на её лице. Она хотела того же, что и он. И если это всё для него, то, значит, и для неё тоже.
— Пожалуйста, Джейс, - попросила Клэри в очередной за утро.

+1

21

You're my obsession
My fetish, my religion
My confusion, my confession
The one I want tonight
You are my obsession
The question and conclusion
You are, you are, you are

[indent] Наверное, вопрос «что лучше – покорить или покоряться?» никогда не найдет ответ. Пожалуй, эта дилемма была из разряда вечных противоречий, которые попросту не могли существовать друг без друга: свет и тьма, наслаждение и их излюбленная, сладкая боль. Примеров могло быть гораздо больше, но Джейс не мог вспомнить и половину. Клэри была права, выбор оказался сложным, но светловолосый едва ли сомневался в ее решении. Кларисса слишком любила власть, чтобы так легко от нее отказаться, прекрасно помня, что подобная перспектива принесет не меньшее удовольствие и самому Эрондейлу. И все же, рыжеволосая не была бы собой, если бы не сумела удивить его даже здесь.
Вопреки ожиданиям охотника, Клэри осторожно отстранилась, поворачиваясь к нему спиной. Он мог бы ее остановить, если бы захотел, но Джейс не хотел. Завороженно наблюдая за Фрэй, он не шелохнулся, позволяя Клариссе прильнуть к его груди, вновь обжигая кожу своим теплом. Конечно, он помнил. Ту ночь невозможно было забыть. Она стала, своего рода, поворотным моментом, когда каждый из них впервые начал принимать себя, друг друга и природу своих чувств такими, какие они есть. Казалось, они оба отчаянно хотели забыть то время, когда обманчиво считали друг друга братом и сестрой, но именно эта ужасная ложь и те страдания заставили в полной мере ощутить всю истинную силу их чувств, осознать их фатальную обреченность, но не в плохом смысле слова. Они были «обречены» любить друг друга, раз за разом выбирая эту любовь, и неважно, какими будут обстоятельства или последствия. Последующие события лишь подтвердили это, заставив охотника отказаться от семьи и парабатай, лишь бы не потерять ту, которую он любил больше жизни, но сейчас, в любом случае, речь шла не об этом. В ту ночь Джейс впервые произнес вслух, что Клэри принадлежала ему, а она – впервые приняла это. С тех пор рыжеволосая нечасто произносила эти слова, а когда они оказались в квартире-портале, и вовсе перестала. Эрондейл старался не думать, почему. Было ли тому виной некое врожденное упрямство и независимость, которая достигла своего апогея в обличии Темной Королевы, или все дело было в том, что она в самом деле больше не принадлежала ему. Во всяком случае, ему одному. Какой был смысл в том, что сегодня все игры были его, все правила принадлежали ему, если Клэри – нет?
Прерывисто вздохнув, нефилим мягко подтолкнул Клариссу вперед, заставляя встать на колени, упираясь ладонями в упругий матрас. Совсем как когда-то… Только в отличие от той неконтролируемой, необузданной и до конца неосознанной вспышки страсти, Джейс чувствовал нечто совсем другое: нестерпимую жажду и желание обладать, которые практически стали его частью. Они напоминали хроническое заболевание. Его можно было ненадолго заглушить, но болезнь оставалась перманентной. Он был болен Клэри, но и она же была его лекарством.
Без лишних прелюдий и томительного промедления, которое светловолосый, порой, так любил, акцентируя первые мгновения долгожданного единения, Эрондейл подался вперед, плавно войдя в нее. Вопреки привычному, даже это самое первое движение было лишено резкости, но в нем чувствовалось все то же нетерпение, которое Джейс едва ли мог сдерживать. Его выдавали тяжелые, прерывистые вздохи и то, с каким жаром он вновь притянул к себе Фрэй, призывая выпрямить спину, почти вплотную прижимаясь к его груди.
Я хочу, чтобы ты была моей, - горячо выдохнул охотник, мягко обхватывая ладонью шею Фрэй, призывая запрокинуть голову назад, встречая его губы. — Я хочу, чтобы ты этого хотела, - сквозь поцелуй прошептал он, все также плавно подавшись вперед, подхватывая размеренный, ритмичный темп. Будет ли этого достаточно? А как же их излюбленное «ближе уже невозможно»? Джейс всегда сходил по нему с ума, но иногда для очередного безумства нужен всего лишь маленький толчок. Сложно сказать, нужен ли он был сейчас, когда Клэри и без лишних слов принадлежала ему: податливая, словно воск, она таяла в его руках, и, наверное, он не имел права просить о большем. Даже в этот день.

You can kiss me with your torture
Tie me up to golden chains
Leave me beggin undercover
Wrong or right

+3

22

[indent] Наверное, Джейс ожидал других действий, гораздо больше свойственных Клэри в последние месяцы, нежели та покорность и смирение, что она проявляла сейчас. Впрочем, дело было не только в покорности и смирении, ведь Кларисса в действительности чувствовала то, что она чувствовала сейчас. Слабые отголоски моральных терзаний, вызванных попранной гордостью, были настолько слабыми, что рыжеволосая и думать о них забыла, сосредоточившись на том, что происходило между ними сейчас.
Бывали минуты, часы, иногда даже целые дни, когда девушка не замечала ничего вокруг кроме Джейса, а границы её мира сужались до них двоих, наполняя её сердце теплом, любовью и... страхом. В моменты абсолютного счастья, когда Вселенная замирала в ожидании их следующего шага, рыжеволосая ни раз ловила себя на мысли, что она боится потерять Эрондейла. Человек не может быть настолько счастлив - в какой-то мере это казалось противоестественным, противозаконным, нарушающим баланс сил в природе. Клэри уже однажды нарушила баланс сил, буквально вернув Джейса с того света, и хотя с тех пор прошло так много времени, она всё ещё ждала расплаты. Магнус говорил, что любые мощные колебания магии не могут пройти бесследно, открывая лазейки для чего-то такого, чему не было места в их мире. В своё время Фрэй провела не одну бессонную ночь, думая о том, что же она впустила в мир, возвращая охотника? Успокаивало лишь то, что он был всего лишь на пороге смерти, и она просто затянула его назад, не позволив умереть. Быть может, это не считалось? И счета на оплату не последует?
Впрочем, эти мысли быстро исчезали из головы Клариссы, убаюканные мерным жжением руны тёмного альянса. Так или иначе, Клэри ни о чём не жалела, и будь у неё выбор, она бы поступила точно так же, и сделала бы всё так же, как и в прошлый раз, и если бы потребовалось, она бы повторяла это день за днём, из раза в раз, покуда у неё доставало сил.
Наверное, все эти мысли, чувства и ощущения невольно возвращали Фрэй в то время, когда они с Эрондейлом считали себя братом и сестрой, и отчаянно боролись с реальностью. Именно тогда Кларисса впервые сказала светловолосому, что любит его - той болезненной, невыносимой, пугающей, невозможной, абсолютной и такой сильной любовью. Юношеский максимализм или нет, но с того дня её чувства к нему не изменились ни на йоту, напротив даже стали сильнее, окрепнув.
Охотник подтолкнул Клэри вперёд, и девушка послушно упёрлась ладонями в матрас, замерев в ожидании. Лёгкое ощущение дежавю, вызванное воспоминаниями о той ночи в её спальне, дрожью побежало вдоль позвоночника. Джейс подался вперёд - плавно, тягуче - и Кларисса застонала, не в силах сдерживаться. Тело буквально вспыхнуло, изнемогая от желания и жажды именно такой близости, а не всех этих томных и проникновенных ласк. Спустя мгновение, заскучав без её тепла, Клэри вновь была прижата к груди Эрондейла.
Лишённая практически какой бы то ни было свободы, власти, да и простора для фантазии, Клэри послушно запрокинула голову, следуя за ладонью светловолосого, сомкнувшейся на её горле. Его припухшие от поцелуев губы тут же приникли к её, и Фрэй показалось, что она задыхается: и от этого поцелуя, и от этого жеста, и от размеренных плавных толчков.
— Я хочу этого, и всегда хотела, - с придыханием отозвалась Фрэй. Руки рыжеволосой скользнули назад, касаясь бёдер Джейса, будто желая притянуть его ближе, теснее, чтобы не осталось ни дюйма между их телами. Какой бы тесной, испепеляющей не была их близость, этого всегда было недостаточно. Если Джейс и был болен Клэри, то она была больна не меньше. Иногда казалось, что это убьёт либо их, либо весь остальной мир, если придётся выбирать.
На мгновение Клэри пришла в ужас от подобной, хладнокровной мысли, но губы Клариссы тут же растянулись в улыбке - вспышка жара обожгла нежную кожу руки, где была нарисована алая метка, разгоняя по венам свой ад.
Никто бы из них не колебался.
— Скажи, что я - твоя, - прошептала нефилим, мазнув губами по губам охотника и резко толкнувшись бёдрами назад. Шёпот был тихим, вкрадчивым, и было так трудно поднять, какими были бы интонациями, произнеси девушка эти словах вслух? Властными и требовательными? Или просящими, почти умоляющими? Насколько Джейс хорошо знал ту, что сейчас таяла в его руках?

+1

23

[indent] Возможно, где-то в глубине души в охотнике по-прежнему жили сомнения, что быть с ним и быть его – не то единственное, чего хочет сердце Клэри. Он верил в ее желания и ее чувства, но вопрос был далеко не в них, а в том, что с некоторых пор он был не единственным, кого она желала. Когда-то рыжеволосая пыталась ему показать, какие чувства она испытывает к нему и к Джонатану в надежде доказать, что не может без него жить, но впечатление осталось совсем иным. Тогда Джейс не мог разглядеть ничего, кроме ее чувств к брату, долгое время пытаясь заставить себя смириться с неизбежностью присутствия Джонатана не только в их жизни, но и в ее сердце. Не получилось. Получилось лишь изредка отвлекаться от этих мыслей, как это происходило сейчас, и такие моменты были по-своему бесценны. Этот день в самом деле имел все шансы стать одним из самых лучших в жизни Эрондейла, и, хотя он едва ли успел начаться, светловолосый сомневался, что может быть как-то иначе.
Наверняка эффектное появление утром, эти огромные красные банты и шампанское были не единственным сюрпризом и не единственным подарком, которые его ожидали, но самое главное Клэри уже подарила – себя. Разумеется, ни этот день, ни ее слова были не в силах положить конец ревности и сопутствующим эмоциям, равно как и сомнениям, которые так или иначе посещали сердце нефилима, но здесь и сейчас они не значили ровным счетом ничего. Она хотела, чтобы он назвал ее своей. Сделал так, чтобы она принадлежала ему. Это было совсем не то же самое, чем услышать «я твоя» из ее уст, но пора бы привыкнуть, что какие-то мечты просто обречены с некоторых пор оставаться мечтами. Не то, чтобы Фрэй этого никогда не говорила, ведь Клэри говорила и, скорее всего, не раз, но Кларисса… Иногда Джейс не доверял своим воспоминаниям, боясь, что разум пытается подменить действительное желаемым. Тот период свободы и познания друг друга, предшествующий их отчуждению, казался слишком сладким и безмятежным, чтобы быть правдой, приобретая иллюзорные очертания, как и все признания, что были тогда произнесены. Может, на первых порах, когда сердце рыжеволосой не было настолько скованно руной темного альянса, она и говорила ему эти слова, но сейчас в это уже верилось с трудом. Эрондейл давно мечтал услышать их вновь, но боялся о них попросить, зная, что может не получить желаемое. Он мог попытаться сделать это и сейчас, но… Клэри резко толкнулась назад, буквально выбивая почву из-под ног, заставляя сделать громкий, рваный вздох.
Ты моя, только моя… - прошептал Джейс. Вязкий жар внизу живота напоминал чернильное пятно, стремительно расплывающееся по полотну. Резкий толчок заставил тугой узел жалобно заныть, опасно пульсируя, изнемогая от всепоглощающего тепла. Впрочем, эти ощущения с натяжкой можно было назвать таким уютным и мягким словом «тепло». Куда больше они напоминали пожар. И этот пожар выжигал все на своем пути, в том числе и мысли. Могло показаться, что размышления охотника заняли не одну минуту, а на бумаге – явно не одну страницу, но на деле все эти мысли пронеслись в его голое за каких-нибудь пару секунд, тут же исчезнув в очередной вспышке адреналина и невыносимой жажды. Наверное, в священном писании именно такую страсть называли похотью, потому что она заставляла позабыть обо всем: о вере, свои идеалах, принципах, обещаниях. Человек готов был отречься от чего угодно, лишь бы это никогда не прекращалось, медленно, но верно или стремительно и бескомпромиссно подводя к столь желанному наслаждению. Недаром в христианстве именно страсть и желание по-прежнему считаются самыми страшными грехами: «…каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь собственною похотью; похоть же, зачав, рождает грех…». Именно в ее власти Эрондейл когда-то пообещал никогда не разрушать руну темного альянса, пока того не захочет сама Кларисса и это было далеко не последним, что он мог бы сказать или пообещать в таком состоянии. Сейчас все это было неважно, и в голосе той, кто просила его произнести эти заветные слова, Джейс почти не слышал Клариссу. В ее голосе не было свойственных его Темной Королеве властных ноток, не было приказа. Если она и не умоляла, нарушая свои же принципы, то была к этому очень близка. Она просила, как когда-то просила его Клэри…
Только моя, - повторил Эрондейл, с готовностью подавшись вперед, чуть сжимая пальцы на ее горле. Еще немного, и Фрэй бы вновь оказалась во власти того, что они оба любили называть «сладкой болью», но не сегодня, и не в это самое мгновенье. Сейчас они явно балансировали на грани, каким-то немыслимым образом умудряясь там и оставаться. Джейс не находил в себе сил мучить ни себя, ни ее, почти сразу перейдя к четкому и быстрому темпу, подводя их к до боли знакомой, невидимой черте. Не было ни сил, ни желания растягивать удовольствие, приправляя его изысканными ласками, томными прикосновениями, снова играя в сладкую пытку. Впрочем, в какой-то мере было пыткой удержаться в таком положении, не уступив стремлению тела найти больший комфорт, податься вперед, вместо этого удерживая свой вес лишь благодаря спине. Клэри было еще сложнее, но Джейс бы никогда не дал ей упасть… Он и сейчас крепко прижимал ее к груди, одной рукой по-прежнему удерживая ее за шею, то и дело слегка сжимая пальцы, вторя такту своих движений, другой сжимая ее грудь, хаотично скользя ладонью то вверх, то вниз, словно пытаясь вслепую в очередной раз запомнить нежность ее мраморной кожи.
Наслаждение всегда неповторимо. Оно не бывает одинаковым, лишь отдаленно напоминая отголоски того, что когда-то довелось пережить. В этот раз оно не казалось стремительным, в одно мгновенье накрыв с головой, заполняя собой каждую клеточку его тела. Оно было осязаемым с самого начала, становясь ближе с каждым толчком, каждым движением, каждым вздохом. Джейс чувствовал, как его плотный кокон постепенно обволакивает тело, вытесняя из легких кислород, а из головы – последние мысли. Он даже ощущал это «вот сейчас…» резко толкнувшись вперед, наконец, чувствуя сладкую и вязкую негу, до дрожи пробирающуюся под кожу. Дрожала и Клэри, замерев в его объятиях, словно не в силах более удерживать вес собственного тела. Светловолосый не отпускал ее, по-прежнему крепко прижимая к груди, найдя в себе силы коснуться ее губ.
Моя… - произнес охотник, накрывая их терпким, тягучим поцелуем. Кажется, даже в нем чувствовалась все та же не унимающаяся дрожь.

+3

24

[indent] Клэри прекрасно понимала, какие мысли жили в голове Джейса, порой не давая ему покоя, лишая сна. Иногда он делился ими с Фрэй, иногда слова и не требовались, и рыжеволосая понимала всё без них. Кларисса, как могла, старалась свести к минимуму напряжение, которое так или иначе появлялось между обитателями квартиры-портала, в том или ином объёме. Прожив почти 7 месяцев под одной крышей, она часто задавалась вопросом, как они не убили друг друга, с учётом весьма своеобразных отношений, что их связывали? О каких-то событиях они предпочитали не говорить, не вспоминать и делать вид, что этого в принципе не происходило, но нет-нет, это всё равно вырывалось на поверхность.
С тех пор, как они помирились, Джейс не упрекал Клэри, как раньше, - теперь их ссоры носили другой, более дерзкий характер. Эрондейл будто бы из раза в раз пытался доказать девушке, кому на самом деле принадлежит её сердце, тело и душа, пусть и отравленные дьявольской меткой. И как бы порой её не тянуло к Джонатану и к его тёмным, вязким и желаниям, чувства к Джейсу перевешивали эти стремления. Даже, если для этого приходилось применить силу, в конечном итоге, Кларисса была этому только рада, будто невольно чувствуя, что в очередной неравной борьбе с руной тёмного альянса, она больше не одна. Так было, например, когда охотник не пустил Клариссу на ночную вылазку, буквально преградив ей путь в холле и наотрез отказавшись её отпускать с Моргенштерном. Резкая перепалка довольно быстро сменилась другими, не менее яркими, настроениями...
Так или иначе, но Фрэй более, чем отчётливо понимала, какие бури бушуют в душе Эрондейла, словно она сама была в их эпицентре. Если бы она только могла всё исправить, что-то изменить... Но подобные благостные порывы довольно быстро терялись за чередой мыслей Тёмной Королевы, умевшей не только отвлекать Джейса от его гнетущих мыслей, но и отвлекаться самой.
Светловолосый исполнил её просьбу, прознеся то, что так жаждала услышать девушка, что она - его. От этих слов всегда кружилась голова и подгибались колени. Трудно сказать, в чём именно было дело: в низком, с хрипотцой, голосе, преисполненном разнообразных эмоций, или в том, какие действия Джейс совершал, параллельно со своими словами. Может быть, всему виной был смысл, которые несли в себе эти слова, порой напоминавшие клятву?
Рыжеволосая застонала, а Эрондейл повторил эти слова снова, чуть сжимая пальцы на горле Фрэй. Он крепко прижимал её к своей груди, не желая не отпускать ни на секунду, желая чувствовать её каждое мгновение, а вместе с тем не давая упасть. Нефилим чувствовала, как начинают подрагивать колени, скованные напряжением, а красивая фраза, часто употребляющаяся в переносном значении - «подгибаются колени» уже не казалась лишь литературным приёмом.
Кларисса плавилась в объятиях светловолосого, потеряв контроль над своим телом: казалось, что если Джейс отпустит её, она повалится вперёд, не в силах удержать равновесие, но он и не собирался её отпускать. С каждым ритмичным толчком, в такт которым стучало сердце Фрэй, а пальцы Эрондейла то и дело сжимались сильнее на её горле, она чувствовала, как развязка неминуемо приближается. Это походило на неумолимо приближающийся горизонт, когда мчишься к нему на автомобиле. Горизонт не появляется внезапно перед изумрудными глазами, и расстояние между ними сокращается постепенно, не медленно и не быстро, но достаточно для того, чтобы почувствовать каждую дозу удовольствия, впрыскиваемую в кровь с каждым толчком Джейса. Ей нравилось чувствовать его внутри себя, и неважно, было ли это их излюбленное «ближе уже невозможно», нежная и проникновенная близость до дрожи, или же острое балансирование на грани, как сейчас.
Впрочем, до дрожи было и сейчас, в особенности, когда охотник резко подался вперёд и замер, давая Клэри прочувствовать момент. Рыжеволосая вздрогнула всем телом, замерла на несколько секунд, чувствуя вязкое и терпкое удовольствие, расходившееся от низа живота по всему телу, вслед за которым последовала мелкая дрожь.
Она не чувствовала ног, тело было липким от шампанского и пота, но она не хотела отстраняться от Эрондейла. Было невыносимо жарко, но кого это волновало? Молодой человек нашёл её губы, приникнув к ним в том особенном поцелуе, которые часто случаются в моменты, подобные этому, когда страсть была позади, жажда была утолена, но желание всё ещё жило внутри. Кларисса никогда не могла подумать, что однажды будет такой жадной и вечно голодной до кого-то...
Нефилим обмякла в объятиях Джейса, мысленно благодаря за то, что он такой сильный и выносливый, и что положиться на него можно не только морально, но и физически. Ей нужна была небольшая передышка, совсем крохотная, хотя бы пять минут, когда тело непроизвольно вздрагивает, а дыхание никак не хочет восстанавливаться.
— С днём рождения, Джейс, - в который раз за утро повторила рыжеволосая, медленно отстраняясь от Эрондейла и сползая с кровати. В первую секунду Кларисса пошатнулась, стоило босым ногам коснуться пола, но она тут же грациозно выпрямила спину и огляделась в поиске чёрной рубашки, в которой она пришла. — Как ты понимаешь, это не всё, что я тебе приготовила, - улыбнувшись, Фрэй, наконец-то, нашла рубашку и тут же натянула её на липкое тело, застёгивая на все пуговицы. — Нам обоим нужно в душ, а потом мы отправимся в маленькое путешествие, - встретившись с удивлённым взглядом охотника, Клэри улыбнулась. — Это сюрприз! Одень куртку, там, кажется, не больше 10-12 градусов тепла в это время года. Встречаемся через 30 минут внизу, позавтракаем уже там, - рыжеволосая уже было направилась к выходу, но, опомнившись, подлетела к успевшему сесть на постели охотнику, впиваясь в его губы поцелуем. И только после этого Кларисса, словно прохладный летний ветер, умчалась в свою комнату собираться.
Приняв душ, рыжеволосая облачилась в узкие, светло-голубые джинсы, белую футболку и кожаную куртку, не забыв прицепить к поясу и бедру перевязь, к которой крепилось два клинка серафима, стило и ведьмин огонь, - с давних пор это вошло в привычку, никогда не выходить из дома безоружной. Волосы она чуть присобрала назад, заколов их невидимыми заколками, и отдав предпочтению легкому, почти нюдовому макияжу, посмотрела на себя зеркало.
Сейчас она в самом деле больше походила на девочку из Бруклина, которая едва ли знала о существовании голливудского скотча и красной помады. Фрэй и сама не знала, почему сегодня всё было именно так: почему именно в этот день в ней было больше от Клэри, чем от Клариссы, которая явно бы не оделась подобным образом. Но шнуруя чёрные кеды, рыжеволосая едва ли задумывалась об этом дольше, чем на пять секунд.
Когда девушка спустилась вниз, Джейса ещё не было, и Клэри на ходу достала стило, наводя его на произвольную точку в воздухе, готовясь начертить руну портала. Через несколько мгновений подоспел и Эрондейл.
Она просмотрел такое количество снимков из Толедо, настолько чётко запомнила большую часть испанского города, будто уже побывала там.
Золотые вихри портала расходились от точки, образуя воронку, спустя некоторое время превратившуюся в уже ставший знакомым портал. Рыжеволосая взяла светловолосого за руку и шагнула вперёд, максимально точно визуализируя место прибытия.
Портал выплюнул их практически в центре города, у знаменитых Солнечных ворот.
— Хочу представить тебе Толедо. Город, который славится своими знаменитыми оружейниками и оружием, которое они изготавливают. Говорят, что другого такого оружия в мире просто нет, - Клэри посмотрела на светловолосого и замолчала, давая ему возможность переварить её слова и осознать, куда он попал. — Город небольшой, но очень интересный, и не только своими оружейными лавками. Я навела справки в отношении одного продавца, мы к нему обязательно заглянем, и ты выберешь себе всё, что захочешь, - эмоции, отражавшиеся на лице Эрондейла, были непередаваемыми, теплом разливаясь в груди Фрэй. — А пока, мистер Эрондейл, позвольте, побыть вашим гидом, - нефилим хихикнула, беря Джейса под руку и направляясь ближе к Солнечным воротам. — Толедо - город, с большой историей. Основан он был римлянами в 192 году, которые построили здесь свой форпост под названием «Толетум», - процитировала Кларисса один из экскурсионных справочников, что она успела изучить до этого. — Долгое время Толедо был одной из резиденций испанских королей, пока в XVI веке Филипп II не перенёс ее в Мадрид... Но нас это не очень волнует, но для общего развития... - двое молодых людей остановились у ворот. — Если память мне не изменяет, то это Солнечные ворота. Их возвели в конце XIV века рыцари-госпитальеры. Медальон, изображенный над аркой, видишь? Он посвящен святому архиепискому Толедскому, жившему в Толедо в в VII веке нашей эры. Ему предписывали множество чудес и он был весьма почитаем среди местных жителей. Подозреваю, что это был какой-нибудь маг или фэйри, очень на них похоже, - с умным видом продолжала Кларисса. Пришлось воспользоваться руной памяти, чтобы всё это запомнить. Прошло уже несколько минут, а Джейс по-прежнему молчал, и Клэри забеспокоилась.
— Всё в порядке? Тебе нравится? - взволнованно осведомилась девушка.

+2

25

[indent] Как и все в этом мире, даже самые прекрасные моменты подходят к концу. Впрочем, сегодня это было только начало, хотя Эрондейл и не кривил душой, сказав, что сегодняшнее утро – уже самый лучший подарок. Чем он заслужил такой день? Хотя нет, вопрос стоило поставить иначе: чем он заслужил такую, как Клэри? В голове пронеслась опасная мысль: если бы они остались в Нью-Йорке, был бы у них шанс провести этот день так, как задумала Кларисса? Мог бы он стать таким же волшебным и полным сюрпризов? Конечно, Джейсу не хватало семьи, и в такие моменты это чувствовалось куда острее. Именно Лайтвуды впервые попытались подарить светловолосому настоящий праздник и сделать этот день чем-то особенным. Ему не хватало их присутствия, не хватало Алека, но разлука и расстояние со временем начинали притуплять тоску и ноющую боль в груди ровно там, где по-прежнему чернела яркая, угольная руна парабатай. Как бы ему ни хватало брата или семьи, едва ли Джейс променял то, что у них было с Клэри на Нью-Йорк и привычную жизнь. Пожалуй, в глазах многих это делало его плохим сыном, не лучшим братом и недостойным парабатай, но любовь зачастую лишает выбора. Точнее, выбор есть всегда, просто в какой-то момент перевес сил становится слишком очевидным.
Не терпится увидеть, что там еще, - улыбнулся Эрондейл, отстраняясь от губ рыжеволосой. Она была права – им обоим необходим душ. До этого момента нефилим как будто не осознавал, что по-прежнему покрыт липким налетом от шампанского, а теперь еще и крохотными капельками пота, не говоря о волосах, которые явно потеряли утреннюю свежесть.
Надеюсь, мы не отправимся в Норвегию, - усмехнулся охотник, тут же задумавшись, что в такое время года там явно было во много раз холоднее. С этими перемещениями квартиры-портала он терял счет не только часовых поясов, но и времен года. Теоретически, такая температура в январе была свойственна, скорее, южным странам. Клэри решила отправиться в Париж? Почему-то этот город первым приходил на ум, но они уже там бывали, и она бы не стала повторяться. Гадать в любом случае было бесполезно, и, недолго думая, Джейс быстро поднялся с кровати, решив не затягивать с принятием душа.
Он никогда не был большим поклонником долгих приготовлений, зачастую считая, что и так хорошо выглядит. Наверное, в нем была эта природная черта всех Эрондейлов – полностью осознавать, что все от них без ума, и, если бы не воспитание Валентина, Джейс бы наверняка полюбил проводить по полчаса перед зеркалом, решая, какая рубашка ему больше к лицу. К счастью, вмешательство Моргенштерна принесло хоть какие-то хорошие плоды, привив светловолосому мужественность еще с юных лет, сократив его самолюбование до разумных пределов.
Недолго думая, Эрондейл выбрал серую футболку и любимые черные джинсы, не забыв прихватить кожаную куртку, как просила Кларисса. Разумеется, без оружия он никуда не выходил, не изменив своей привычке и сейчас: клинок серафима и небольшой, серебряный кинжал заняли свое законное место в перевязи, которую нефилим ловко закрепил вокруг пояса. Оставалось что-то сделать с волосами, но Джейс не видел необходимости уделять этому столько времени, решив оставить чистые, рассыпчатые волосы почти нетронутыми, лишь пару раз пройдясь по ним расческой со специальным средством, зачесывая их назад.
Клэри уже ждала его внизу. В первые мгновения светловолосый буквально испытал дежавю, словно вновь вернувшись в Нью-Йорк, очутившись в большом, до боли знакомом холле Института. Он не раз встречал там Клэри, одетую в простые джинсы и самую обыкновенную кофту. Иногда она не видела его, болтая с Изабель, и он наблюдал за ней лишь украдкой. Порой она тайно ждала именно его, и потом они уже вдвоем с нетерпением ждали момента, чтобы улизнуть незаметно ото всех. Сейчас она была именно такой: не Клариссой, но его Клэри. Никакой яркой помады, которая украшала ее губы еще с утра, никаких красных тонов или высоких каблуков. Откуда такие перемены? Джейс тяжело сглотнул, чувствуя терпкое волнение, неожиданно сковавшее по рукам и ногам. Впрочем, оно было приятным. Нечто наподобие сладкого предвкушения и удивления, помноженное на десять.
Поравнявшись с рыжеволосой, Джейс внимательно следил, как та аккуратно и быстро выводит руну портала, а воздух – загорается яркими, золотистыми искрами. В такие моменты Эрондейл не решался произнести лишнее слово, боясь нарушить концентрацию Фрэй, прекрасно понимая, насколько создание порталов – тонкое и ювелирное искусство. Но все прошло хорошо, в чем Эрондейл и не посмел усомниться, уверенно ступив в яркий вихрь следом за Клариссой.
Он не сразу узнал этот город. С другой стороны, он здесь и не был, чтобы с первого взгляда определить их местоположение или хотя бы угадать, в какой они были стране. Маленькие средневековые города-крепости часто очень похожи один на другой, но в этом с первых мгновений чувствовалась своя особая атмосфера, и Джейс не мог объяснить, почему. Толедо. Город великих оружейных мастеров. По спине пробежали приятные мурашки, а на губах тут же засияла улыбка. Пожалуй, Толедо было своеобразным «Диснейлендом» для любого охотника, и светловолосый не стал исключением. Разумеется, он слушал, что рассказывала ему Клэри, но едва ли мог полностью сконцентрироваться на интересных фактах, с благоговением осматриваясь по сторонам. Пока они шли по узкой, витиеватой улочке, уходящей вверх, Джейс с любопытством изучал витрины местных лавок: причудливые фигурки из марцепана, крошечные рыцари в стальных доспехах и копии мечей из популярных фильмов. Здесь же были и копии мечей рыцарей Круглого Стола, меч Дон Кихота и много всего не менее интересного, что нефилим просто не успел изучить, стараясь не отставать от Клэри.
Да?.. – с запозданием отозвался Эрондейл, осознав, что застыл у очередной витрины какой-то оружейной лавки. Не настоящей, конечно, а полной сувениров, но настоящие здесь тоже были не редкостью, просто они еще до них не дошли. — Да, все хорошо. Конечно, мне нравится! – воскликнул Джейс, не отводя восхищенного взгляда от витрины. Несмотря на то, что его глазам предстали всего лишь красивые подделки, они в самом деле были идеально выполнены, невольно заставляя задуматься о том, как же прекрасны подлинные мечи, если даже от этих копий захватывает дух. — Я читал, что здесь делают гравировку рисунков на основе черненой стали, заполняя их золотом или серебром. Так обычно украшают ножны или рукоять меча, иногда даже лезвие. Ты видела когда-нибудь меч Чезаре Борджиа? – его глаза вспыхнули, метнувшись к Клариссе. — Говорят, его сделали в Испании, они ведь родом отсюда. Может быть, здесь… Испанская сталь во многом превосходит сирийскую, что бы там ни говорили, - как девчонки порой могли часами болтать об одежде и украшениях, Джейс мог часами рассуждать об оружии, его внешнем виде, предназначении. Наверное, в первое время их знакомства он бы попытался сдерживать себя, сомневаясь, что Клэри будет интересно, но сомнения давно ушли.

+3

26

[indent] От Джейса было сложно отвести взгляд. В лучах зимнего испанского солнца, которое пусть и не очень грело, но светило ярко, Эрондейл производил особенное, неизгладимое впечатление. Солнечные блики играли в его волосах, едва тронутых средством для укладки, что Кларисса в первые мгновения с трудом подавила порыв зарыться в них пальцами, а после и носом, вдыхая любимый аромат цитрусового шампуня. А эта улыбка... Рыжеволосая не знала, что её ослепляло больше: солнце или улыбка Джейса, пока молодой человек вне себя от восторга озирался по сторонам. Должно быть, ради таких моментов стоит жить: когда любимый человек был счастлив, счастлива была и она. Клэри ни раз и ни два ловила себя на мысли, что могла бы смотреть на Эрондейла если не вечность, то, по крайней мере, очень и очень долго, наслаждаясь хитрыми, довольными искорками на дне янтарных глаз, этой лучезарной улыбкой и просто его хорошим настроением.
Она надеялась, что этот город произведёт на него именно такое впечатление, и не ошиблась. Они только-только ступили в Толедо, но светловолосый уже не мог сдержать восторг. Клэри не понаслышке знала, какую слабость он испытывает в отношении оружия. Впрочем, это было в крови у многих охотников, но у Джейса как будто бы в большей степени. Было ли это привито Валентином или же молодой человек в самом деле нашёл в оружии и изящных изгибах оружейной стали свою страсть, Кларисса не знала, главное, что Джейс был счастлив оказаться здесь
Несколько мгновений, что длилось молчание, пока Эрондейл разглядывал разнообразные витрины, отдались в груди Фрэй несколькими глухими ударами. Не то, чтобы она сомневалась в произведённом эффекте, и всё же некоторое волнение присутствовало. Но Джейс поспешил подать голос, тут же заверяя рыжеволосую, что всё отлично, и девушка позволила себе расслаблено улыбнуться.
Молодой человек тут же живо включился в диалог, вспоминая некогда прочитанные факты об этом месте, и Кларисса не без интереса слушала его. С каждым произнесённым словом губы Фрэй растягивались в ещё более довольной улыбке: об оружии, охоте, демонах и прочих радостях жизни нефилима, он мог говорить бесконечно.
Раньше, возможно, он бы смутился, попытался бы заинтересовать Клэри другими темами для разговора, но сейчас этого не требовалось: Джейс был собой, болтая о том, что ему было важно и дорого. Признаться,  самой девушке было интересно послушать о том, чего она не знала или не успела прочесть в путеводителе.
— Ты бы хотел сделать гравировку на меч? - с любопытством осведомилась нефилим, снова беря Эрондейла за руку и увлекая дальше - они прошли через Золотые ворота и оказались на другой стороне улочки. — Кажется, я видела какой-то портрет Чезаре Борджиа с мечом, но помню не очень отчётливо, - задумалась Кларисса. — Может быть, его клинок и правда родом из Толедо. Я читала, что многие войны со всего света хотели обладать именно толедской сталью и приезжали за ней с разных концов мира, - припоминая страницы путеводителя, продолжала Фрэй.
Молодые люди неспешно брели по узким, местами даже очень узким, улочкам, рассматривая окружающую обстановку. Они прошли мимо кафедрального собора Святой Марии, и девушка остановилась. Сооружение поражало воображение: ярчайший пример испанской готики был поистине исполинских размеров. Клэри запрокинула голову вверх: башни высотой не менее 100 метров, при одной только мысли об этом начинала кружиться голова. Судя по звукам, доносившимся оттуда, шла служба. Насколько Фрэй могла судить из прочитанного, туристов в собор во время службы не пускали, но у них ведь были руны невидимости. Девушка чуть сильнее сжала ладонь охотника, привлекая его внимание.
— Хочешь зайти внутрь? - последний раз в церкви они были, кажется, ещё осенью. Воспоминания об этом были яркими и сочными, но как будто бы неуместными. Кларисса нахмурилась, будто бы данное предложение ей самой показалось не лучшей идеей. Предплечье, на котором была нарисована руна тёмного альянса, неприятно запульсировало, но, тряхнув волосами, нефилим попыталась отогнать странные ощущения.
— Впрочем, нет, успеется, идём, - и рыжеволосая потянула Эрондейла дальше по улице, круто забиравшейся вверх.
Впереди замаячил Алькасар - королевская крепость, о которой рыжеволосая успела прочесть, но их путь лежал дальше, в замок Сан-Сервандо, располагавшийся напротив Алькасара, на восточном берегу реки Тахо. Именно там, вернее недалеко от этого места, обитал знаменитый оружейник, о котором Кларисса наводила справки. Мастер разумеется принадлежал к Сумеречному миру, но рыжеволосая так и не поняла, к какой расе - он бы чрезвычайно загадочен и его было очень трудно найти. Его клинки были лишь для избранных, и Клариссе стоило немало времени, чтобы разыскать его.
— Видишь впереди здание? Это Алькасар - королевская крепость, в своё время был резиденцией королей Кастилии. К сожалению, во время испанской гражданской войны здание было полностью разрушено. Нынешнее здание полностью восстановлено в середине XX века по оригинальным чертежам, - нараспев, с видом заправского гида, продолжала рыжеволосая. — Но нам нужно попасть в-о-о-о-о-он туда, через реку, к замку Сан-Сервандо.

0

27

[indent] Хотел ли Эрондейл сделать гравировку на меч? Казалось бы, вопрос был довольно простым, а гравировка – не более, чем изысканное украшение, но не для охотника. Войны всегда придавали больше значения подобным вещам, выбирая в качестве своеобразного узора что-то, что непременно было символичным и дорогим сердцу. Подобно Чезаре Борджиа, Джейсу хотелось оставить вечную память на лезвии меча о той, которую он любил больше жизни, ради которой сражался и хотел возвращаться живым. Интересно, насколько дорогой будет такая работа? Внутри что-то неприятно кольнуло, напоминая о том, что у самого Эрондейла не было таких денег, да и денег как таковых в целом, равно как и у Клэри. Финансы, которыми они располагали, принадлежали Джонатану, хотя формально едва ли он их заработал, растрачивая то, что оставил Валентин, но это детали. В любой другой день этот факт стал бы достаточным доводом, чтобы отказаться от подобной затеи, но сегодня Джейс не хотел концентрироваться на том, что могло его расстроить, омрачая подарок Клариссы.
Да, я бы хотел… Но, возможно, гравировка займет много времени, так что… - светловолосый пожал плечами, словно говоря «я ни на чем не настаиваю». Он не мог просить Фрэй о таком подарке, хотя втайне надеялся, что именно это она ему и приготовила. Наверное, это было по-детски, но за свои двадцать лет Эрондейл получал подарки лишь половину своей жизни, долго считая, что не заслуживает и этого. Пожалуй, только рыжеволосая заставила его поверить в обратное, превращая этот день в самый настоящий праздник, каким должен быть каждый День Рождения. Что касалось самой гравировки, то здесь Джейс не лукавил: он в самом деле не имел ни малейшего понятия, сколько может занять подобная работа.
Тем временем они отправились дальше, оставляя позади многочисленные сувенирные лавки и маленькие магазинчики, подходя к величественной церкви. Эрондейл любил готическую архитектуру, с удовольствием посещая подобные соборы, с особым восхищением любуясь витражами. Давно они не были в церкви. Кажется, с того самого дня, когда они отправились по заданию Джонатана забрать какой-то древний артефакт, но в конечном итоге дело приобрело интересный оборот. В животе что-то сладко заныло, напоминая о пикантных воспоминаниях, которые едва ли могли повториться вновь. Нет, теоретически, конечно, могли, но на то они и были столь уникальными, что как тогда, уже не будет. К тому же, в этом соборе шла служба. Не то, чтобы Эрондейла преследовали какие-то греховные помыслы, но даже такие воспоминания казались чем-то неправильным в святом месте в такой момент.
Да, сейчас не самое лучшее время, - согласился охотник, напоследок окинув взглядом величественный фасад. В конце концов, при желании они смогут вернуться сюда в конце своей прогулки.
В Толедо вообще было много церквей, как и в любой католической столице, пускай, и бывшей. Стоило завернуть за угол и пройти по улице вверх, как за углом притаилась небольшая церквушка, гораздо скромнее в своих габаритах и не отличавшаяся таким величественным и строгим убранством. Ее стены обвивал плющ, а у входа столпились люди, с волнением ожидая начала какого-то важного события. Крестины или свадьба, подумал Джейс. Нет, скорее, свадьба, судя по одинаковым, нежно-голубым платьям двух девушек, которые наверняка были подружками невесты. Взгляд Эрондейла скользнул дальше, найдя в толпе гостей силуэт молодой пары – жених с нежностью поправлял живые цветы в волосах своей возлюбленной, ожидая нужного момента, чтобы зайти в церковь. Должно быть, там как раз шли последние приготовления. Кто-то пытался поймать удачный кадр, фотографируя будущих молодожен прямо на мобильный телефон, и охотник невольно задумался, что такие кадры всегда самые лучшие. Все эти глянцевые, постановочные фото, может, и хороши для открыток, но спустя много лет хочется смотреть на настоящие эмоции и застывшие мгновения из жизни, а не на идеальные улыбки и красивые позы. Фотографии вообще были удивительным изобретением, зачастую умея подчеркнуть то, что порой скрыто от человеческих глаз в обычной жизни, хотя к жениху и невесте это явно не относилось. Они не пытались скрыть свои чувства, и в этом, да и вообще во всем происходящем было нечто особенное. Что-то такое, что даже заставило Джейса остановиться, с легкой улыбкой наблюдая за будущими новобрачными, словно задаваясь вопросом: ждет ли их нечто подобное? Он еще никогда не задумывался о свадьбе, о семейной жизни, хотя уже давно знал, что его жизнь будет связана с Клэри до самого конца, и ничто не может это изменить, просто… Иногда он завидовал таким людям, у которых все было так просто и легко.
Алькасар? – встрепенулся Джейс, поворачиваясь к Клэри. Оказывается, они шли к крепости, которая уже возвышалась по другую сторону, но он был настолько увлечен другим, что даже не заметил ее «появление». Что ж, ее внешний вид, правда, впечатлял, от чего становилось еще грустнее: кроме этого от нее ничего не осталось. Всегда жалко слышать, что подобные исторические памятники пали жертвой варваров или природных явлений, со временем превратившись в очередной музей. Конечно, история жила здесь и сейчас, но прочувствовать ее было куда сложнее.
Очень жаль, что теперь это только музей, - наконец, выдохнул нефилим, сегодня на удивление отличаясь немногословностью. Он почти не проронил ни слова и по пути в ту самую оружейную лавку, по-прежнему с интересом и едва скрываемым благоговением рассматривая окрестности.
Об их прибытии возвестил крохотный серебряный колокольчик на двери, впуская охотников внутрь небольшого помещения. Небольшого, но достаточного, чтобы разместить многочисленные полки и витрины с различными мечами, кинжалами и прочими изделиями из серебра и стали. Впрочем, сразу было видно, что мастер специализируется именно на оружии, а прочие предметы больше служили для создания некого антуража, заполняя редкие пустые пространства.
Я хочу, чтобы на лезвии меча была ты, - неожиданно воскликнул Эрондейл, разворачиваясь к Клэри.
В смысле…твой портрет. Как у Чезаре была Лукреция, - напоминание о родственных связях Борджиа невольно напомнило о связи Моргенштернов, но Джейс был слишком воодушевлен своей идеей, чтобы обращать внимание на такие мысли.

+3

28

[indent] Клэри улыбнулась, услышав утвердительный ответ Джейса, что он в самом деле хотел бы гравировку на меч. Клэри не волновало, сколько это может занять времени: она была уверена, что при должной мотивации мастер управится к концу дня, и они успеют забрать клинок как раз до того момента, как им нужно будет отправляться назад в квартиру-портал. Джонатан не ограничивал младшую сестру в средствах, часто подчёркивая, что эти деньги принадлежали Моргенштернам, а, значит, и ей тоже, но в основном Клэри пользовалась деньгами по минимуму. Но сегодня был особенный случай, и рыжеволосая заранее обговорила со старшим братом, что ей потребуется внушительная сумма для того, что она собиралась подарить Эрондейлу. Моргенштерн не возражал, хотя и воспринял это без энтузиазма, равно как и то, что Клариссы и сводного брата не будет целый день. Впрочем, разве он мог запретить им это? Теоретически мог, конечно, но не стал, и подобный порыв теплом отозвался в руне тёмного альянса.
Рыжеволосая не без облегчения отметила, что Джейс согласился с ней, что в церковь можно будет зайти позже. Сложно сказать, что именно так смутило Клэри, но она хотела поскорее избавиться от этой неловкости, и была благодарна молодому человеку, что он был с ней солидарен.
Их путь продолжался: держась за руки, они неспешно шли по улицам Толедо, и Фрэй лишь изредка поглядывала на Эрондейла, который был немногословен с тех пор, как они вышли из портала. Даже в спальне этим утром он был более разговорчивым... Толика волнения по-прежнему тлела в груди рыжеволосой, подобно маленькому угольку, из которого вполне мог разгореться пожар сомнений. Они прошли мимо маленькой церквушки, где, кажется, собирались венчаться молодые люди. Нефилим проследила за взглядом Джейса, устремлённым на молодожёнов. Что именно так привлекло охотника в этом зрелище, что он даже остановился и несколько мгновений наблюдал за весьма типичной для Европы картинкой? Небольшая, уютная церковь и двое, готовые соединиться друг с другом священными узами и нерушимыми клятвами.
Клэри хотела было что-то спросить, но передумала: Джейс выглядел таким задумчивым, но вместе с тем на его губах играла лёгкая, но такая таинственная улыбка. О чём он думал? О ней? О них? На краткий миг щёки Фрэй даже окрасились нежно-розовым румянцем, когда она словно бы проследовала за мыслями Эрондейла. Сложить два и два было нетрудно, но поднявшееся в груди волнение помешало развить эту мысль, и девушка с радостью включилась в разговор.
— Да, очень жаль. Хотя Алькасар - уникальное сооружение. Замок много раз перестраивался и менялся и в конце концов приобрел неповторимый облик, отражающийся в четырех фасадах крепости, каждая их которых представляет свой архитектурный стиль. Представляешь? Четыре разных архитектурных стиля! - восторженно отозвалась Кларисса. — Бытует мнение, что удача отвернулась от этого места как раз после того, как оно перестало быть резиденцией королей. Поэтому-то оно и попало под перекрёстный огонь гражданских войн, - со вздохом продолжала Фрэй. Иногда она любила рисовать здания, но чаще всего это были небольшие сооружения, чем-то привлекшие внимание рыжеволосой. Но замки она ещё никогда не рисовала. Возможно, будь у них чуть больше времени, Фрэй, удобно устроившись на мосту, обязательно бы сделала это.
— Символично, что мастер выбрал своим пристанищем укреплённый монастырь. Удобно, конечно, в любой непонятной ситуации - прикрываться религией, - хмыкнула Клэри, вспоминая очередную заметку из путеводителя. — Потом вроде бы Сан-Сервандо снова стал военной крепостью, - неуверенно продолжала нефилим. Слушал ли её Джейс? Они как раз подошли к тому месту, где должна была быть лавка оружейника, надёжно скрытая от глаз примитивных плотными чарами гламура. Девушка вошла внутрь, вслед за Джейсом, тут же оказавшись в совершенно иной атмосфере, нежели царила на улицах Толедо.
Здесь было прохладно, но в то же время свежо: воздух был на удивление чистым и лёгким, хотя предполагалось наличие в непосредственной близости оружейного горнила и мехов для раздувания. Но никакой грязи и копоти, и других характерных признаков, отличающих труд оружейника, здесь замечено не было. Должно быть, всё это скрыто в подсобных помещениях, а здесь было нечто вроде витрины, призванной завлечь покупателя.
— Я? - удивлённо отозвалась девушка, немало смущённая подобным предложением. Оружие для Джейса, как и для любого Сумеречного охотника, было особенной частью повседневной жизни. Тот факт, что он хотел, чтобы именно портрет Клэри украшал лезвие клинка, приводил в самый настоящий трепет. Кларисса с шумом выдохнула, и не найдя слов, лишь утвердительно кивнула.
Пока светловолосый восторженно озирался по сторонам, Кларисса уверенно направилась к конторке, за которой стоял высокий, крепкий мужчина. Вокруг него было такое густое марево из чар иллюзий, что рыжеволосая даже не рискнула начать его распутывать: кто бы перед ней не был, он явно предпочитал остаться инкогнито.
— Buenos días, señor! - с обворожительной улыбкой, поздоровалась нефилим. Оружейник тут же поднял свой взгляд от записей и приветливо поздоровался в ответ. — Нефилимы - нечастые гости в моей лавке. Ищете что-то особенное? - взгляд тёмно-карих глаз внимательно наблюдал за Джейсом, позади Клэри разглядывавшим витрины с оружием, а после и за Клэри.
— У моего друга сегодня день рождения, и я хочу сделать ему особенный подарок. Вас рекомендовали, как лучшего в своём деле, и мне потребовалось немало усилий, чтобы разыскать вас и добраться сюда. Не откажите нам в любезности, сеньор, - голос Фрэй лился, словно мёд. Он был нежным, вежливым и невероятно тёплым, будто Кларисса разговаривала со старым другом. Но так было нужно: она была наслышана о своеобразном нраве оружейника, и решила, что не помешает его задобрить. — А ещё мы бы хотели гравировку на меч в виде портрета. Это можно будет сделать? - мастер улыбался, слушая Клэри, но не спешил отвечать на её вопросы. — За ценой мы, конечно, не постоим. Ваш талант, вне всяких сомнений, должен был оплачен сполна, - продолжала девушка, ловко достав из кармана красивый, пергаментный конверт, в котором лежала пухлая стопка денег. — Было бы великолепно, если бы всё было готово к вечеру. Мы в Толедо всего на один день, - нефилим протянула оружейнику конверт с деньгами, будто бы нарочно взяв его той рукой, на которой было надето фамильное кольцо Моргенштернов. Алмазная россыпь звёзд, в которую витиевато была вплетена буква «М» блеснула в свете ламп. Узнал оружейник это кольцо или нет, но конверт он принял почти с радостью.
— Почту за честь показать вам лучшие свои работы, - ответствовал мастер, выходя из-за конторки и подходя к Джейсу. — Чего именно желает господин? Меч? Короткий, средней длины, двуручный? Возможно, клинок или кинжал? Найдётся на любой вкус. Размер эфеса мы сможем подогнать под вашу руку и украсить, как вы того пожелаете, - обходительно продолжал оружейник, увлекая охотника за собой, к шкафам, в которых, вне всяких сомнений, хранилось лучшее его оружие, в то время как здесь, на виду, красовались лишь красивые подделки и игрушки для непосвящённых, ничего не смыслящих в первоклассной стали.
Фрэй прислонилась бедром к конторке и, скрестив руки на груди, наблюдала за тем, как Джейс, будто ребёнок в сладком королевстве, не может отвести взгляд от оружия, которое раскладывал перед ним знаменитый мастер-оружейник.

+1

29

[indent] Вопреки сомнениям Клариссы, Джейс в самом деле крайне внимательно слушал ее рассказ, попутно осматриваясь по сторонам, примечая для себя те или иные здания, о которых говорила рыжеволосая. Подобное молчание было в самом деле крайне нехарактерно для него, но охотник и не решался перебивать Фрэй, большую часть времени созерцая красоты древнего города, следуя за ее рассказом. Когда-то давно он что-то читал о Толедо, но кроме того, что это – город оружейных мастеров в его памяти мало что осталось. Обычно он запоминал больше деталей, но, видимо, один этот факт затмил собой все остальное, что, в целом, неудивительно. Было приятно осознавать, что Клэри так основательно подготовилась к их маленькой экскурсии, чтобы сделать этот день по-настоящему особенным и запоминающимся. Судя по всем этим маленьким фактам, она руководствовалась не только простым гидом для среднестатистического туриста, но и ознакомилась с другой литературой, не забыв навести справки о том, где найти лучшего оружейного мастера.
Монастырь вряд ли привлечет простых туристов. Сюда сложнее попасть, да и многие приезжают в этот город только на день, предпочитая посмотреть известный собор и церковь с картинами Эль Греко, - ответил Джейс, когда они уже переступили порог «оружейной лавки». Интересно, кем же все-таки был мастер? Учитывая несколько уровней гламура, этот кто-то явно не хотел, чтобы видели его настоящее лицо, и даже специальные руны не помогали пробиться через магическую защиту. Конечно, если попытаться сконцентрироваться, то можно «развернуть» эту мнимую оболочку, но светловолосый решил, что это будет лишним, да и зачем? Вряд ли это был демон. Как правило, они находят вещи поинтереснее, чем заниматься оружием, так что из вариантов оставался маг или фэйри. И те, и другие могли обладать далеко не самой приятной внешностью, поэтому личина привлекательного испанца в летах была вполне объяснимой мерой предосторожности, чтобы не отпугивать своих клиентов.
Почему тебя это так удивляет? – улыбнулся охотник, замечая на щеках Клэри приятный розоватый румянец, словно его решение в самом деле показалось ей неожиданным. Он давно не видел, чтобы она смущалась… Кларисса вообще редко смущалась, и если ее щеки и окрашивались подобным румянцем, то совсем по иным причинам. Сегодня она была другой, Джейс чувствовал это, хотя и не мог объяснить. Те настроения, которые Фрэй испытывала с утра, словно покинули ее, возвращая к тому, что некогда было привычным: смущению и кротости, свойственным той девочке из Бруклина. Неужели по какой-то причине руна темного альянса ослабила свой контроль?
Из этих мыслей охотника вырвал голос Клэри, поспешившей обратиться к мастеру. В ее словах, мягких интонациях и вкрадчивых нотках чувствовалось что-то до боли знакомое, словно Эрондейл уже где-то это слышал. Конечно, слышал. Так говорили Валентин и Джонатан, одним словом, Моргенштерны. Светловолосый не раз сопровождал сводного брата на подобные миссии, где ключевым являлись именно переговоры, и Джонатан вел примерно ту же политику – был любезным и вежливым, стараясь расположить к себе собеседника, но не забывая показать, кто он. Возможно, Кларисса по чистой случайности продемонстрировала свое фамильное кольцо, инстинктивно потянувшись именно этой рукой к пухлому конверту, но нефилим не очень верил в такие совпадения. Ему всегда не нравилось это кольцо и тот факт, что она его носит. Дело не в ее происхождении и наследии Моргенштернов, нет. Главное, что это было подарком Джонатана, который стал ей так дорог. К слову о конверте, сколько там было денег? Мысль о том, что его меч будет оплачен деньгами ее брата неприятно кольнула уязвленное самолюбие, но разве был другой выбор? Джейс постарался отвлечься от этих мыслей, охотно проследовав за мастером, который тут же поспешил к нему обратиться, не желая упускать заказ.
Мечей и клинков здесь было великое множество, на любой вкус. Что же он хотел? Светловолосый невольно затаил дыхание, с благоговением проведя кончиком указательного пальца по длинному лезвию двуручного меча – он был прекрасен. И почему они не живут во времена рыцарей? Сейчас с таким мечом было не так удобно управляться, поэтому несмотря на эстетические предпочтения, Джейс решил остановиться на чем-то более практичном.
Мне нужен клинок средней длины, - наконец, ответил он. – Чтобы его было удобно носить с собой, и… Вот такой, с изогнутым лезвием, - воскликнул он, увидев образец аккуратного, изогнутого клинка с острым кончиком. Его будет удобно носить, да и такая форма лезвия всегда была его любимой. Один из его любимых клинков серафима, Накир, имел почти такую же.
И вот здесь, внизу, я хочу силуэт моей девушки, - возможно, это было несколько фамильярно, но Джейс никогда не упускал возможность подчеркнуть, что Клэри принадлежала ему и только ему. Он повернулся через плечо, хитро ухмыльнувшись, словно припоминая, как она совсем недавно назвала его «своим другом». Да и «моя подруга» даже звучало как-то странно.
Это можно устроить. Вы хотите использовать традиционную гравировку с черненым серебром? – осведомился мастер, доставая потертый блокнот.
Да, и легкое серебряное напыление поверх стали, - задумавшись, добавил охотник. Серебро может быть полезным при схватке с нежитью, глупо упускать такую возможность.
Тем временем мастер взял карандаш, что-то быстро рисуя в своем блокноте. Не прошло и десяти минут, как он с гордостью показал нефилиму свой набросок. Он был простым, состоя из минимальных линий, но они на удивление весьма точно передавали точеный профиль Фрэй: аккуратный нос, нежные контуры лица, обрамленные волнистыми линиями, имитирующими локоны.
Очень похоже! – восторженно воскликнул охотник, не сдерживая довольной улыбки. — Клэри, посмотри, - поспешил позвать он, с нетерпением и легким трепетом ожидая, что скажет Кларисса. Вдруг ей не понравится? Конечно, это будет его меч, но ее мнение всегда очень много значило.

+3

30

[indent] Клэри и сама гордилась проделанной работой: руна памяти хоть и упрощала задачу по запоминанию всех деталей, но оттого она не становилась совсём легкой. Нужно было найти хороший путеводитель или туристический гид, ознакомиться с дополнительной литературой для посвященных, выйти на мастера, после чего навести справки о том, как общаться с оружейным гением, чтобы не остаться ни с чем. Можно было смело сказать, что «домашнее задание» Кларисса сделала на «отлично», и высшей наградой за старания была довольная, счастливо-восторженная улыбка Джейса, которая не сходила с его лица.
— Это да, но насколько я смогла узнать, он выполняет заказы и для простых людей, это неплохой доход, - усмехнулась рыжеволосая, задумавшись о том, что они в самом деле могли бы пойти посмотреть работы Эль Греко, пока оружейник будет изготавливать меч для охотника. Утро пока что плавно перетекало в день, и у них было полно времени, чтобы насладиться красотами Толедо и его достопримечательностями, а заодно и где-нибудь позавтракать. При мысли об этом живот Фрэй призывно заурчал, напоминая своей хозяйке о пропущенном приёме пищи, но и это успеется. Для начала они должны были разобраться с клинком.
Рыжеволосая с любопытством озиралась по сторонам: она не питала к оружию такой страсти, как Джейс или Джонатан, но определённый, сильный интерес, всё же испытывала. Из размышлений её вырвал голос Джейса. Девушка встрепенулась, обращая свой взор на светловолосого.
— Даже не знаю, - неуверенно начала Кларисса. — Оружие - твоя страсть, и то, что ты хочешь украсить клинок моим портретом - это... - но договорить нефилим не успела. Услужливый оружейник уже взял Эрондейла в оборот и, возможно, это даже было к лучшему.
Волнение, поднявшееся в груди Клэри было трудно контролировать, но ещё труднее описать словами. Чего она в самом деле так распереживалась? Джейс любил её и любил оружие, что удивительного в том, что он хотел соединить вместе две дорогие сердцу вещи? Быть может, Клэри заразилась восторженным волнением, исходившим от охотника? Или же всё дело в сентиментальности, порождённой этим особенным днём?
Но так или иначе, пока светловолосый был занят разглядыванием мечей и клинков, Фрэй получила возможность получше осмотреться в лавке, периодически кидая внимательные взгляды на Эрондейла: он выглядел до неприличия счастливым и радостным, будто Клэри предложила не выбрать ему клинок, а купить целый оружейный магазин. Девушка улыбнулась, неспешно обходя лавку, периодически касаясь лезвий всевозможных мечей, ножей, клинков и другого холодного оружия, чьи названия она не все могла вспомнить.
Здесь в действительности можно было подобрать оружие на любой вкус, длину, размер ладони и вес.
Стоило охотнику назвать её своей девушкой в разговоре с оружейником, как взгляд Клариссы тут же метнулся к нему: девушка закатила глаза, ловя взгляд Эрондейла, будто бы говоря «не мог удержаться, да?». Джейс и правда не мог удержаться, чтобы не заявить всему миру, что она принадлежит ему, и неважно, кто был перед ним. Она выбрала формулировку «мой друг», в первую очередь, чтобы не смущать мастера историей их взаимоотношений, но в то же время, чтобы подчеркнуть важность их заказа.
Оружейник в ответ на эту ремарку лишь понимающе кивнул, задал несколько уточняющих вопросов, после чего достал блокнот и принялся за дело.
По прошествии десяти минут эскиз был окончен, и Джейс подозвал её ближе.
— Мне нравится, - касаясь локтя Эрондейла, отозвалась Фрэй, смотря на рисунок. В груди по-прежнему разливалось трепетное волнение при мысли о том, что её портрет будет украшать лезвие нового клинка. — Рисунок, кажется, простым, но очень точным, - не сдержавшись, добавила Фрэй. Что с неё взять? Художница одним словом. Оружейник заулыбался.
— Позвольте вашу руку. Вытяните её вперёд, да, благодарю, - светловолосый вытянул левую, ведущую руку, и мастер щёлкнул пальцами. Клэри готова была поклясться, что видела крошечные, светло-серебряные искры, сорвавшиеся с кончиков его пальцев. Должно быть, таким образом он снимал мерки.
— Искусственно утяжелять меч не будем? Традиционный вес под ваши параметры? Каким будет эфес? - мастер сделал жест рукой, призывая молодых людей обратить внимание на стенд, где были расположены всевозможные эфесы. Кларисса невольно выдохнула - такое их было количество! От простых до витиевато-сложных, будто узор руны.
— Красота, - прошептала рыжеволосая, не в силах оторвать взгляд. Впрочем, она знала, чему отдаст предпочтение Джейс - простому и сдержанному дизайну, но посмотреть на разнообразные рукоятки всё равно было приятно.
— А госпожа ничего не желает? - обратился к ней оружейник. — Быть может, кинжал или короткий клинок за голенище сапога? Мы можем сделать их парными, в одном стиле, - голос мастера был мягким и вкрадчивым, он не настаивал, но будто бы знал, на какие точки надавить. Изумрудные глаза вспыхнули, губы приоткрылись, словно Клэри хотела что-то сказать... Парное оружие было очень и очень заманчивой идеей, но сегодня ведь был день Джейса.
— Я даже не знаю, - девушка смущенно посмотрела на охотника, чувствуя, как щёки заливает розовым румянцем. — Что думаешь? - как и всегда, их отношения были непохожи ни на какие другие. Кто-то обменивался парными кольцами, браслетами, кулонами, а Клэри и Джей собирались обменяться клинками. Воистину непростая жизнь у Сумеречных охотников.

+1


Вы здесь » Sacra Terra: the descent tempts » Love and blood » It's all for you [18.01.2017]