Sacra Terra: the descent tempts

Объявление

городское фэнтези ♦ NC-17
Соединенные Штаты Америки, Нью-Йорк
март-апрель, 2017 год
«Калли из тех личностей, которым не сидится спокойно на ее пятой точке. Конечно, такая красивая задница не может просто спокойно просиживать свою бессмертную жизнь...[читать дальше]
CHAOS [2626] vs ORDER [4248]
the beast is ugly [march, 2017]
Unseelie King & Raphael Santiago

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sacra Terra: the descent tempts » A problem of memory » 22:15 [05.09.16]


22:15 [05.09.16]

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Jace Herondale & Jonathan Morgenstern
http://funkyimg.com/i/2H4Vb.png
где-то в Европе, поздний вечер;
5 сентября, 2016;

•••••••••••••••••••
Вечер, который Джонатан и Джейс по стечению обстоятельств, по обоюдному желанию обоих или по хитроумную плану одному из них проведут вместе. Что же такое 22:15? Это то самое время, когда они переступили порог одного европейского бара под предлогом очередной важной встречи Моргенштерна, но так ли это?

•••••••••••••••••••
In the meantime we let it go
At the roadside
We used to know
We can let this drift away
Oh, we let this drift away
At the bay side
You used to show
In the moonlight
We let it go
We can let this drift away

+7

2

- Да, он должен быть тут примерно через полчаса, - ответил Джонатан на очередной вопрос сводного брата об их таинственном «контакте», от которого нефилиму нужно было не менее таинственное «кое-что». Моргенштерн постарался как можно более туманно изложить Джейсу цель их визита в этот небольшой бар в восточной Европе. Выражаясь максимально общими фразами, он поведал Уэйланду о том, что здесь их будет ждать один отчаянный фэйри, который просто жаждет поделиться с сумеречными охотниками какой-то очень важной информацией. Справедливый вопрос Джейса о том, зачем им идти вдвоем, Джонатан проигнорировал, борясь с желанием ответить что-то вроде «Будешь много знать, скоро состаришься». Впрочем, зная сводного брата и его болтливость, стоило приберечь эту реплику до лучших времен.

Нефилимы переступили порог бара, снаружи ничем не отличающегося от сотни других таких же – массивная дверь, яркая неоновая вывеска над ней и пара лоботрясов, прожигающих всех неугодных своим тяжелым взглядом. Джонатан лишь фыркнул, проходя мимо них. Здоровяки, только кажущиеся опасными, никакой угрозы для него не представляли. Обычные примитивные, обладающие дополнительной мышечной прослойкой и грубой силой. Они без вопросов пропустили охотников внутрь, в приятный полумрак бара, с готовностью принявший их в свои объятия. Моргенштерн почувствовал едва ощутимое покалывание руны, подготавливающей его глаза к этой, разбавленной подсветкой неоновых ламп и бледных светильников, темноте. Несмотря на довольно ранний для таких заведений час, бар был почти до отвала забит разномастным народом. В основном, примитивными, но встречались и фейри, и, наверное, даже маги. К великому облегчению – ни одного Сумеречного охотника. Не хватало еще влететь в одного из своих, каких бы взглядов он не придерживался.

Джонатан уверенным шагом направился к массивной барной стойке, которая, судя по ее виду, повидала много лет, много разбитых стаканов и даже поножовщину, о чем говорили характерные отметины на темном дереве. Нефилим опустился на один их свободных стульев, усаживаясь так, чтобы держать в поле зрения большую часть пространства, заполненного одурманенными алкоголем телами. Место он выбрал ближе к краю стойки, который упирался аккурат в стену, и тут же усмехнулся своему выбору. Пусть он и понимал, что в передрягу они, скорее всего, не попадут, но все же уселся так, чтобы в любой момент быть готовым к защите или атаке. Чуткий слух напрягся до предела, вылавливая отдельные звуки, реплики, и Моргенштерн покачал головой, давай бармену знак. Стряхнуть с себя паранойю, отвлечь ее, заставив на минуту покинуть свой пост не так-то просто, особенно если делать это на трезвую голову.

- Подождем здесь, - подвел Джонатан своеобразный итог, ловя на себе непонимающий взгляд янтарных глаз сводного брата, который, казалось, совершенно не понимал, зачем Моргенштерн потащил его с собой. Охотник и сам не до конца осознавал свои мотивы, хотя и старался убедить себя в обратном.

Знай своего врага – так твердил отец. Изучи его, проникни ему под кожу, препарируй, как оказавшееся на лабораторном столе животное. Только тогда ты сможешь опережать его на много шагов вперед, а потом поразить внезапным ударом в спину. Джонатан все думал, мог ли он назвать Джейса своим полноправным врагом. Они были почти братьями, почти равными. Но, в то же время, это злосчастное «почти» было практически непреодолимой пропастью между ними. Но, казалось бы, им почти нечего было делить. Почти. Перед глазами мгновенно возникал образ сестры, с теплой, немного грустной улыбкой провожающей их на очередную миссию. Даже сквозь приглушенную музыку Джонатан мог слышать ее звенящий от волнения голос, просящий беречь себя, и казалось, он мог буквально пощупать это волнение, ощутить его, как свое собственное. А еще он прекрасно помнил этот трудночитаемый взгляд изумрудных глаз, обращенных в сторону Уэйланда, когда Джонатан мягко коснулся ее предплечья, пообещав, что они будут в полном порядке – какой-то потерянный, странный. Моргенштерн часто видел его. Вот оно, их собственное почти, отдающееся едва различимой пульсацией в груди. Его собственная причина записать сводного брата в ранг тех, от кого он планировал избавиться в скором времени. Он уже однажды упустил момент, больше такого не должно было повториться.

+5

3

[indent] Пора бы уже привыкнуть к атмосфере таинственности, всегда окружающей все дела Моргенштерна, равно как и его планы. Джейс смирился, что большее, что он может получить – это указания к действию и некое описание конечной цели, к которой ему нужно стремиться, но не более того. Когда-то его раздражало и это. Он любил знать все детали и обстоятельства плана, но еще больше любил ни от кого не зависеть, но теперь об этих предпочтениях пришлось забыть. Иногда казалось, что он работает на неоплачиваемой работе, которую сам и не выбирал, не говоря о каких-нибудь неожиданно открывшихся обстоятельствах, о которых Джонатан решил ему не сообщать. Поначалу светловолосый всерьез полагал, что это изощренный и далеко идущий план избавиться от его присутствия, но казалось, что пока Моргенштерн не был готов на такие решительные меры. В конце концов, от Джейса ему был прок, ведь пока тот делал грязную работу, у Джонатана оставалось больше свободного времени, которое он мог провести с Клэри.
Впрочем, сегодня отличалось даже от всех тех таинственных поручений, которыми Эрондейл был сыт по горло. Сегодня не было даже абстрактных деталей, да еще и сам Моргенштерн по какой-то неведомой причине решил составить ему компанию. Дело было такой чрезвычайной важности, что его присутствие стало необходимым? Клэри захотела отдохнуть от них обоих в одиночестве? Что ж, в этом случае охотник очень даже ее понимал: порой они с ее братом были в самом деле невыносимы, а их спорам (в лучшем случае) не было начала и конца.
Кого подождем? – усаживаясь у барной стойки рядом с Моргенштерном, недовольно поинтересовался Джейс, не готовый смириться с мыслью, что ответов он сегодня не получит. — Годо? – решив блеснуть своими знаниями в области литературы постмодернизма, добавил светловолосый. Он в принципе любил рисоваться в глазах окружающих, как это называла Изабель, но вести себя подобным образом в компании сводного брата вообще было делом чести. Их общение часто напоминало своеобразное соревнование «кто круче?», особенно в присутствии Клэри, но, как оказалось, даже без нее соревновательный дух был силен. К слову, пьесу «В ожидании Годо» Джейс так и не осилил до конца, но Джонатану это знать совершенно необязательно.
Знаешь, даже для тебя с атмосферой напряженной таинственности ты явно переигрываешь, - так и не дождавшись ответа Моргенштерна, вспыхнул нефилим. Он не отличался таким терпением, как его сводный брат, хотя от природы тому наверняка было гораздо сложнее себя контролировать. Стало быть, его сдержанность – результат работы над собой, но Джейсу пока не удавалось достигнуть такого мастерства. Конечно, он успокаивал себя тем, что он особо и не пытался сдерживаться, но на деле ему часто не хватало собственной дисциплины, о чем когда-то говорил Валентин. Возможно, он был прав, и, как ни странно, они с Джонатаном хорошо друг друга уравновешивали, умудряясь быть такими разными, но во многом настолько похожими. Разницу заметить и признать было куда проще, но вот сходства...с этим были проблемы. Где-то в глубине души Эрондейл понимал, что они гораздо больше похожи, чем ему бы того хотелось, но уже одна сама по себе эта мысль казалась губительной. Самое интересное, что чем больше Джейс пытался отрицать любое свое сходство с Моргенштерном, тем сильнее они проявлялись. Можно было винить благоприятные условия или то, чем ему приходилось заниматься, чтобы не потерять возможность быть рядом с Клариссой, надеясь найти возможность ее спасти, но… Все было куда проще и лежало на поверхности.

+4

4

Была еще одна деталь, пропитавшая здешний воздух так же сильно, как и запах алкоголя – раздражение, волнами исходившее от Джейса. Казалось, Джонатану стоило протянуть руку, и он обязательно смог бы потрогать напряжение, словно кокон окружавшее нефилима. Понятное дело, ему максимально не нравилась сложившаяся ситуация, ведь Моргенштерн потащил его сюда, особо не спрашивая разрешения, равно как и не говоря точной цели визита. Но Сумеречные охотники по сути своей солдаты, любящие точность и ясность в поставленных перед ними задачами. Нельзя просто послать отряд нефилимов на демоническую охоту, не уточнив, каких именно демонов нужно выследить – от этого зависит все, от арсенала до обмундирования. Конечно, любой охотник понимает, что в любой момент нужно быть готовым ко всему, но порой из-за глупых, казалось бы, ошибок, миссии заканчивались довольно плачевно. Умереть, исполняя свой долг – это считается нормой среди Детей Ангела, но Джонатан прекрасно знал, что в глубине души каждый, абсолютно каждый нефилим, особенно потерявший в таких ситуациях кого-то близкого, противился этому обычаю, считал его несправедливым и черствым. Пусть никто и никогда не решался признаться в этом.

Уэйланд, тем временем, продолжал выражать искреннее недовольство происходящим, усевшись при этом рядом с Джонатаном. Охотник усмехнулся – то ему не нравится, что Моргенштерн вечно куда-то посылает его в гордом одиночестве (не убить ли он его желает?), то вот возмущается тем, что он составил ему, Джейсу, компанию. Не угодишь ему, право слово. Но Джонатан и не старался. Пропустив мимо ушей очередную попытку сводного брата блеснуть знаниями в области литературы, а, заодно, и своим непомерным самомнением, нефилим дал бармену пару кратких указаний и взглянул на Джейса, который, в свою очередь, прожигал его хлестким взглядом. Ох уж этот сводный братец, так отчаянно желающий показать, что он нисколько не похож на Джонатана, которого он чуть не вслух называл исчадием ада. Он-то, конечно, был белым и пушистым, а на грязные, темные поступки шел только затем, чтобы задержаться подле Клариссы. Моргенштерн был в корне не согласен с этим. Человек — это то, чем он занимается. Заставь самого заурядного человека с улицы работать на скотобойне. Выполнять полноценную дневную норму. Поначалу он будет морщиться, отворачиваться, а потом привыкнет. Через неделю он будет готов грызть этот скот зубами. Труден только первый шаг, а дальше все по накатанной. И почему-то Моргенштерну казалось, что Джейс если еще не сделал свой шаг, то очень к этому близок, что бы он там себе не придумывал.

- Переигрывают в дешевых постановках, дорогой братец, я же просто не говорю того, чего тебе знать не полагается, - ответил Джонатан, пожав плечами – мол, неужели это не ясно и без его слов. Он мог бы уходить от ответа вечно, как и смотреть на закипающего, словно пузатый чайник, нефилима. Уэйланд не уставал напоминать об отсутствии у него хотя бы малой толики терпения, что порой граничило с абсурдом. – Не переживай. Если бы здесь было опасно, ты сидел бы тут в одиночку, - нефилим усмехнулся и похлопал сводного брата по плечу, бесцеремонно вторгаясь в его личное пространство.

Хмурый бармен, тем временем, подвинул к ним два стакана виски со льдом, внимательно всматриваясь своими цепкими глазками в лица нефилимов. Оставалось только гадать, кого он пытался в них разглядеть. Придвинув один из стаканов к себе, Джонатан вернул ему такой же внимательный взгляд, будто говорящий о том, что он все заметил и принял к сведению. Второй же стакан он подвинул к Уэйланду.

- Не будь таким напряженным, - посоветовал он, склонив голову на бок. – Ты смущаешь всех кругом своей враждебностью, - Джонатан вновь будто невзначай окинул помещение взглядом, проверяя, не дал ли бармен знак кому-то, сидящему в зале. Обычная мера предосторожности, доведенная до автоматизма. – Неужели тебя не радует компания? Или предпочитаешь выходить в свет в гордом одиночестве? – Моргенштерн приподнял бровь, продолжая следить за реакцией сводного брата. Конечно, он сам предпочитал отправлять его «в свет» одного, но разве стоит упоминать об этом сейчас? Вовсе нет.

+3


Вы здесь » Sacra Terra: the descent tempts » A problem of memory » 22:15 [05.09.16]